Сто пять ракет, затмивших звезды - Александр Тамоников

— Поэтому готовимся к штурму.

Лапунов кивнул на внутреннюю крепость и спросил:

— Укроемся в цитадели?

— Нет. Там мы долго не продержимся, если «вертушкам» не удастся поразить основные цели при первой же атаке. А духи вполне могут применить дым. Посему трое бойцов закрепляются сразу же за обломками крепостной стены. Задача: уничтожение бронетехники духов при выходе ее из-за холмов. Расстояние позволит жечь и танки, и БМП. Старшим тройки остается капитан Лапунов, Драгин работает с гранатометом, ему помогает Валиев. Потом огонь из пулемета и автоматов. Посмотреть пути отхода в глубину крепости, но идти туда только по моей команде и группой. Вопросы есть?

— Нет вопросов, — ответил Лапунов, взглянул на товарищей и произнес: — Берем инструмент, парни, и идем к стене. Пока духи молятся, нам надо определиться с позицией обороны.

— Связь, Денис, со мной держать постоянно, — сказал Авилов. — Я к Рязанову.

— Понял.

Передовая подгруппа быстро перебежала к остаткам крепостной стены, нашла участок с толстой каменной частью.

Авилов посмотрел, как там обустраиваются его подчиненные, взглянул на высоты и пошел, согнувшись, к цитадели.

Закончился намаз. Боевики построились за холмом.

Адим подозвал к себе командиров танков Расана Камаля и Али Исави, а также Саида Рубини и Аджана Салуни, отвечавших за действия БМП и пехоты.

— Ты, Камаль, выводишь танки между высотами этой линии и бьешь осколочно-фугасными снарядами по вершинам высот, на которых засели неверные, — проговорил Адим. — Вполне вероятно, что они уже ушли оттуда, но могли и остаться. Эти русские непредсказуемы. Они лезут туда, куда никто другой не сунется. Оттого с ними и воевать сложно. У вас в автоматах заряжания сколько выстрелов?

— У меня шесть, — ответил Камаль.

— Что? — воскликнул Адим. — Всего шесть? Почему я не знал об этом раньше?

— Я докладывал, что на базе закончились боевые снаряды.

— Когда?

— Извините, командир, когда вы отдыхали после утех с молодыми девицами, которых вам подвезли американцы.

— Шайтан. Не помню. Ладно. Шесть снарядов, какие?

— Четыре — осколочно-фугасных, два кумулятивно-бронебойных. В пулеметах по одной ленте. К ПКТ около ста патронов, к зенитному где-то пятьдесят.

Главарь банды, прибывшей к крепости, повернулся к Исави и спросил:

— У тебя, Али?

Командир второго танка ответил:

— У меня тоже шесть снарядов, по три осколочных и бронебойных. В пулеметных лентах примерно по шестьдесят патронов.

— Сколько в зенитном крупнокалиберном?

— Говорю же, где-то шестьдесят. Как и в ПКТ, спаренном с орудием.

Джунади посмотрел на Адима и осведомился:

— Что? Упустил важный момент? Танки почти не имеют боеприпасов?

Адим раздраженно ответил:

— Ты же слышал, на базе закончились снаряды.

— Но для тебя, если бы ты запросил, американцы подвезли бы.

— Что теперь об этом говорить? И того, что есть, вполне хватит. — Адим обернулся к танкистам и распорядился: — Обстреливаете два центральных холма, те, что напротив высот, осколочно-фугасными. Каждый танк дает по выстрелу, далее продвижение к линии обороны русских. Если они не ушли с нее, то сделают это после обстрела двух высот. А мы еще и подстрахуемся. — Адим перевел взгляд на Рубини: — Только ты не говори, что у твоих БМП тоже дефицит снарядов и патронов.

— В каждой машине боезапас составляет около двухсот выстрелов, в основном осколочно-фугасных и зажигательных.

— Из пятисот?

Адим готов был разорвать американского капитана, подарившего ему двух девиц, блондинок из подразделения обеспечения базы, и марихуану, от которой до сих пор сушило в горле и болела голова.

Он совершенно не помнил, чтобы ему кто-то докладывал о нехватке боеприпасов. Если бы не эта гулянка, то полковник Дуглас обеспечил бы отряд полным боезапасом. Но…

— ПКТ?

— Где две, где три коробки с лентами на двести патронов.

— Менее трети. Но хватит, — сказал Адим и покосился на командира пехотной группы.

Тот быстро доложил:

— У меня каждый боец имеет по два магазина к автоматам «АКС», ленты по двести патронов к пулеметам. У гранатометчиков по два выстрела.

— Почему по два, а не по четыре?

— Камаль же доложил, что на базе дефицит боеприпасов. Не только танковых снарядов, но и обычных патронов.

— Ручные гранаты?

— Эти есть. Не у всех, но у многих. Наступательные «РГД» и оборонительные «Ф-1». Последних меньше, десять штук.

— Ясно! — сказал Адим, обернулся к Джунади и попросил: — Дай карту, Абу.

Получив ее, он подозвал к себе командиров групп БМП и пехоты.

— Смотри сюда, Саид, — обратился Адим к Рубини, — одна БМП выходит на западный рубеж, вместе с воинами господина Джунади. Вторая на восточный, к «Тойоте». Третья движется на север. Старшие групп будут оповещены о вашем подходе. На рубежах спешивание пехоты, разворачивание в боевую линию. По команде атака на позиции неверных. Всем работать по спецназу, обстрел цитадели дело танков. Первым двум БМП при начале выхода обстрелять из пушек крайние высоты от тех, по которым ударит танк. Но экономить боеприпасы. Вопросы есть?

Танкисты, Исави и Камаль, отрицательно покачали головами.

— Тогда по машинам! Настроить связь и ждать команды. Вперед!

Радиостанция Джунади сработала сигналом вызова.

— Да?! — ответил он.

— Это Хамис!

Главаря основной банды вызывал командир отделения ПВО.

— А что это с твоим голосом, Махир?

— Я на южной позиции. Здесь должны были быть Бурхан Кадуни и Заид.

— Что значит должны были быть?

— Шайтан! Я неправильно выразился. Здесь позиция Кадуни и Заида.

— Знаю. И что?

— А то… что они убиты.

— Что? — вскричал Джунади. — Как убиты?

— Выстрелами в голову. У каждого по пуле.

— Но… а ПЗРК?

— Они выведены из строя. Это работа проклятых неверных. Ночью они уничтожили всю нашу ПВО.

— Но откуда они могли знать о местах размещения расчетов?

— Я не в курсе. Но знали.

Джунади нервно икнул, непроизвольно сплюнул слюну и спросил:

— Русские были у нас в тылу?

— А как иначе они уничтожили бы зенитчиков и вывели из строя ПЗРК?

— Почему же спецназовцы тогда не атаковали высоту, где нас было всего пятеро?