Выжить. Вернуться. Отмстить - Александр Тамоников

Капитан поблагодарил Балаяна:

— Спасибо за ужин. Шашлык вы готовите действительно отменный. Сколько с нас?

— Да что вы? Какие деньги? Вы мои гости, а кто с гостей деньги берет?

— Что ж, еще раз спасибо и до свидания!

— До свидания.

Мужчины поднялись. Моллаев с Макаровым вышли из ресторана и через полчаса въехали во двор снимаемого Вахидом дома.

Вышли из машины. Моллаев спросил:

— Что у нас еще на сегодня, кроме отработки плана?

— Я хотел бы осмотреть имеющееся у тебя оружие, экипировку, спецсредства.

— Тогда нам в дом.

— С этим есть проблемы?

— Никаких!

— Тогда вперед, джигит!

Макаров осмотрел содержимое тайника. Там было столько различного оружия, что им можно было вполне вооружить полноценную разведгруппу. Капитан сказал:

— На завтра беру «Винторез», пистолет с глушителем. Это все. Не считая, естественно, экипировки: черного костюма с защитой от холодного оружия и травматических пуль, кроссовок, перчаток и маски.

Моллаев спросил:

— А прибор ночного видения?

— Он не понадобится. Территория же освещена?

— В кустах темно!

— Зато в бане светло, разберусь. Лишний груз мне не нужен! Да сам понимаешь, и пистолет и «винт» придется оставить на месте операции. Оружие «чистое»? Не выведет на чей-нибудь след?

— «Чистое»! «Чище» не бывает! С военных складов, куда оно было доставлено с заводов.

— Ясно! Мы с тобой сильно наследили, изучая местность, поэтому обувь, в которой были, надо заменить. Есть чем?

— Так теми же кроссовками!

— Их завтра придется выбрасывать!

— Тогда завтра купим новые туфли. На рынке их пропасть, и на покупателей никто не смотрит.

— Согласен! Тогда перекур и разрабатываем план?

— Как скажешь, ты в этой акции ведущий, я на прикрытии и обеспечении.

— Перекур!

Моллаев сказал:

— Ты покури пока, а я пойду свяжусь с одним человеком. Это касается страховочного варианта отхода.

— Давай!

Чеченец вошел в дом, достал сотовый телефон, набрал по памяти знакомый номер. Услышал пьяноватый голос немолодого мужчины:

— Да!

— Привет, Шурик, как дела?

— Это ты, Вахид? Куда пропал, гордый чечен?

— Э, да дела закружили, Шурик, а я слышу, голосок-то у тебя того…

— Чего того?

— Язычок заплетается. Признайся, сколько сегодня на грудь принял?

— Ерунду, пол-литруху. Самогону. Жена выгнала, вот я первачком и побаловался. А ты чего звонишь, нерусский? Аль и ко мне дело какое есть?

— Угадал! Есть!

— Цена вопроса?

— 500 баксов!

— Хорошая цена! Чего делать надо?

— У тебя паром работает?

— А че с ним будет? Работает. Вожу помаленьку наших деревенских с одного берега на другой.

— Машину завтра ночью перетащишь?

— Что за тачка?

— «Девятка»!

— Эта влезет! Перетащу, за 500-то баксов. Откуда и когда подойдешь?

— От заповедника, в объезд моста.

— Ясно! Но учти, уходи с трассы сразу за поворотом, не въезжая в Ракино.

— Почему?

— Ту дорогу менты перекопали. Зачем, почему, не ведаю. Наверное, чтобы пьяные пост не объезжали. Они и наряд там держут. У перекопа!

— А возле парома не держат?

— Н-е! У нас тут свой мент! Участковый, Василич. Сейчас у меня в сарае отсыпается.

Моллаев рассмеялся:

— Ты его тоже первачком угостил?

— Знамо дело! Не угостишь, заявится с обыском. Да он мужик невредный. Я завтра его с вечера успокою.

— А напрямую дорога-то есть или полями придется идти?

— Дорога есть. Хреновая, но есть. На «девятке» пройдешь. Только поосторожней в овраге. Дно крепкое, покатое, так что бери его на скорости. Иначе, если не вытянешь на подъем, потом придется за трактором бежать. В Ракино. Понял?

— Понял. Спасибо за предупреждение! Ты смотри, завтра вместе с участковым не нажрись.

— Я свое сегодня возьму, а завтра потерплю. За такие «бабки» и неделю потерпеть можно! Так что будешь подъезжать, позвони, я свою шаланду и подгоню к причалу. До этого буду держать паром у деревни, чтобы никто ничего не подумал. Хотя тут и думать-то некому, но береженого Бог бережет.

— Все, договорились! Я тебе еще часов в шесть вечера завтра звякну!

— Звони, ваххабит, звони!

— Какой я тебе ваххабит?

— А вы все, черные, ваххабиты! Так и норовите у нас какую-нибудь подлянку провернуть.

— Почему же помогаешь нам?

— Потому что деньги платите хорошие! А Россия? Ей все одно скоро мандец придет. Народ без войны и чумы вымирает миллионами. Тех же, что по Канарам мотаются, мозоли на жопах набивают, сидя в креслах начальников, да коттеджи с лифтами строят, не жалко! Сам своими руками передушил бы, козлов!

— Ну, ладно, ладно, ты особо не расходись. Успокойся.

— Успокоюсь. Стакан пропущу, и порядок. Давай, до завтра, а то у меня батарейки на телефоне садятся.

— До завтра, друг!

В комнату вошел Макаров:

— Ну что, согласовал запасной вариант?

Моллаев ответил:

— Согласовал. Считаю, его надо принять за основной. Не стоит рисковать и надеяться на русское авось.

— Это решим в ходе разработки плана.

— Тогда за план?

— Да!

Моллаев развернул карту, сверху положил листок бумаги, начертил схему усадьбы.

Макаров взял у него карандаш:

— Значит, так, Вахид. Завтра действуем следующим образом…

Чеченец слушал капитана спецназа внимательно. С планом он согласился, добавив:

— А вот тут мы не пойдем к посту, а свернем на проселочную дорогу к парому, с паромщиком которого я договорился о переправе. За руль сяду я, потому что по пути будет овраг. Не простой овраг. Паромщик проинструктировал меня, как через него можно пройти, не застряв.

— А этот твой паромщик не подведет?

— Нет!

— Откуда ты его знаешь?

— Это долгая и неинтересная история. Она связана все с тем же Арменом Балаяном. Но если ты настаиваешь, расскажу!