Ударная война - Сергей Зверев

Четверо десантников выбрались из автобуса. Оглядывались и втягивали грудью весенний воздух. Прапорщик уже практически не пользовался тростью, храбрился, пытаясь шагать ровно. Кравцов, как всегда, подшучивал над ним и Никитиным, в ответ получая той же монетой. Батяня не препятствовал, как обычно это делал, а, хлопнув веселого старлея по плечу, сообщил:

– Ну что, думаю, надо навестить «Звездочку», традиция. Да и полковника Косарева помянуть надо, хороший был разведчик, без него мы бы вряд ли доехали. Посидим, выпьем, все равно завтра выходной. Кто против?

– Я «за»! – Кравцов поднял руку вверх…

Прапорщик неуклюже оперся на трость, чуть не упал. Потом выдал долгую матерную тираду, говорящую о том, что всеми темпами идет на поправку. И лишь после этого культурно закончил:

– Я тоже.

– Костя, а ты чего молчишь?

Никитин открыл было рот, но тут влез Кравцов:

– А он вспоминает, сколько китайцев поминать придется, все никак не сосчитает.

– Кто-то давно не бегал двадцать километров при полной выкладке?

– Молчу, товарищ гвардии майор.

Кафе «Звездочка» только что открылось, утро практически. Поэтому народу еще не было, не успели собраться.

Буфетчица Светлана, завидя, кто пришел, расцвела как майская роза.

– Здравствуйте, товарищ майор! – остальных словно и не видела. – Что-то и не заходите к нам вовсе, все в делах, заботах, службе. А я уж и соскучиться успела.

Батяня кивнул в знак приветствия:

– Здравствуй, Светлана. Действительно дела были, вот и не заходил. Но теперь-то я здесь, зашел вот.

Помолчал чуть, собираясь с мыслями:

– Ты нам сообрази быстренько выпить и закуски, а я потом рассчитаюсь. Хорошо?

– Хорошо, товарищ майор.

Кравцов пробормотал какую-то колкость, но смолк, едва Лавров оглянулся на него. Буфетчица тем временем вытерла со стола, принесла запотевшую бутылку водки, словно заранее знала о визите бравого майора и охладила до слезы, принесла закуску…

Десантники расселись, налили, и Батяня привычно провозгласил тост:

– За ВДВ!