Залетный фраер - Сергей Зверев

– Бред! – возмущенно проговорил Садовничий и, раскрыв папку, принялся доставать из нее бумаги. – Вот заключение дорожной инспекции. Здесь черным по белому написано – не справилась с управлением. А вот заключение судебно-медицинской экспертизы. В нем говорится, что в крови потерпевшей обнаружен алкоголь. Причем его содержание превышает все мыслимые и немыслимые нормы. Так что врут все эти бульварные газетенки. Врут.

Бушенков молча принял бумаги и, внимательно просмотрев каждый из документов, удовлетворенно протянул:

– Хорошо. А с дорожными инспекторами надо поработать индивидуально. Негоже им распускать сплетни.

– Все понял, – с готовностью отозвался Садовничий. – Будут еще какие-нибудь поручения?

– Да, – закрыв папку, Бушенков вернул ее подчиненному. – Сделай копии этих документов и отправь их на телевидение Тригубовичу. Пусть в своей ближайшей программке заткнет пасть всем этим говорунам-оппозиционерам, а заодно разъяснит народу, что почем. – Он на мгновение задумался. – И еще. Намекни ему, что Томашевская накануне получила круглую сумму от ЦРУ за свои предыдущие пасквили и возвращалась с банкета, устроенного по этому случаю.

– Куда возвращалась? – уцепился за слово Садовничий. – Она ведь ехала в противоположную от города сторону!

– Это уже проблема Тригубовича, – отмахнулся от него Бушенков. – Свободен!

Задавать новые вопросы Садовничий не решился, молча развернулся и, прихрамывая, направился к двери. Распахнув ее, вдруг резко отскочил в сторону. Естественно, это несколько странное движение подчиненного не осталось незамеченным. Оторвав глаза от бумаг, Бушенков увидел на пороге капитана Аринина. Судя по чуть покрасневшим щекам, капитан был чем-то взволнован.

– Разрешите? – спросил он, переступив порог.

Бушенков жестом приказал Садовничему выйти и только после того, как за ним закрылась дверь, ответил:

– Ты уже вошел. Что-то случилось?

– Да, – утвердительно кивнул капитан. – Мне сообщили, что люди, занимавшиеся Жиганом, по вашему приказу переброшены на другое дело.

– Все верно, – согласился Бушенков, расслабившись. – И тебе пора переключаться…

– Подождите, – растерялся Аринин. – Что-то я не понимаю. По моим сведениям, Жиган все еще жив. И, судя по досье, вряд ли успокоится прежде, чем осуществит свой замысел. Пускать это дело на самотек нельзя.

– Послушай, капитан, – Бушенков постарался произнести звание Аринина как можно отчетливее, подчеркивая тем самым разницу в их положении. – У нас приказы не принято обсуждать. – И тут же сменил гнев на милость – Аринин по-прежнему оставался его любимчиком: – Но тебе, как самому перспективному офицеру, поясню. Отныне Жиган не представляет для нас опасности. У него сейчас другие заботы – все больше пеленки-распашонки, памперсы-бутылочки. – Заметив на лице Аринина полное недоумение, Бушенков снисходительно усмехнулся: – Внимательнее милицейские сводки читать надо. Два дня назад из детского дома номер два была похищена шестилетняя Лиля Кузнецова. Уж кому-кому, но вам, я думаю, не надо пояснять, кто скрывается под этой фамилией. Описание похитителей полностью совпадают со словесными портретами Жигана и погибшей Томашевской. Оставшись один, Жиган вряд ли станет соваться в какие-то авантюры. Самое рациональное для него – уехать отсюда вместе с девочкой, и как можно быстрее. Мешать ему в этом я не намерен. Есть дела и поважнее… Кстати, скоро твою новую звездочку обмывать будем. Я сегодня разговаривал с директором, он не возражает против твоего повышения…

Но Аринин, как ни странно, не придал этой новости никакого значения. Похоже, его здорово заклинило на деле Жигана.

– И все-таки мы совершаем чудовищную ошибку, отпуская его на свободу! – с жаром возразил он, но, уловив в глазах начальника недобрый блеск, тут же дал задний ход: – Разрешите идти?

– Иди, – сухо ответил Бушенков и взглядом проводил капитана до двери.

«Будь он понапористее, я точно решил бы, что у Аринина есть какая-то личная заинтересованность в этом деле, – подумалось ему вдруг. – У него на уме только один Жиган, даже новому званию не обрадовался… А что, если раньше их пути пересекались? Аринин как-никак учился в Москве, Жиган тоже оттуда…»

Чтобы не терзать себя сомнениями и в одночасье расставить все точки над «i», Бушенков решил установить за Арининым слежку. Но так, чтобы в особом отделе об этом никто не знал. Сняв трубку, набрал номер телефона начальника отдела по борьбе с экономическими преступлениями полковника Кравцова. Между ними уже давно существовал негласный договор об оказании друг другу помощи в случае возникновения каких-либо внутренних проблем. Под таковыми имелись в виду ситуации, которые невозможно было разрешить силами сотрудников отдела.

Выпросив у него парочку человек для слежки за капитаном Арининым, Бушенков на этом не успокоился и параллельно подключил к делу своего внештатного аналитика.

– Твоя задача, – пояснил ему полковник, – найти иголку в стоге сена. При этом в распоряжении у тебя досье на Аринина, все материалы по его последнему делу и сутки в запасе.

* * *

Два дня Константин с надеждой ловил каждый шорох опавшей листвы и до боли в глазах вглядывался в окно, уверенный, что во дворе генеральской дачи вот-вот появится улыбающаяся Женя. Когда она не приехала в первый же день, как обещала, он даже не особенно волновался – ну мало ли что могло случиться? Плохо себя почувствовала или кто-то из родных заболел. Но когда прошли еще сутки томительного ожидания, Константин понял – произошло что-то страшное.

И все же, как любой нормальный человек, гнал от себя неприятные мысли. Слава богу, они с Юлькой не голодали – подвал был забит картофелем и банками с вареньем и соленьями. Угнетало другое – полное отсутствие связи с внешним миром. Константин по десять раз на день снимал трубку телефонного аппарата, стоявшего на веранде, но не слышал никаких гудков. Конечно, можно было бы сгонять к соседям, которые жили в дачном поселке километрах в пяти от генеральского дома, и позвонить Жене от них. Но Константин боялся оставлять Юльку одну надолго. А брать ее с собой было рискованно. Девчонка оказалась компанейской, легко входила в контакт и могла рассказать соседям много лишнего…

«Если Женя и завтра не появится, нам придется отсюда уезжать!.. Что-то этот вынужденный простой мне не нравится…» – именно с такими мыслями он уснул. А утром его разбудил телефонный звонок. Вскочив, Константин бросился к аппарату. Сорвав трубку, громко заорал:

– Алло?.. Я слушаю! Женя, это ты?

Сквозь шум и треск он с трудом разобрал, что на другом конце провода находится Олег. Да и то после того, как тот несколько раз представился.

– Костя, вы должны уехать… – Голос Олега звучал глухо, словно из подземелья. – Уезжайте немедленно…

– Где Женя?

Но компьютерщик будто бы и не слышал вопроса.

– Уезжайте! – без конца повторял он. – Немедленно уезжайте!