Экватор - наш! - Александр Тамоников

— Проходите, — гостеприимно распахнул он дверь. — Располагайтесь, у нас все готово.

Баня парней реально поразила ухоженностью и той любовью, с которой была обустроена. Раздевалка совмещалась с комнатой отдыха, в центре которой стоял круглый стол. На стене висела телевизионная панель, в углу на шкафчике с банными принадлежностями блестел музыкальный центр с колонками.

Заглянув в соседнее помещение, бойцы обнаружили несколько душевых кабин, а напротив — округлую глубокую купель, вместительностью до пяти человек. Далее виднелись две двери с надписями: «Сауна — 90°» и «Русская парная — 110°».

— Ого, да в таких условиях можно и на неделю зависнуть! — присвистнул от удивления Литвинов.

— Женатики завтра полетят домой, — парировал Мазенко, — а холостяки подумают. Может, и зависнут…

К моменту прихода спецназовцев в комнате отдыха суетились две пожилые женщины из обслуживающего персонала: одна домывала полы, вторая заканчивала накрывать стол, разливая из термоса по тарелкам аппетитный борщ. В другой объемной посудине дожидалось второе блюдо в виде домашних котлет с овощным гарниром. На столе красовались тарелочки с разнообразными салатами, закусками, соусами. В центре высились две вазы с фруктами.

— Вот это по-нашему! — не сдержал восторга Трифонов.

— Душевно!.. — согласились все остальные.

Поблагодарив уходивших женщин, бойцы скинули камуфляжку и, перед тем как устроиться за праздничным столом, направились погреть косточки в парной…

До часу ночи парни отводили душу.

Так уж получалось по жизни, что под пулями бегали и ползали вместе, а отдыхали в основном порознь, если не считать холостяков Мазенко и Панкова, частенько пересекавшихся в ночных клубах и ресторанах Москвы. А тут такой подарок судьбы!

— Ну что, не жалеете, что остались? — вынырнув из ледяной воды, подкалывал женатиков Славка.

Те отшучивались, наслаждаясь контрастом температур.

Прежде чем по-серьезному сесть за стол, спецназовцы сделали по четыре-пять заходов в обе парилки. Наконец, насытившись жаром, присели под оранжевый абажур, навернули по тарелочке свежего борща.

— Нет, братцы, все-таки это неправильно, — первым доскреб тарелку ложкой снайпер.

— Что именно? — вторым отодвинул опустевшую посуду Литвинов.

— То, что такая отличная банька проходит на «сухую».

— Да, это верно.

— Пару бутылок холодной водочки не хватает.

— Сам Александр Васильевич Суворов рекомендовал остограмиться после бани… — вразнобой согласились товарищи.

Славка хотел предложить метнуться к летчикам — вдруг у них имеется спирт? Да не успел. Дверь без стука шумно распахнулась — на пороге появились две симпатичные девочки. Одна — худенькая шатенка с детским простоватым личиком, вторая — стройная брюнетка с идеальной фигуркой. На обеих были короткие юбочки и что-то вроде легких блузок.

— Привет, мальчики! Заскучали? — приветливо улыбнулась брюнетка и вынула из-за спины пол-литровую медицинскую бутыль с прозрачной жидкостью. — Это вам просили передать наши медики — Елена Барина и Власта Руснич.

— Вот это сюрприз! — поднялись навстречу Толик со Славиком.

Первый бережно принял переданный от коллег-врачей подарок, а второй, взяв под локоток девушек, подвел их к свободным стульям.

— Располагайтесь, пожалуйста.

— А вы, собственно, кто? — робко поинтересовался Трифонов.

— Я — Марина, а она — Ольга, — ответила брюнетка. И расстегнула верхнюю пуговку блузки: — Жарко у вас, однако.

— Так вы раздевайтесь! Вон в углу на тумбочке простынки, — подмигнув товарищам, предложил Славка.

К всеобщему удивлению, та, что назвалась Мариной, решительно подошла к стопке и бросила верхнюю простынку подруге. Отвернувшись, сняла с себя блузку, под которой ничего не оказалось. Обернулась другой простыней и ловко рассталась с юбочкой.

Савин с нарочитой строгостью уставился на Мазенко: «Накаркал, засранец? Вот и разгребай теперь сам!»

Тот едва заметно пожал плечами: «Я ни при чем, командир! Они сами приперлись…»

Пока доктор по проверенной методике разводил спирт, девчонки упорхнули в парилку. Бойцы вновь присели к столу, накатили по пятьдесят граммов.

— Вот теперь полный ассортимент! — восторженно прошептал Мазенко. — И алкоголь, и девочки!

Снайпер укоризненно покачал головой:

— И так разом столько счастья привалило, а ему еще и девочек недоставало!

— Это естественное желание, Вася! Мы отдохнули и выспались, сидим в бане, у нас есть алкоголь и куча свободного времени. А девочек нет. Тебе не казалось это странным и противоестественным?

— Я женатый, Славик. И мне это противоестественным не кажется…

— Значит, так, — взял слово командир. Указав на Мазенко и Панкова, он строго сказал: — Вам на полный расслабон даю два часа. И чтоб тихо и без последствий. Все остальные делают последний заход в парилку и валят до модуля.

Никто не возражал. Решение было справедливым и правильным.

Завернувшись в полотенца, Савин, Литвинов, Шаталов и Трифонов направились в парную…

Через какое-то время эти же четверо возвращались из бани в жилой модуль. Сытые, слегка пьяные, чистые, отдохнувшие и очень довольные.

Шел уже четвертый час ночи.

«Ничего, нормально. Мазенко и Панкову осталось полтора часа — достаточно, чтобы вдоволь покуролесить с бабами, — размышлял Савин. — Завтрак пропустим и часиков до двенадцати будем плющить подушки. Потом встанем, пообедаем и отправимся на стоянку. Там загрузимся в «вертушку», к пятнадцати часам будем в столице, а поздно вечером — в Москве…»

А два ненасытных холостяка продолжали радоваться жизни в бане.

Когда до жилого модуля оставалось полсотни шагов, справа на главной аллее из темноты возникла знакомая мужская фигура с фонарем в руке.

— Комендант, — шепнул снайпер.

— Интересно, куда он такой озабоченный чешет? — так же тихо спросил Литвинов.

Спецназовцы остановились между высоких кустов, куда не пробивались лучи ближайшего фонаря. Комендант решительно вышагивал по аллее, край которой находился в трех метрах от «позиции» спецназовцев.

— Как же вы меня достали, паразитки!.. — сердито выговаривал он. — Парней понять можно — они свое отработали и заслужили отдых. Но вы же чуть не каждый вечер устраиваете себе праздники с пьянками и развратом!..

— Он тех двух баб ищет! — догадался Трофимов.

— И, кажется, направляется в баню, — прыснул смешком Литвинов.

— Давайте его окликнем, — предложил Шаталов.

— Зачем?