Славянский кокаин - Фридрих Незнанский

— Не сомневаюсь. Но ему же вспомнить будет нечего, кроме того, как он на собраниях выступал. Посмотри, все уже перевлюблялись давно, а Бакатина я даже ни разу не видела разговаривающим с девочкой не по пионерским вопросам.

— Ты к чему детей толкаешь, я не понимаю? К тому, чтобы они переженились в десятом классе?

— Да при чем здесь это? Я о другом говорю. Я пытаюсь объяснить, как должен вести себя нормальный живой ребенок. Хулиганить, влюбляться, переживать, хватать двойки, набивать шишки. А Бакатин, он как робот. Механизм, работающий без сбоев, не дающий осечек. Жуть. Мне ему в глаза смотреть страшно, там такая пустота пугающая, никаких эмоций. Кажется, он когда смотрит на тебя, по гаечке разбирает и изучает, что там у тебя внутри.

— Да ну тебя, — обиделась Наталья Ивановна. — Единственный нормальный ребенок на всю школу, а ты бред какой-то несешь. — Классная махнула рукой и застучала каблуками по коридору, ее приятельница, вздохнув, отправилась за ней.

3

Сперва Груздь пообедал. Сделал он это на Зубовском бульваре в ресторане «Три пескаря». У Филиппа Агеева, который не упускал его из виду, денег на подобное заведение не было, так что он купил в ближайшей забегаловке пару гамбургеров и припарковался метрах в двадцати от поворота к «Трем пескарям» — заведение общепита располагалось не непосредственно на бульваре, а в глубине двора.

Филя запивал еду «быстрого приготовления» «фантой» и с неудовольствием прислушивался к собственным ощущениям. От второго гамбургера у него заболел живот. От третьего глотка «фанты» — горло. Больше он не успел ни откусить, ни отпить, потому как позвонил Денис и чрезвычайно сухо сообщил, что Демидыч упустил Мишина, сам он теперь (Демидыч, не Мишин) находится в больнице и что если еще и Филя умудрится сделать то же самое со своим подопечным, то лавочку, то бишь «Глорию», можно будет смело закрывать. Филя выкинул остатки своей еды и впился взглядом в выход из ресторана. Смотрел он так, не отрываясь, несколько минут и обдумывал незамысловатый тезис, что вот ведь странно же получается: у Бакатина в Нью-Йорке имелся ресторан «Три медведя», а Груздь в Москве посещает «Три пескаря». Впрочем, едва ли здесь какая-то связь.

Наконец Груздь вышел на улицу. Тут же к нему подъехало такси. Филя не удивился. Он таскался за ним по городу третий день и уже знал, что Груздь сам садится за руль в редчайших случаях — то есть, видимо, когда не пьет, а такого пока что не случалось.

На такси Груздь уехал недалеко — ровно до казино «Остров сокровищ», находящегося все на том же Зубовском бульваре, дорога заняла меньше трех минут. Филя посмотрел на часы: было 15.40. Едва ли в это время в этом казино было много посетителей, но нечего делать, пришлось рискнуть. Филя припарковался на казиношной стоянке и зашел внутрь.

Пришлось и зарегистрироваться, и на последние полторы тысячи рублей купить входные фишки — так называемые «лаки чип». Филя знал, что обратно на деньги ему их при выходе не поменяют, можно было лишь сыграть в расчете на то, что удастся за игровым столом превратить их в кэш — фишки, являющиеся прямым эквивалентом наличных долларов, в данном случае — пятидесяти «уе».

«Остров» представлял собой живописную местность. Сперва на входе в форт, окруженный частоколом, Филю встретил швейцар в форме боцмана. Филя разделся, его куртка скрылась в гардеробе, украшенном черным пиратским флагом с «Веселым Роджером». Фишки «лаки чип» — то есть якобы счастливые — были украшены черными метками. «Нас пугают, а нам не страшно», — подумал Филя, но это было не совсем так, он волновался по поводу денег.

Игровые столы стояли не на ножках, а на бочонках. На стенах висели мушкеты, кривые ножи и карты с указанием мест возможных сокровищ. Бар был стилизован под английскую таверну XVIII века. Девушки-официантки в тельняшках резво бегали между столиками. Среди игроков, кажется, особой популярностью пользовался любимый напиток Билли Бонса — ром. Разумеется, имелся и попугай, время от времени вопящий «Пиастры! Пиастры!».

Груздь сидел в дальнем зале. Хотя сказать, что он сидел, было бы преувеличением. Он носился между тремя столами — рулеткой, блек-джеком и карибским стад-покером, везде оставляя ставки от ста пятидесяти долларов и выше. Филя, которому нужно было во что бы то ни стало сберечь свои последние деньги, смотреть на это не мог. Если бы Груздь собрался уходить, все равно иной дороги, как мимо Фили, у него бы не было. И Агеев сосредоточил свое внимание на рулеточном столе, ставки на котором были минимальны. Впрочем, разницы, на какой стол поставить пять фишек по десять долларов каждая, не было.

Когда-то Денис Грязнов объяснял ему, как можно обналичить «лаки чип», но у Фили, как назло, все выветрилось из головы. Позвонить, что ли, шефу, в самом деле? Говорить об этом прямо в игровом зале, на глазах крупье и питбоссов, он посчитал неудобным и, глянув еще раз на Груздя (не сбежит ли за это время? Едва ли, на всех трех столах у него была рассыпана куча фишек), Филя отправился в туалет. Туалет тоже был не совсем туалет, а нечто стилизованное, с иллюминатором, в общем, гальюн.

— Ну, что случилось еще? — послышался в трубке хмурый голос Дениса. — Только не говори мне, что ты его упустил. — У Дениса на мобильном телефоне стоял определитель номера, и с некоторых пор он завел себе эту дурацкую привычку, не здороваясь, первым начинать разговор, когда ему звонили.

— Не рычи, — зашептал Филя. — Лучше скажи мне, как правильно в рулетку играть.

— Чего?!

— Да ничего! Он в казино засел. Я — за ним. Пришлось фишки купить. На последнее бабло, между прочим. Ты, кстати, зарплату платить в этом месяце собираешься?

— Ближе к телу.

— Ну а тогда за предыдущий? — вкрадчиво поинтересовался Филя.

— Ты за этим позвонил?

— Ладно, скажи мне, как мне все свои ноги отсюда унести, пока в Сильвера какого-нибудь не превратился. Ты говорил, что с «лаки чип» всегда можно назад свои вернуть. Это правда?

— Можно, — подтвердил Денис.

— Ура. А как?

— Сколько у тебя фишек?

— Пять штук по десять грин каждая.

— Маловато. Нужна еще одна, чтобы все поле закрыть.

— А где ж я ее возьму?

— Ну купи еще фишек на десять баксов.

— Да денег больше нет!

— Что же ты, остолоп, внутрь поперся? Не мог снаружи в машине подождать?

— Сам же сказал — глаз с него не сводить! А если бы он ушел как-нибудь? Ну что теперь делать? У меня что, никаких шансов нет?

— Да шансов у тебя навалом! На рулетке тридцать шесть цифр, не считая нуля, конечно. У тебя пять фишек, значит, ты можешь, выставляя каждую на сикслайны, то есть на шесть цифр, закрыть тридцать из них. Итого, твои шансы: пять из шести. Уловил?

— Вроде, — пробормотал Филя, дал отбой и спустил воду в туалете.

Он вернулся в зал и сразу же увидел, что в соседнем появились новые игроки, но Груздя-то, Груздя там уже не было!