Ликвидация Докхантера - Сергей Самаров

– Беспилотник уже готов. Ждет.

– Запускайте, Ник, запускайте…

– Первый, я – Шестой. Как слышишь?

– Нормально. Докладывай.

– Вижу группу Стерха. Они выступили в вашу сторону.

– Хорошо. Наверное, самое время.

– Первый, я – Четвертый, – вышел в эфир Редкозуб. – Закончил минирование.

– Нас, случаем, землей не засыпет?

– Вы в стороне отдыхаете. И даже под крышей. Земля только поднимется на метр и опустится на метр вперед, обрушив заднюю стенку могилы. Могу показать, что будет… – пошутил сапер.

– Без самостоятельности, Четвертый. Жди команду. Мне еще следует дать сигнал Селиверстову. Не подставь своими взрывами нас под резонатор.

– Могу пульт тебе передать. Сам взрывать будешь, – чуть обиженно ответил Редкозуб.

– Я не умею… – успокоил сапера командир, хотя пользоваться радиоуправляемым пультом детонации, конечно, умел.

Звук двигателя боевой машины пехоты нарастал и нарастал. Наконец БМП выехала на площадку перед конторой, едва не зацепив бампер «уазика». Из люка высунулась голова командира.

– За сарай свою машину ставь, за сарай! – прокричал ему по-русски Докхантер. – Иначе ее здесь сжечь могут.

Башня БМП как раз закрывала от ствола магнитного резонатора могилы-окопы, а это полковника не устраивало. Лесничий сразу догадался чем. Это означало, что своих защитников полковник Хантер тоже намерен уничтожить. Но командир экипажа из-за шума двигателя слов, видимо, не расслышал и никуда не приказал отъехать. Он выбрался сначала на броню, потом спрыгнул на землю. Раскрылись задние распашные дверцы, бойцы, для которых могилы и рылись, выбрались наружу и сразу заметили тела убитых кладбищенских работников.

Докхантер подскочил к командиру экипажа и, экспансивно размахивая руками, начал что-то объяснять. Но командир только отмахнулся. И сделал это даже слегка презрительно, что Хантер не мог не заметить. Сергей Ильич, наблюдая эту картину, только радовался знаменитому украинскому тупому упрямству. Скоро и полковник понял, что он своими указаниями ничего не добьется и вместо уговоров сделал знак своему помощнику, который только что закончил перевешивать на машине номера. Тот все понял и согласно кивнул. «Уазику» ничего не стоит переехать на несколько метров вперед, чтобы ствол резонатора снова смотрел туда, куда ему и следовало смотреть. Солдаты батальона «Айдар» тем временем уже начали обживать окопы, которые оказались излишне глубокими для большинства из них. Брать в руки лопаты и подсыпать землю солдатам не хотелось, и они просто стали сбрасывать в могилы тела убитых могильщиков, чтобы была подставка для ног. Трупами карателей запугать было трудно.

Полковник бросил взгляд на своего помощника, который ждал приказа, и отрицательно помотал головой. В такой обстановке стрелять из магнитного резонатора было, видимо, нецелесообразно. Солдаты, не попавшие сразу под удар, могли ответить очередью из автомата, а рискованная встречная игра не входила в планы Докхантера. Он остановился посреди открытой площадки перед конторой и задрал голову.

Из дольмена не было видно неба, но подсказал Иващенко:

– Первый! В небе беспилотник вертолетного типа. Такой же, похоже, как ночью, по твоим словам, летал. Если у него есть тепловизор, он нас наверняка определил. Что будем делать?

– Второй, вы далеко от могил?

– Метров тридцать.

– Смещайтесь к могилам. Неторопливо. Умышленно не прячьтесь. Делайте вид, что вы местные. Рассматривайте могилы. Он может принять вас за солдат или за могильщиков. Сколько их в тесноте в могилах сидит и лежит, сверху разобрать трудно. Хорошо, что полковник не имеет приема с беспилотника.

– Первый, я – Шестой. Конечно, цель маловата, но я могу попробовать ее снять.

– Отставить, Шестой. Никаких пока выстрелов. Дрон[33]должен увидеть группу Стерха. Придется рисковать.

– Поздно, доктор, я уже умер, – добавил Иващенко. – Судя по взгляду Докхантера, Дрон уже пролетел над нами. Реакции никакой.

Прошло еще несколько напряженных минут, и никаких действий произведено не было. Полковнику позвонили. Видимо, передали только сообщение, потому что разговор длился меньше минуты. Еще через три минуты помощник полковника выскочил из машины и, неуклюже переставляя длинные негнущиеся ноги, подбежал в Хантеру и что-то сказал, бросив несколько взглядов в сторону лесистых сопок. Докхантер кивнул. Помощник вернулся в машину и снова занял свое место за рулем. Тут же керамический ствол магнитного резонатора повернулся в сторону лесистых сопок. Одновременно повернулась и камера наблюдения. Если раньше казалось, что она спарена с пушкой резонатора, то теперь стало заметно, что камера работает отдельно и рыщет по окрестностям.

– Шестой, я – Первый. Что в «уазике» делается? Докладывай.

– Парень за рулем опять ноутбук на коленях держит. Это, видимо, боевое положение. Камера лесок и кусты осматривает.

– Я там ничего не вижу.

– Похоже, камера с тепловизором. От такой не спрячешься. Оп-па!..

– Что?

– Я как раз за камерой следил. Она, конкретно, зафиксировалась жестко, даже слегка вздрогнула при фиксации. Сейчас ее, похоже, будут использовать как прицел.

– В кого они собираются стрелять?

– Цели от меня по другую сторону сопки, мне не видно. Я даже не видел, кто подходил. Наверное, сбоку пожаловали.

– Где БМП стоят?

– Там же, где и стояли.

– Солдаты?..

– Три человека ходят, сигареты «смолят». Других, конкретно, не видно.

– Группу Стерха наблюдаешь?

– Эти – на открытом месте, только кусты вокруг небольшие. Они уже возвращаются.

– Пусть возвращаются.

Лесничий вовремя перевел взгляд с сопки на «уазик». Снова послышался легкий свист, точно такой же, который звучал при уничтожении могилокопателей и директора кладбища, но увидеть ничего не удалось. Не было ни вспышки, ни какой-то трассы в воздухе. Потом свист стал повторяться с определенной периодичностью и зазвучал даже в разных диапазонах, постепенно понижаясь. Сергей Ильич жалел, что у него в этой командировке нет с собой бинокля с тепловизором. Бинокль с простым прибором ночного видения ничего не показывал. Но догадаться, в кого стрелял магнитный резонатор, было не сложно, если вспомнить о тех же изменениях плана Докхантера. Все шло по плану, кроме одного – «волкодавы» так и не попали в поле зрения резонатора.

Полковник Хантер наблюдал за сопкой. Он никого не желал подпускать близко к себе: ни «волкодавов», которые, по его мнению, должны были появиться из леса, ни бойцов батальона «Айдар». А магнитный резонатор простреливал лес, уничтожая там все живое. Пока он не закончил, следовало проверить, действует ли на него «Красуха», расположенная за сотню километров отсюда. Лесничий переключил коммуникатор на штабную рацию. Полковник Селиверстов, хорошо помня время проведения операции, оказался рядом с оператором и ответил сам: