Солдат, который вернулся - Александр Тамоников

— Рома, я слышал твой разговор с Фролом. Нам сильно повезло. Даже не ожидал подобного развития событий.

— Вы разрешаете мне работу у Фрола?

— Он еще спрашивает! Лучшего мы не могли добиться. Для этого и сделали из тебя таксиста. Отличный результат.

— Как быть с Белкой?

— Личный контакт с проституткой теперь не актуален. Но от нее лежит путь к Ботанику, а тот, похоже, играет весьма важную роль в преступном бизнесе Фрола — Графа. Возможно, и тех крутых персон, которые стоят над ними.

— И как быть? Меня повезет Стас или, как его здесь кличут, Воробей. Даже если Белка подвалит, придется отказать ей. Впрочем, вы говорили, что личный контакт с ней теперь не актуален.

— Твой контакт. Нам же желательно контролировать ее, а для этого придется пометить эту барышню.

— Но я не смогу вести машину.

— Ничего, ты заполучи даму, а мы что-нибудь придумаем.

— Хорошо. Воробей валит, конец связи!

— Конец.

Но первой к Николаеву подошла Белка и осведомилась:

— Слышала, на повышение пошел, красавчик?

— Так ты тоже, оказывается, не рядовая шлюха.

— Фу, как вульгарно. Я женщина свободной любви, но могу быть и другой. Хотя с тобой говорить об этом бесполезно. До хаты-то подбросишь?

— Это ты вон у него спроси. — Николаев кивнул на подошедшего Воробьева. — Ему машину вести.

— Но тачка-то твоя?

— Я не против.

Возможно, Воробей имел разговор с Графом.

Во всяком случае, он резко изменил свое поведение в отношении Николаева и вежливо проговорил:

— Мне приказано отвезти вас до дому и поставить машину на стоянку, Роман Сергеевич.

— Вот как! И на «вы», и по имени-отчеству! Давно ли я был для тебя простым водилой?

— Времена меняются. Как говорят, я начальник — ты дурак, ты начальник — я дурак.

— Ладно, держи ключи, заводи. Я куплю сигареты и подойду. Сначала завезем Белку домой.

— Как скажете.

— Садись, кукла! — Николаев улыбнулся и наигранно нетвердой походкой направился к торговому ларьку, стоявшему у кафе «Согдиана».

Он купил пачку сигарет, осмотрелся, не заметил слежки и вновь вызвал на связь командира отряда.

— Седой!

— Белка в тачке.

— Отлично. Когда высадите Курину, попридержи своего персонального водителя.

— А дальше?

— А дальше, Рома, тебе предстоит сыграть роль рыцаря без страха и упрека. Ты все поймешь по обстановке. С теми, кто выйдет на Белку, работай так, чтобы никто не усомнился в реальности происходящего. У твоего Стаса есть смартфон, позволяющий делать качественную запись.

— Понял. Бандиты наедут на бедную женщину, я спасу ее, шестерка Графа запишет инцидент.

— Точно так.

— Работаем.

— Как придешь домой, отзвонись.

— Есть!

— Удачи.

Николаев вернулся к машине. Белка сидела сзади, задрав юбку до предела. Стас, видно, клеился к ней, но получил отказ.

Поэтому он рявкнул на нее, когда на место пассажира садился Роман:

— Прикройся, шалава!

— Пошел ты!.. — не осталась в долгу Людмила.

— Прекратить базар! — приказал Николаев. — Поехали.

Воробьев вывел машину на Третье транспортное кольцо. До нужного места доехали молча и довольно быстро, учитывая достаточно плотный транспортный поток.

— Я должна заплатить? — спросила Белка.

— Ага! — Воробьев повернулся к ней. — Натурой. Мне пересесть к тебе?

— Да пошел ты!

— Нет, ты, в натуре, за базаром не следишь! Я так могу послать, что мало не покажется.

— Заткнись! — велел Воробьеву Николаев и сказал Белке: — Иди!

— Не передумал?

— Насчет чего?

— Чтобы зайти?

— Нет.

— Ну и ладно.

Проститутка вышла из машины и зашагала по дорожке скверика, сохранившегося между рядами домов брежневской постройки.

— Едем к вам, Роман Сергеевич? — спросил Воробьев.

— Погоди, я сигареты найти не могу.

— Где-нибудь у сиденья.

— Нет, смотрел.

— Могли и на стоянке выпасть.

— Запросто. Ладно, сейчас не до розысков. Пойду куплю другие.

Николаев подошел к киоску и увидел, как к Куриной привязались два крепких мужика. В одном из них он узнал прапорщика Котенко.

— Какая шлюшка, Славик! Такую разложить да пустить на двоих!

— Самое то было бы, — ответил мужчина, которого Николаев в лицо не знал, видимо, офицер из пополнения.

Белка с презрением воскликнула:

— Отвалите, вонючки! Вам бомжих в подвалах раскладывать. Да и те вряд ли дадут.

— Чего ты сказала, сука?

Котенко неожиданно ударил Курину по лицу. Не кулаком, ладонью, чтобы не оставить синяка.

Белка упала на дорожку, вскрикнула от боли. Второй мужик нанес ей удар в бедро.

Девица крикнула:

— Помогите!

Все это видел и Воробьев, но предпочел остаться в машине.

Николаев же вышел на дорожку и заявил:

— Эй, сволота, а ну оставили женщину!

Котенко изобразил испуг, схватил сумочку Куриной и крикнул:

— Валим, Славик.

Они рванули к ближайшему дому.

Николаев подошел к Белке, сумевшей приподняться и сесть на бордюр.

— Ты в порядке? — спросил он.

— В полнейшем, — выкрикнула ему в лицо Белка. — Если не считать разбитого колена, опухшей щеки и шишки на бедре. Где ты раньше гулял? Ведь меня могли прибить!

— Я вообще-то должен был уехать, остался из-за сигарет. И чего ты орешь на меня? На мужиков, которые к тебе приставали, шумела бы. Давай руку. — Николаев помог Куриной подняться и спросил: — Как нога?

— Цела. Зато синяк теперь на бедре будет знатный.

— Ничего, пройдет.

— А клиенты?

— Чулки черные наденешь. Главное, кости целы, а ссадина на колене да ушибы пройдут.

— Сумку эти суки сперли.

— У тебя в ней ценные вещи? Документы?

— Ключи там от хаты. Денег пара штук, духи, смазки. Паспорт я с собой не ношу.

— Тогда и жалеть не о чем. Замок в квартире сменишь, остальное купишь.