Свинцовая точность - Сергей Самаров

Через минуту в коридоре раздался звук шагов, потом – стук в дверь.

– Войдите! – как старший по званию, к тому же хозяин помещения, распорядился Святославов.

Величко вошел и, кажется, не знал, как себя вести. Если по-армейски, то он должен был бы спросить у майора разрешения обратиться к старшему лейтенанту. Это с одной стороны. С другой – он уже давно был человеком почти гражданским, поэтому мог позволить себе некоторую вольность.

Разрешил ситуацию сам Сергей Ильич.

Он не стал дожидаться доклада и сказал:

– Емельян Герасимович, к тебе просьба от Николая Алексеевича. Познакомься, кстати. Это начальник разведки батальона. Дело обстоит так, что на интересующем нас объекте ночами сидит снайпер противника. Он очень достал наших боевых товарищей. Трое убитых, столько же раненых. Вооружен предположительно СВД. Сможешь обеспечить безопасность ополченцам? Да и нам, кстати, тоже. Как ты смотришь на то, чтобы сразу, с корабля на бал?

– Нет проблем. Когда отправляться?

Сергей Ильич посмотрел на начальника разведки.

Тот понял, что вопрос переадресован ему, и проговорил:

– Работает их снайпер каждую ночь. Чем быстрее, тем лучше. Сейчас сможете?

– Мне только винтовку взять и прибор. Все в боевом состоянии. Я стрелял несколько часов назад. Готов выехать.

– Я машину вызову. Отпустил не вовремя. – Николай Алексеевич вытащил телефон и набрал номер. – Нужно еще и прикрытие для снайпера.

– А мы пока определим, откуда стрелять, – сказал Лесничий, склоняясь над своей картой.

– С террикона, – не убирая аппарат от уха, подсказал начальник разведки батальона. – Оттуда до снайпера чуть больше километра. Наши его засекли, пытались минами накрыть, но с дальней дистанции не попадали. Когда ближе выдвинулись, он и минометчиков отстреливать начал. Уже хотели артиллерию заказывать. Если бы не вы, пришлось бы.

Разговор начальника разведки с водителем был коротким. Тот обещал тут же приехать и привезти людей, которые срочно понадобились Николаю Алексеевичу.

Завершив разговор, он убрал телефон в карман и сообщил волкодавам:

– Наши разведчики даже засекли, откуда этот снайпер стреляет. Просчитывали траекторию полета пули, вели визуальное наблюдение. Там есть развалины старой свинофермы. Шиферную кровлю давно уже разбили, но прямо между стропилами уложены два десятка бревен. Из-за них снайпер и бьет. Если выпросить артиллерию не получится, то мы хотели попробовать устроить там засаду еще днем, чтобы ночью уничтожить снайпера. Но это дело опасное. Там до казармы матрасников, пусть они хоть десять раз инструкторами будут, а не бойцами, пятьдесят шагов закрытого пространства. Могут незаметно подойти и атаковать. Большое количество людей днем перебросить не удастся. Маленькую группу могут уничтожить на месте. Боюсь, они за норой снайпера старательно наблюдают. Место ценное. Да и стрелка берегут.

Величко повернул карту так, чтобы было удобно смотреть, нашел террикон, старую ферму, взял из рук командира линейку и измерил расстояние.

– Тысяча сто метров, – констатировал он. – Да, для СВД это недостижимая дистанция. А я со своей винтовкой отработаю без проблем. Пойду собираться. Машина приедет – позовите. Я на связи. – Для наглядности Емельян Герасимович постучал пальцами по своему шлему от комплекта экипировки «Ратник».

К удивлению Лесничего, человеком, которого вызвал начальник разведки батальона, оказался испанец Фалерро. Он вместе с комбатом Ржавым встречал волкодавов на дороге, а потом сопровождал их до учебки.

Вместе с испанцем прибыли два длинноусых немолодых разведчика с бритыми головами. Для стопроцентного сходства с запорожскими казаками этим дядькам не хватало только чубов, шаровар, рубах-вышиванок и трубок. Но даже одни их усы выглядели настолько впечатляюще, что не могли не вызвать восторга.

– Наша лучшая группа, – предварил Николай Алексеевич любые расспросы. – Где танк застрянет – они пройдут, где птица крылья обломает – проскочат. И никто их не заметит. Это прикрытие снайперу, обеспечение безопасности. А то всякое может случиться. Укропские ДРГ постоянно на нашу сторону шмыгают.

– Прикрытие – это хорошо, – согласился Сергей Ильич. – Но я не завидую той ДРГ, которая на Величко нарвется. Если живы останутся, то их нести придется. Лишняя забота. А снайперу тяжелый груз вообще противопоказан. Вот для этого прикрытие и может потребоваться.

– Что, он у вас такой великий разведчик? – то ли с легкой завистью, то ли с недоверием спросил Николай Алексеевич.

– Обыкновенный профессиональный военный разведчик. Прекрасный снайпер. Специалист в единоборствах. Стиль «ядовитая рука». Редкость даже в Китае, не говоря уже о России.

– Да, «ядовитая рука» – это серьезно, – со знанием дела проговорил Николай Алексеевич.

– Еще бы! Других не держим. У нас каждый боец владеет каким-то стилем и прекрасно его использует.

– И ты?

– Конечно.

– Какой стиль?

– Нгивара.

Начальник разведки батальона с уважением посмотрел на Лесничего, потом и на дверь, которая недавно закрылась за спиной Величко.

– Готовы? – спросил он бойцов разведгруппы.

– Так точно, – коротко ответил за всех Фалерро.

– Задание простое. Доставить снайпера на террикон против села Покровское. Показать, где прячется…

– Величко сам найдет. У него прибор. Покажет точно. Если снайпер умный, то он постоянно меняет позицию. Иногда даже после каждого удачного выстрела. Толкового снайпера засечь не всегда бывает возможно. Поэтому они обычно и охотятся парами.

– Это я знаю, – согласился начальник разведки. – Но снайперы обычно работают в паре тогда, когда они примерно равноценны. У нашего противника есть только один стрелок, который на голову выше всех остальных, в том числе и наших. Он практически не промахивается.

– Ничего, Величко до него доберется, – заметил Лесничий.

– Он уже чем-то отличился?

– Многим. Величко несколько лет подряд признавался лучшим снайпером спецназа ГРУ. Разумеется, еще в те времена, когда служил там, а не в ЧВК.

– Надеюсь, что он сможет избавить нас от этого наваждения. Бойцы уже боятся темноты, которая предвещает появление этого типа. Снайперы с той стороны работают достаточно часто и почти всегда неумело. А этот, если ему некогда, бьет сразу в голову. Если время есть, издевается, поражает сперва ноги или руки. Стрелок отменный, но и сволочь, судя по всему, редкая. Садист. Потому сейчас большие надежды на вашего Величко.

– Можно старику слово вставить? – осведомился Аркадий Валерьевич.

– Слушаем вас, товарищ майор. – Командир волкодавов повернулся к нему.

– Баба!..

– Где? – не понял начальник разведки батальона.