Взрыв в честь президента - Альберт Байкалов

– Пирами! – позвал Дани своего помощника, который сидел на траве и во все глаза наблюдал за происходящим. – Помоги!

– Что? Да… да… Конечно. Сейчас. – Пирами стал шарить вокруг себя руками. Но ничего похожего на камень или большую палку поблизости не оказалось. Между тем, оттягивая веревку, Кикола практически встал. Лицо его от напряжения увеличилось в размерах и стало бордовым. По подбородку текла пена. В глазах не было ничего, кроме безумного желания жить. Сидевший на его спине Дани почти свалился. Он держался лишь за концы шнура, словно наездник на вставшем на дыбы скакуне. Пирами не придумал ничего лучше, как двинуть Киколе ногой по лицу.

Охнув, тот перевернулся на спину, окончательно сбросив с себя своего палача. Издав странный звук, Дани хрястнулся со всего размаха спиной на выступающий из земли небольшой пенек. Руки разжались, и он выпустил удавку. Срывая руками вокруг себя траву и сгребая прошлогоднюю листву, он уставился обезумевшими от боли глазами в небо и зарычал. На губах вмиг выступила кровавая пена. Кикола стоял, широко расставив ноги, и, тяжело дыша, глядел на Пирами. Было видно, он еще не осмыслил происходящего. Даже не удосужился оглянуться назад, чтобы посмотреть, что произошло с человеком, который едва не стал его убийцей.

Пирами от такого оборота дел опешил. Он замер, в оцепенении глядя на то, как Кикола крутит головой и трет шею. Его словно только что вынули из петли, хотя в принципе так оно и было. Он страшно хрипел и неестественно таращил глаза.

Наконец Пирами понял, что остался один на один с Киколой, а устранение агента перешло в настоящий бой один на один. Одновременно с этим до него дошло, что пока Кикола не до конца оправился от удушья, нужно его добить. Пирами огляделся по сторонам. Ничего подходящего. Тогда он втянул в легкие воздух и бросился на Киколу. От удара кулаком в челюсть Кикола отлетел на несколько шагов. Однако этот же удар привел его в чувство. Он вдруг зло, по-иному, чем прежде, посмотрел на Пирами:

– Не выйдет!

Пирами вновь бросился вперед. Он практически не почувствовал удара в лицо. Оказавшись вплотную с Киколой, обхватил его за туловище и сшиб с ног. Оказавшись на спине, Кикола вскрикнул и на какое-то время обмяк. Воспользовавшись этим, Пирами стал со всей силы дубасить его по лицу кулаками. Но силы уже оставили его. Воздуха не хватало. Тогда он схватил Киколу за одежду на груди, приподнял и несколько раз приложил затылком о землю. Кикола зажмурился.

Пирами встал на четвереньки и пополз к машине. Там, под сиденьем, лежал обрезок арматуры. Он специально приготовил его для такого случая. На свою беду, не зная, как незаметно взять оружие из машины, в последний момент Пирами решил, что вдвоем с Дани они обязательно справятся с Киколой и без этого инструмента. Не вышло. Оказывается, так легко все выходит только в кино. Пирами, в отличие от Дани, никогда не приходилось убивать, и он страшно растерялся.

Пирами уже почти дополз до машины, когда Кикола вдруг, и тоже на четвереньках, бросился следом. Силы у обоих были на исходе. Кикола поймал Пирами за щиколотку. Тот попытался ударить его свободной ногой. Попал в плечо. Кикола озверел и стал выворачивать ступню. Пирами упал на живот, взвыл не своим голосом и стал стучать руками по земле.

– Избавиться от меня решили? – прохрипел Кикола. – Не выйдет!

С этими словами он с новой силой крутанул ногу Пирами против часовой стрелки. Раздался хруст рвущихся связок. У Пирами потемнело в глазах. Он перевернулся на спину и попытался сесть. Однако Кикола бросился ему на грудь. В следующий момент в голове Пирами словно выключили свет. Еще какое-то время он видел странные вспышки, потом все пропало.

* * *

Кикола последний раз ударил по лицу Пирами кулаком и теперь обессиленно сидел. Лицо несостоявшегося убийцы невозможно было узнать. Глаза отекли и заплыли, из рассеченных бровей и распухшего носа хлестала кровь. Разбитые губы стали походить на огромные вареники.

Кикола запрокинул голову назад и некоторое время сидел, глядя в синеву июньского неба. Неожиданно он поймал себя на мысли, что стало легче дышать. Наполненный ароматами разнотравья и хвои воздух вмиг опьянил его, как стакан хорошего вина. В этот момент он вдруг ощутил себя только что родившимся человеком. Его захлестнула эйфория победы. Совсем недавно он осознал неотвратимость надвигающейся смерти – и вот она, с новой силой наполнившая его радость жизни! Хотелось закричать во все горло. С трудом сдерживая эмоции, Кикола медленно встал. Все тело болело. Но эта боль странным образом была приятна. Кикола удивился этому ощущению новизны и понял, что с этого дня он стал совершенно другим. Несмотря на физическую усталость, разведчик вдруг почувствовал необычайный прилив энергии. Мысли приобрели ясность. Он словно взлетел сам над собой. Ему немного стало не по себе.

«Может, это умер Пирами и его силы вселились в мое тело?» – подумал он, но тут же отогнал от себя эту мысль.

Кикола огляделся, медленно встал и направился к Дани. Человек, который совсем недавно убивал его, сейчас едва дышал. Взгляд был полон тоски и отчаяния. На животе огромное кровавое пятно, ровно по центру которого, на одежде, был бугорок. Это торчал из тела пенек, на который он рухнул. Что сейчас думал этот человек, находясь на пороге небытия? Каково это осознать, что остались считаные минуты твоего пребывания на этом свете? Для него жизнь уже в прошлом. Кикола присел перед Дани на корточки:

– Кто приказал тебе убить меня?

Вместо ответа Дани издал странный гортанный звук, похожий на бульканье.

Брезгливо морщась, Кикола стал обыскивать его. Оружия он не нашел. Кроме документов и прав на машину, в одном из карманов оказался сотовый телефон.

– Врача! – неожиданно просипел Дани.

– Нет, врача я тебе вызывать не буду, – с этими словами Кикола направился к Пирами. У того оказался только паспорт. Тогда он осмотрел машину. Здесь, под сиденьем нашел кусок арматуры. Взял его, вернулся к Пирами и несколько раз с силой ударил его по голове. Посмотрел на Дани. Тот видел, как он расправился с его напарником, но во взгляде не было страха.

– Лежи и подыхай как собака, – процедил сквозь зубы Кикола и направился к воде. Продравшись через заросли ивы, он опустился на корточки, зачерпнул пригоршню воды и плеснул себе в лицо. Потом еще. Оглядел водную гладь. Было необычайно тихо, лишь где-то куковала кукушка. В воздухе носились стрекозы.

«Что в мире может быть дороже жизни? – неожиданно подумал Кикола. – Ради чего сейчас Пирами оставил этот мир, а Дани собирается это сделать?» Любовь к родине? Но подавляющая часть грузин не желает видеть свою республику такой, какой ее сделал нынешний президент и американские спецслужбы. Одна только внешность выкормленного на западе холеного барчука вызывала у Киколы раздражение. Руками грузин США и Англия пытаются подорвать авторитет России на международной арене, развалить ее экономику, на фоне вооруженных конфликтов в Осетии и Абхазии ввергнуть в противостояние с НАТО. Значит, Грузия – марионетка. Причем для западных спецслужб грузины являются кем-то вроде крыс, жизни которых ничего не стоят. Ведь сегодняшнее покушение на него не произошло бы без санкции Милта. Почему англичанин имеет право распоряжаться его судьбой? Свои действия этот человек оправдывает тем, что, ликвидируя Киколу, он таким образом обезопасит остальных. Но есть ли в мире что-то ценнее жизни? «Хотя если посмотреть с другой стороны, то и я не безгрешен. Сколько на моей совести загубленных душ? Взять хотя бы ту женщину из Самары и ее мать. В чем они провинились? Разве стоила та ситуация того, чтобы лишать их жизни?»