Последняя молитва шахида - Александр Тамоников

– Ты от Грека? Андрей?

– Да подожди о делах, может, таблетку какую принести, водички подать?

Казбек повысил голос:

– Я спросил, ты от Грека?

– Да, и зовут меня действительно Андрей. Андрей Петрович.

– Говори!

– Здесь? Здесь не могу. Давай в сквер отойдем, пройдешься, легче станет.

– Пошли!

Войдя в сквер, Казбек повторил:

– Говори!

– А может, сначала письмецо от невесты прочтешь?

– Письмо? Давай!

– Вот, пожалуйста, а я пока сигарет куплю, кончились, понимаешь.

Казбек через пелену, которая вдруг застлала глаза, читал:

«Дорогой Казбек!

Это я, твоя Даша. Вот так вышло, любимый. Теперь я у чужих и страшных людей. Они говорят, что от тебя зависит, будем ли мы с будущим ребенком жить…»

Прапорщик представил, как, плача, писала это письмо его невеста. Писала под диктовку чужого человека.

«Но эти люди, у которых я нахожусь, пока ничего плохого мне не сделали. Они сказали, что найдут тебя и попросят оказать им небольшую услугу. Если ты согласишься и сделаешь все, как они хотят, то тогда меня отпустят. Сделай, как говорят эти люди, я так не хочу умирать!»

Больше на тетрадном листе ничего не было, только следы от ее слез и еле уловимый запах духов, которые ей подарил он, Казбек, провожая здесь, на этом самом вокзале.

Прапорщик сложил письмо. Хотел положить в карман, но тут же услышал голос словно из-под земли появившегося Андрея Петровича:

– Э нет, Казбек. Это письмо я должен вернуть. С обратным посланием от тебя. На ручку, напиши пару слов невесте!

Казбек хотел было отказаться, но передумал. Перевернул лист, коротко и размашисто написал:

«Я сделаю все, чтобы тебя освободить! Держись, милая, твой Казбек!»

– Вот и хорошо. И Дарья прочитает, и Грек убедится, что мы встречались.

– Теперь говори, что хочет Грек? – мрачно спросил прапорщик.

– Он знает, что скоро нескольких ваших офицеров, включая тебя, отправят в командировку, к границе.

– Я не знаю, а Грек знает?

– Грек все знает.

Дудашев проговорил:

– Дальше!

– А вот когда вы оттуда поведете одну небольшую колонну, ты, Казбек, должен узнать следующее: каким маршрутом, единой ли колонной и когда по времени вы пойдете. Точно узнать! И сказать об этом старому сапожнику, который подрабатывает на базе. Его будка недалеко от КПП. Еще Грек хотел бы знать, кто и как вас будет прикрывать. Это тоже сообщишь сапожнику.

Прапорщик спросил:

– Твой Грек уверен, что мы поведем колонну?

– Абсолютно!

– Все?

– Что должен был сказать я, все. Остальное тебе скажет сапожник. Каков твой ответ Греку?

– Он в письме!

– Тогда побежал я, поезд уходит. Рад был встретить «старого детдомовского друга», – Андрей Петрович как-то хищно рассмеялся и побежал в сторону перрона, где стоял пассажирский состав. Казбек, мрачный как туча, вернулся в часть.

А в понедельник вечером со стороны рощи, недалеко от поселения беженцев, по часовому поста склада горюче-смазочных материалов батальона, отстоящего от гарнизона примерно в километре, был неожиданно открыт одиночный огонь. Три выстрела. Пули ударили рядом с часовым, когда тот проверял печати на боксах. Солдат тут же рванулся к окопу, оборудованному возле вышки. Оттуда вышел на связь с начальником караула лейтенантом Сергиенко:

– Товарищ лейтенант, докладывает часовой четвертого поста рядовой Фадеев. В 19.40 вверенный мне под охрану пост, когда я обходил его, подвергся обстрелу. Выстрелов не слышал, но пули ударили рядом. Одна в ворота, две в землю, возле ног. Я нахожусь в укрытии! К отражению нападения противника готов!

– Понял тебя! Будь внимательнее. Сейчас прибудет резервная смена караула. Поведет ее мой помощник, смотри, по своим огонь не открой! Запроси пароль!

– Есть, товарищ лейтенант!

Начальник караула тут же отдал приказ:

– Резервная смена, в ружье!

Пока группа из пяти человек разбирала из пирамид оружие, лейтенант связался с дежурным по части капитаном Антоновым:

– Товарищ капитан! На связи начальник караула!

– Что у тебя?

– Пост ГСМ обстрелян!

Голос Антонова сразу же принял металлические нотки. Сергей умел быстро ориентироваться в обстановке.

– Когда это произошло и откуда велся обстрел? Его интенсивность?

– По докладу часового, в 19.40, со стороны лагеря беженцев. Скорее всего из соседней «зеленки». Три выстрела!

– Предположения оставь при себе. Резервную смену на пост выслал?

– Сейчас пойдет!

– Теперь слушай сюда, лейтенант. Смена должна идти обходным маршрутом и не единым подразделением, а поодиночке, соблюдая дистанцию визуального контроля, чтобы на сюрпризы не нарваться. Предупредить об этом часового! Через овраг выйти к забору поста с тыла. Повторяю, ни в коем случае не идти на пост обычным, утвержденным маршрутом! Одновременно поднять отдыхающую смену и усилить оставшиеся посты. Занять оборону караульного помещения!

– Понял вас, товарищ капитан!

– Выполняй! Сам оставайся в караулке, я доложу командиру и лично отправлюсь туда.

– Есть!

Сергей снял трубку прямой связи с командиром.

– Подполковник Буланов, слушаю!

– Дежурный по батальону капитан Антонов! Командир, мы обстреляны!

– Не понял? Где и кем?

– Кем – неизвестно, а обстрелян пост ГСМ. Часовой жив! Разрешите поднять один из взводов роты и с ним убыть к месту происшествия?

– Поднимай весь батальон! Офицерам «общий сбор», ремонтному взводу выдвинуться на прикрытие домов офицерского состава. Я немедленно следую в часть, ты действуй, как предложил!

Капитан Антонов позвонил в расположение своей роты. Ответил ему дежурный. Капитан приказал:

– Второй взвод, в полном составе, с оружием и амуницией к штабу!

Обернулся к помощнику:

– Врубай систему оповещения офицерского состава. Команда – «общий сбор». Всему личному составу построение на плацу! Ремонтному взводу убыть на охрану городка. Далее, сержант, встретишь командира и остаешься за меня, пока офицер не сменит временно. Я на пост ГСМ, вызывай дежурную машину!

– Есть, товарищ капитан!

Помощник принялся выполнять приказания начальника, Антонов же вышел из штаба, к которому нестройными рядами, но общей колонной спешил самый боеготовый во всем батальоне, не раз обстрелянный в колоннах второй взвод роты Сергея. Одновременно из парка боевых машин подошел дежурный крытый «ГАЗ-66».