В окопах Кремля - Альберт Байкалов

— Послушай, — Захар пристально посмотрел на девушку. — Тебе не противно имитировать любовь со стариком за благополучие?

— Что? — Леночка медленно развернулась к нему. — Ты хочешь сказать…

Она не договорила. Убрав сковороду с конфорки, зажала ладошкой рот и бросилась прочь.

— Умеешь ты сыграть, как заправский артист, — пробормотал он…

* * *

Матвей вернулся домой поздно вечером. Несмотря на то, что были ключи, позвонил. Пусть Марта убедится, что это он. А так, начнешь открывать замок без предупреждения, подумает, что снова бандиты… Чем это может закончиться, одному Богу известно. Марту он давно подготовил и проверил на стрессоустойчивость, научил нехитрым, но действенным приемам самообороны. Она отлично владела многими видами оружия. Прошла, как говорится, испытание боем в джунглях Конго, где они искали потерявшийся российский экипаж самолета, в глухих лесах Мурманской области, куда увозили сектанты своих адептов, вынуждая перед этим передать им в дар или продать по минимальной цене имущество, фирмы, а иногда и целые банки; в таежной глуши Красноярского края, спасая старообрядцев от охотников за сокровищами…

Поэтому внезапное появление на пороге мужчины в сумрачном коридоре может иметь серьезные последствия. От удара сковородой до стрелы куда-нибудь в ногу из арбалета. Правда, Марта никогда не применяла активных действий, пока не убеждалась, что в этом есть необходимость. Но кто его знает? Сейчас нервы у нее напряжены, к тому же каждая стрессовая ситуация наносит свой отпечаток на психику.

— Наконец-то, — раздался облегченный вздох в динамике, установленном под глазком видеокамеры.

Открыв двери, Марта подставила ему щеку для поцелуя. Кораблев поморщился и покачал головой.

— Чего? Разлюбил? — шутливо надулась она.

— В губы, — Матвей притянул ее к себе.

На кухне что-то зашипело.

— Ой! — взвизгнула молодая женщина, отстранилась от Матвея и бросилась к плите.

Он разделся и прошел следом. Держа на весу кофеварку, Марта тряпкой убирала бурое пятно.

— Ты зачем на ночь глядя кофе пьешь? — спросил Кораблев, заранее зная ответ.

— Мне поработать надо, — виновато сказала она. — Да и слабенький заварила. Сейчас я тебе ужин разогрею.

— Не надо, — покачал головой Матвей. — Я поел.

— Интересно, где, а главное, с кем? — продолжая протирать плиту, молодая женщина с интересом посмотрела на него.

— С Захаром и его любовницей.

Марта медленно развернулась. В это время рука с тряпкой коснулась раскаленной комфорки. Она взвизгнула и отпрянула от плиты, расплескав на пол кофе.

Матвей вскочил:

— Под кран!

— Кому советуешь? — улыбнулась она, открывая холодную воду. — Дай лучше тазик.

Ожог был небольшим. Лишь слегка покраснела кожа. Марта даже не стала бинтовать руку. Несмотря на уговоры, она быстро накрыла на стол легкий ужин.

— Конечно, как врач, я не рекомендовала бы принимать пищу после шести вечера, — но как женщина, которая весь день не видела своего возлюбленного, хочу, чтобы ты составил мне компанию.

— Хорошо, — согласился Матвей. — Только всего понемногу.

— А как он согласился с тобой говорить? — усевшись напротив, Марта подперла кулачком подбородок и приготовилась слушать.

— Это я его согласил, — усмехнулся Кораблев, вспомнив лицо Захара, когда тот вошел в комнату, где он сидел.

— Бил? — нахмурилась Марта.

Матвей, словно размышляя, сказать правду или нет, не спеша наколол кусочек мяса вилкой, сунул в рот и стал медленно жевать.

— Чего молчишь?! — вспылила Марта.

— Я ему уши отрезал… Кстати, — спохватился он. — А через сколько их можно пришить? Дело в том, что Захар их в пакетик забросил и после разговора умчался в Склиф.

— Да ну тебя! — Молодая женщина отставила чашку с недопитым кофе на край стола и подвинула к себе ноутбук.

— Шучу, — признался Матвей. — Пришел в дом под видом работника коммунальных служб.

— Это я поняла, еще когда ты мне поручил логотип управляющей компании в Интернете искать, печатать объявление и бланки липовых нарядов…

— Его подружка открыла двери, — продолжал Матвей. — Я с ней поговорил, успокоил и стал ждать Захара. Потом он пришел.

— И что?

— Хочет, чтобы я на его босса работал, — следя за реакцией Сомовой, ответил Кораблев.

— А с Тамарой как? — Марта вскинула на него удивленно-испуганный взгляд.

— Отдам я ему ее вместе с документами, — перейдя на шепот, вновь принялся дурачиться Матвей. — А что, лицензию государство не дает, а я приключения люблю. К тому же обещает хорошие деньги. Надо смотреть в будущее. Быть у Дешиных и Базаровых на побегушках не хочу.

На этот раз Марта просто улыбнулась:

— Ты так правдиво играешь роль подлеца, что, конечно, кто-то другой на моем месте и поверил бы в эту ахинею, только не я. Колись!

— Говорит, вернете документы, я про нее забуду, — с набитым ртом пробубнил Матвей.

— Скажи, зачем тебе устраиваться на работу к его боссу?

— Сорняк надо вырвать с корнем, — Кораблев отодвинул пустую тарелку и взял чашку с чаем. — Чувствую, я до него скоро доберусь.

* * *

В этот раз с последствиями ледяного дождя справились быстро. Если префект считал, что хорошие результаты по ликвидации последствий стихии — это опыт, полученный в период предыдущих баталий с природой, и работа на износ всего управленческого аппарата, то у Захара было свое мнение. Просто дождь со снегом шел недолго, к тому же были выходные, пробок не было, и они не мешали технике, равно как и дворникам прохожие. К тому же на этот квартал Захар скрепя сердце подписал бумаги на увеличение финансирования. Деньги предназначались на ремонт техники и дополнительное топливо. Сейчас его «черные бухгалтера», механики, руководители управляющих компаний и прочие участники борьбы с апокалипсисом делали деньги. Одни составляли фиктивные документы, другие приписывали в путевых листах на автотранспорт километраж, накручивали спидометры, составляли сметы на несуществующий ремонт и восстановление линий электропередачи. Вся эта армия считала, что работает на глав своих управ. Те наверняка хотели верить в то, что отправляют проценты Захарову Леониду Андреевичу. Все-таки не хотелось думать о плохом. Ну хотя бы в министерстве порядочные люди остались. Да и страху Следственный комитет и прокуратура понагнала. Одно только дело по поводу «Оборонсервиса» могло охладить головы. А чего стоят махинации с трубами в Питере, превращенном в начале отопительного сезона в город гейзеров? Виновных в закупке бракованных труб по заниженным ценам вывозили из Северной столицы самолетами.

Однако Захар знал, в любой другой стране эти действия властей охладили бы горячие головы воришек, но не в России, где само понятие «власть» подразумевает кормушку. Где в нее стремятся лишь для того, чтобы улучшить свое благополучие. Власть в России — это сласть. Персональный автомобиль, квартира, хорошие премиальные и надбавки к довольно умеренной зарплате, связи, возможность влиять на законы… Много чего. И не только менталитет виной тому. За годы революции и сталинских репрессий уничтожена лучшая часть населения. Перестройка выдавила за рубеж ученых, высококвалифицированных рабочих, программистов… Те, кто остались, в большинстве своем спят и видят себя в окружении тайских красавиц на берегу моря. Для того чтобы эти грезы сбылись, нужны деньги. А их, как говорится, много не бывает. Те редкие индивидуумы-одиночки, которые пытаются что-то изменить, либо погибают в автомобильных катастрофах, умирают от рук наемных убийц, травятся, загибаются от сердечных приступов или просто бесследно пропадают.