Спец по отморозкам - Сергей Зверев

Много лет назад, в Афгане, Константин видел нечто подобное – после первого же боя один из «духов» около двух часов просидел на одном месте, с тупым усердием отковыривая от скалы мелкие камешки. Он стер свои пальцы до мяса и обломал все ногти. Его оттаскивали в сторону, но каждый раз парень с маниакальным упорством возвращался к своей скале. Все это окончилось весьма печально – в минуту просветления «дух» сунул ствол автомата себе под подбородок и спустил курок…

В дверь коротко позвонили, и Константин, вздрогнув, обернулся.

«Ну вот, досиделись!» – Он встал и щелкнул выключателем. В комнате стало темно. Вытащив из-за пояса пистолет, он подошел к окну. Будь он один, уйти от преследователей не составило бы особого труда – перебрался бы на балкон к соседям, с которого до пожарной лестницы было рукой подать. Но на нем мертвым грузом висела Даша, которая даже в нормальном состоянии вряд ли бы рискнула поупражняться в альпинизме.

Во дворе было темно, хоть глаз выколи. Не горела даже лампочка над входом в подъезд. Скорее всего ее специально отключили. Когда глаза привыкли к темноте, Константин смог разглядеть, что у подъезда появилась новая тачка. Судя по силуэту, джип. В этот момент в дверь вновь позвонили. На этот раз более настойчиво.

«Если я не открою, они сломают дверь. Сколько мы сможем продержаться? Пока патроны не кончатся?.. И что тогда?»

– К окну не подходи! – предупредил он Дашу на всякий случай и, закрыв за собой двери, ведущие в гостиную, вышел в прихожую.

Прежде чем подойти к входной двери, прислушался. С лестничной площадки доносились негромкие мужские голоса. Это его немного успокоило. Наемные убийцы не стали бы вести задушевные беседы перед дверью жертвы. Впрочем, сейчас творится такой беспредел, что возможно всякое…

Кто-то вновь нажал кнопку звонка, а затем послышался знакомый до боли голос:

– Панфилов, открывай! Я же знаю – вы здесь!

«Михайлов? – Константин был откровенно растерян. Версия о причастности Дашиного мужа к похищению трещала по швам. – Неужели я ошибся?.. Что ж, вполне возможно. Эти несколько последних дней вымотали меня до предела – я стал нервным и подозрительным…»

– Если не откроешь, вызову милицию! – Голос Михайлова слегка подрагивал от волнения. А может, от ярости? В любом случае, упоминание о милиции развеяло последние сомнения. Константин включил свет, щелкнул замками и, на всякий случай держа оружие на изготовку, отступил в сторону.

Михайлов ворвался в квартиру как вихрь, сметающий все на своем пути. Вслед за ним порог переступили двое здоровенных парней. И сразу небольшое пространство прихожей заполнилось до предела.

– Где она? – деловито уточнил Михайлов, в упор разглядывая Константина.

Тот кивнул на плотно закрытую дверь.

– В гостиной…

– Она в порядке?

«Что-то он не торопится обнять свою драгоценную женушку!» – подумалось вдруг Панфилову.

– Не совсем.

– Что значит «не совсем»? – Поколебавшись, Михайлов распахнул дверь, ведущую в гостиную, и бросился к Даше, которая от страха забилась в дальний угол комнаты. Увидев мужа, она жалобно охнула и, спрятав лицо в ладони, тихо заплакала.

«Хоть какие-то эмоции… – искренне обрадовался Константин. – Значит, не все потеряно!»

Михайлов, шепча Даше что-то ласковое, попытался приподнять ее с пола, но ему это не удалось – Даша, испуганно озираясь, мертвой хваткой вцепилась в трубу батареи. Судя по всему, только в этом углу она чувствовала себя в безопасности.

– Дорогая, пойдем домой… – принялся уговаривать ее Михайлов. – Ты что, не узнаешь меня?..

– Узнаю… – Даша опустила голову и едва слышно прошептала: – Ты знаешь, что папа погиб?

– Знаю… – На лице Михайлова отразилась целая гамма эмоций – боль, сострадание и едва уловимое торжество.

Всматриваясь в это красивое волевое лицо, Константин вдруг почувствовал себя неуютно. В голову полезли самые невероятные мысли:

«Понятно, что смерть тестя ему до фонаря. Более того – он оказался в выигрыше… Но какого черта это так откровенно демонстрировать? Неужели трудно сделать вид, что ты хотя бы огорчен?»

– Дорогая, кто сказал тебе об отце? – вдруг спросил Михайлов.

– Костя…

Лицо Михайлова перекосилось от гнева. Повернувшись к Константину, он зло процедил сквозь зубы:

– Да я тебя по стенке размажу!

Смерив его изучающим взглядом, Панфилов криво усмехнулся:

– Попробуй!

– Саша, ты с ума сошел!.. Если бы не Костя, меня бы уже убили… Он же спас меня! – тихий Дашин голос заставил Михайлова сменить гнев на милость.

Буркнув что-то неопределенное, он помог жене подняться.

– Пойдем, дорогая! – И, крепко обняв ее за плечи, повел в прихожую.

Константину пришлось посторониться, чтобы дать им дорогу. Проходя мимо, Даша даже не посмотрела на него. Более того, напустила на себя такой вид, будто они незнакомы. Михайлов же, едва удостоив его взглядом, надменно бросил:

– Тебе полагается вознаграждение! Позвони мне завтра в девять.

«Да пошел ты!» – мысленно ответил ему Константин. Несмотря на то что по правилам хорошего тона он должен был бы проводить гостей до порога, Константин решил этого не делать. Устало опустился на диван и закурил сигарету. Входная дверь с грохотом захлопнулась, щелкнул английский замок. В квартире наступила тишина. Когда Константин докурил сигарету до половины, до его слуха донесся шум отъезжающей машины.

«Ну вот и все – моя карьера охранника благополучно завершилась. Ровно пять дней я ходил по лезвию ножа, рисковал не только своей жизнью, но и жизнями других и даже потерял нескольких друзей… И все ради чего? Чтобы какой-то козел сказал мне: „Тебе полагается вознаграждение“?.. Ну уж нет, пусть Михайлов подавится своими бабками!» – Зло затушив бычок в пепельнице, Константин поднялся с дивана, решив принять душ. И хотя последние несколько ночей он почти не сомкнул глаз, спать почему-то не хотелось.

И в этот момент в дверь опять позвонили.

«Интересно, кого черт принес на этот раз?» – не без раздражения подумал Константин, направляясь в прихожую. Его так достали незваные гости, что он решил не утруждать себя смотрением в «глазок». Все равно ведь от судьбы не уйдешь…

Распахнув дверь, он увидел на лестничной площадке высокого худощавого шатена лет тридцати пяти. За его спиной маячили двое здоровенных парней. По виду – охранники. В отличие от незнакомца, одетого весьма демократично – джинсы, майка, кроссовки, – эти двое выглядели как денди – пиджаки, белоснежные рубашки, галстуки. Мысленно посочувствовав им (носить «тройки» в такую жару совсем не в кайф), Константин в упор посмотрел на шатена, справедливо рассудив, что именно ему принадлежит идея этого визита:

– Ну, и чего тебе?