Оборотень следов не оставляет - Альберт Байкалов

Антон сорвал упаковочную фольгу с верхней части банки, одним движением превратив ее в небольшую тарелочку, вынул из пакета галету, прямо ею зачерпнул розоватый фарш и закинул в рот.

– Жрут, что ли? – снова не удержался Дрон, услышав в наушнике головного телефона хруст. Микрофоны были достаточно чувствительными и суфлировали даже дыхание.

– Как ты достал, Вася! – вздохнул Банкет.

– Что, спать мешаю? – съязвил Дрон.

Говорили они почти шепотом, но Антон отчетливо разбирал каждое слово.

– Дрон, – прожевав галету, позвал Антон, – по возвращении поставлю вопрос о твоей профессиональной пригодности.

– Виноват, – в наушнике послышалась возня, и все стихло.

С твердым намерением на этот раз проучить Дрона за чрезмерную болтливость, Антон доел фарш, скомкал банку и сунул под прошлогоднюю листву.

* * *

Когда Амирбек говорил своему племяннику, что у него в лесу недалеко от Шали спрятан автомобиль, деньги и документы, он врал. Просто считал, что, убравшись подальше от района, где наделал много шума, он найдет способ, как добраться до лагеря. На худой конец можно попытаться просто остановить на дороге машину и расправиться с водителем. Благо от Шали до места, где располагался отряд, ехать совсем ничего. Теперь транспорт есть. Пусть такой, с проблесковыми фонарями и раскрашенный в синий и белый цвет, но кто в темноте разберет? Он будет стараться избегать дорог, где могут быть милиция и военные. Конечно, ночью, да еще через изобилующий спусками и подъемами лес, ехать мало кто решится, но у Амирбека не было другого выхода. С остервенением крутя баранку, подлетая вместе с машиной так, что из глаз летели искры и лязгали зубы, он гнал вперед, моля Аллаха, чтобы выдержал двигатель.

Машина то круто карабкалась вверх, то, ломая ветви и подпрыгивая на ухабах, неслась вниз. Несколько раз Амирбеку не удавалось с ходу подняться в гору. Попадая в заполненную грязью колею, колеса теряли сцепление с дорогой, и «УАЗ», как на лыжах, скатывался назад. Тогда приходилось слегка принимать в сторону и въезжать по траве. Дважды он не смог справиться с управлением, и его сносило с проселка. Благо, что с обеих сторон рос густой кустарник и мелкие деревья, которые не давали опрокинуться машине и немного смягчали удар. До середины ночи он петлял по узким лесным дорогам. Несколько раз приходилось возвращаться. В скудном свете фар все повороты, спуски и подъемы очень походили один на другой. Спидометр не работал. Он старался придерживаться направления на запад, ориентируясь по звездам. Ему не раз приходилось совершать ночные переходы с отрядом, используя эти дороги. Но одно дело, когда ты идешь пешком, совсем другое, когда едешь на машине. Немного не так выглядят окружающие предметы, невозможно из-за света фар разглядеть на фоне звездного неба вершины гор, которые служили ориентирами, и огни расположенных на равнине селений. Поэтому почти на всех развилках, пересечениях дорог, вершинах, больше похожих на высокие холмы гор, приходилось останавливаться, выключать свет и выходить из машины, чтобы осмотреться. Перевалив через очередной подъем, он неожиданно увидел метнувшуюся внизу тень.

«Кабан или коза», – решил Амирбек, пытаясь определить, где он находится. По всему выходило, что в нескольких километрах от Шали. Неожиданно машина стала ехать рывками. Перелетев через выступающие из земли камни, она и вовсе заглохла. Он выжал сцепление и снова включил передачу, пытаясь завести накатом. Двигатель несколько раз чихнул, фыркнул, но не завелся. Амирбек скользнул взглядом по приборам. Так и есть! Стрелка топливомера была на нуле. Поднял взгляд, и снова ему показалось, что в кустарнике, подступающем к дороге справа, мелькнул человек. По спине пробежали мурашки. Он надавил на тормоз. Машина лишь развернулась немного боком и немного снизила скорость. Амирбек нащупал торчащий за поясом пистолет. Продолжая управлять скатывающейся вниз машиной левой рукой, Амирбек не сводил взгляда с похожего на силуэт пятна. Когда до него оставались считаные метры, оно вдруг сместилось к самой дороге, почти под колеса. Не ожидая этого, он резко крутанул руль влево и тут же охнул от удара грудью о рулевое колесо. Машину снесло с дороги, и она воткнулась бампером в средних размеров дерево.

Амирбек открыл дверцу и кубарем вывалился из машины. В момент, когда ноги коснулись скользкой и влажной земли, он почувствовал, как пистолет вылетел из руки. Потирая ушибленную грудь, он сделал в глубь леса несколько шагов, наскочил на ветви и упал.

– Стой! – раздался крик по-чеченски.

Голос принадлежал молодому мужчине. Возможно, еще подростку, который специально старается придать ему немного грубости.

Перебирая руками и ногами, Амирбек на четвереньках отполз в сторону от машины и замер.

– Ты где? – спросил кто-то. – Почему прячешься? Выходи. Тебя не съедят.

На этот раз заговорил более зрелый и, возможно, грузный мужчина. Амирбек даже расслышал его одышку.

– Смотри, Мерзабек, – раздался удивленный голос молодого. – Этот «уазик» – милицейский!

– С чего ты взял? – удивился мужчина, которого назвали Мерзабеком.

Послышалась возня, звук осыпающегося стекла разбитых фонарей.

– Мигалка на крыше! – пояснил молодой.

– Но это не говорит о том, что в ней ехали менты, – озадаченно проговорил Мерзабек. – Что им делать здесь, да еще в такое время и на такой машине?

Послышался звук скользнувших по одежде веток, шум шагов.

Кустарник рассеивал свет уцелевшей фары, и Амирбек увидел силуэт рослого мужчины, который обходил «уазик» сзади.

– Кто вы? – спросил Амирбек. Он опасался, что на голос выстрелят, и поэтому тут же переместился вправо.

– Сначала ты скажи, зачем носишься по лесу в такое время? – Мерзабек остановился, придерживая у лица ветви. – Ты, я понял, бежал от ментов?

Амирбек медленно поднялся. С самого начала было ясно, что перед ним люди, которых не стоит бояться, однако он принял решение пока не быть до конца откровенным с ними. Мало ли?

– Вы правильно поняли, – он отряхнул руки, вытащил из-за отворота куртки сухую ветку. – Меня пытались арестовать, но я убежал. Эти шакалы приходят среди ночи, как трусы, чтобы как можно меньше людей видели их лица.

– Значит, боятся, а это хорошо, – Мерзабек закинул автомат за спину. – Выходи, зачем там стоишь?

– Я выронил пистолет.

– Значит, нам повезло? – хмыкнул Мерзабек. – Если бы он не потерял оружие, наверняка стал бы стрелять. Гойсун, ты слышал?

– Разве я похож на глухого? – пригибаясь под наклоненными от удара бампером деревцами, молодой чеченец обошел машину с другой стороны.

Амирбек осторожно приблизился к новым знакомым. Незаметно провел ступней в том месте, где по его предположению может находиться выпавшее из рук оружие. Почувствовав под подошвой что-то твердое, слегка придавил. Так и есть, это был пистолет. Поднять он его пока не решился, однако почувствовал себя значительно уверенней.