Привычка убивать - Лев Пучков

Март еще раз окинул взглядом мониторы, встал, прогулялся по кромке эркера… Нет, положительными эмоциями здесь и не пахнет. Надо будет перед обедом вздрючить всех подряд инструкторов и преподавателей: до выпускного экзамена осталось немногим более недели, нельзя так бессовестно прожигать последние деньки, отпущенные на подготовку.

Так-так… А что же там у нас тянет на положительные эмоции и перспективу?

— Ага! — вспомнил Март, плюхаясь в кресло и отщелкивая на клавишах пароль входа в локальную сеть Школы. Есть перспективная работенка. Кандидат в «иксы» — вот что ему нужно. Светлый и чистый, красивый со всех сторон и в то же время внешне ничем не примечательный — как и подобает настоящему «иксу». Нужно составить на него закрытую характеристику — для себя, и окончательно определиться, брать парня а отряд или не стоит. Вроде бы все в норме: два месяца тщательного наблюдения, куча разнообразных тестов и пока что — ни одного прокола. Есть чему порадоваться. Срок обучения в Школе пять месяцев — два выпуска в год. Число курсантов колеблется от 180 до 240 — в зависимости от набора. Конкурсные условия очень жесткие, отбирают только самых лучших, без изъяна — вот и получается порой, что к началу занятий в Школе из полутора тысяч кандидатов остаются едва ли две сотни… Статистика отбора в группу «Х» еще более неутешительная, особенно за последние три года. В 1997-м, например, с обоих выпусков никто не прошел — Март забраковал всех в самом начале…

Немногочисленный отряд «Х», созданный в результате тщательной селекции за все годы существования «Абордажа», являлся предметом особой гордости Марта. Это было его детище, его вторая жизнь и тайный источник подлинного могущества. Представьте себе, уважаемый читатель, что у вас есть безраздельно преданное вам и не подчиненное более никому вооруженное подразделение, готовое в любой момент выполнить любой ваш приказ. Да, прошу заметить — именно подразделение, а не крикливая ватага понтовитых пальцовщиков с цепурами златыми толщиной в палец, левыми «мазаными» стволами да на краденых тачках. Как бы вы себя чувствовали в таком случае? Полагаю, вам было бы как минимум приятно, что у вас имеется в активе такой вот веский аргумент, который можно использовать в прениях с кем угодно.

Март тоже был человеком из плоти и крови, причем склонным к сантиментам — несмотря на феноменальные бойцовские качества и незаурядный ум. Директор любил «Х» — он создал его с нуля, родил, что называется, в тяжких потугах. Сам продумал и воплотил в жизнь структуру и режим функционирования, позволяющие в уникальности своей выпутаться порой из весьма щекотливых ситуаций, коих на памяти Марта было немало. Сам придумал и отшлифовал программу профессиональной подготовки — в начале знакомства мы как раз застали его с тремя «иксами» за выполнением одного из многочисленных упражнений этой программы. Сам, без чьей-либо помощи воздвиг многоступенчатую систему отбора, исключающую практически на 100 процентов возможность провала. Результат налицо: каждый «икс» — это многократно проверенный и надежный специалист ратного дела сам по себе, а все они вместе, соответствующим образом разбитые на боевые группы по три-пять человек, могут выполнять какую угодно локальную задачу военно-прикладного характера в любом населенном пункте России, который Директор определит как плацдарм для проведения очередной акции.

В общем, это была маленькая армия с железной дисциплиной и своим собственным специфическим уставом, она неплохо трудилась и зарабатывала весьма приличные деньги — ее главнокомандующий с полным на то основанием мог гордиться своим детищем.

В жизнеспособности и долговечности «Х» Март ни капельки не сомневался. Взяв за основу русскую поговорку «сказка ложь, да в ней намек…», он в свое время перелопатил кучу книг, в которых отечественные писатели красиво разрисовывали фантастические подвиги разнообразных спецподразделений. Подразделения эти, состоящие сплошь из профессионалов высочайшего класса, каким-то чудесным образом выпадали из поля зрения большущих начальников и политиков и до того были законспирированы, что в итоге не подчинялись вообще никому.

«…Уже несколько лет никто из властей предержащих и не подозревал о существовании отряда „Апокалипсис“. Кабинет пребывал в неведении. Старый президент унес страшную тайну в могилу, а нового, памятуя о недолговечности верховной власти, никто не счел нужным посвятить в этот государственный секрет номер один. И тем не менее отряд добросовестно выполнял возложенные на него задачи, верша правосудие в самых невероятных условиях, побеждая там, где не могла справиться почти полностью разложившаяся армия…»

Вот в таком примерно ключе. Март томно ухмылялся и качал головой, перелистывая страницы, весьма правдоподобно повествующие о мельчайших технических деталях функционирования таких вот эксклюзивно независимых и страшно засекреченных государственных образований, которые в гробу видали всех вместе взятых силовых министров и президента вкупе и самоотверженно трудились во благо какой-то там очистительной идеи.

— Послать, что ли, этому стрекулисту прейскурант экипировки, которой он нагрузил своих спецов? — размышлял вслух Март. — И поинтересоваться: откуда они берут такие деньжищи на свои акции? Кто оплачивает убытки хозяевам разнесенных в клочки офисов? И вообще — кто этот «Апокалипсис» кормит да зарплату дает?

Да, это было высокохудожественное вранье. Март — сам выходец из соответствующих кругов — прекрасно знал, что любое спецподразделение, состоящее на балансе государства, сковано по рукам и ногам бесконечным сонмом инструкций и параграфов, каждый рубль, отведенный на его содержание, требует строжайшей вертикальной отчетности перед целым рядом должностных лиц. И вообще, сам факт существования такого подразделения обязывает персон из верхнего круга к жесточайшему коллегиальному контролю за его деятельностью, дабы исключить возможность использования данного вооруженного формирования кем-либо из допущенных к управлению в своих, узкокорыстных интересах…

«Х» был сугубо автономен и признавал лишь единоличное лидерство Директора. Каждый боец отряда, в обычной жизни трудившийся в «Абордаже» инструктором, преподавателем либо управленцем, за свою «левую» работу получал деньги лично из рук Марта. Оборудование и экипировку для проведения акций Директор тоже приобретал сам, используя налаженные за годы функционирования «Х» связи, исключающие любую утечку информации. Вертикаль отсутствовала — Март отчитывался только сам перед собой. Таким образом, «Х» был полностью административно и финансово независим и не нуждался ни в чьих благодеяниях — вот генеральное условие, позволявшее отряду успешно функционировать несколько лет в режиме глубочайшей конспирации.

С другой стороны, в мире все относительно — полной независимости как таковой вообще не существует. Самый супернезависимый индивид вынужден перемещаться по земле — попробуйте лишить его земной тверди и посмотрите, что он тогда будет делать со своей пресловутой независимос-тью. Так и «Х» — целиком и полностью зависел от Марта. Директор являлся единственным связующим звеном между внешним миром — посредниками и заказчиками — и профессионалами ратного труда, в обычной жизни занятыми вполне законопослушной деятельностью. Если с Мартом что-нибудь случится, могучий организм «Х» мгновенно самоуничтожится: бойцы по-прежнему будут работать преподавателями и инструкторами, а посредники, нащупавшие очередные предложения от больших людей, желающих решить свои проблемы нестандартным способом, просто зависнут в воздухе. Выпало звено, цепь оборвалась, мощная мина безвозвратно канула в непроглядную бездну морской пучины. Поди, поныряй…