Оранжевая рубашка смертника - Сергей Зверев

Сириец – личность темная, думал спецназовец, спускаясь по лестнице следом за охранником и чувствуя на спине нехороший взгляд седовласого. Солдат он там или не солдат, неизвестно. И держится он особняком, но это же не повод, чтобы отказать ему в помощи, чтобы не попытаться спасти его от смерти. А уж журналиста точно надо вытаскивать. Он честный человек. И издание у них честное. Это Котов знал хорошо. Без русского капитана Кларк тут погибнет.

Последняя ступенька, коридор, поворот и знакомая решетка. Журналист стоял посреди камеры и выжидающе смотрел на русского. Кажется, он уже не ожидал его увидеть живым. Даже сириец поднял глаза и посмотрел на Котова. Капитан показал Кларку глазами на охранника, который шел впереди. Сейчас был самый удобный момент. Когда охранник откроет дверь, они будут настороже, и охранник, и седовласый. Только сейчас. Не раньше и не позже.

– Кларк, – не очень громко, но значительно произнес Котов по-английски, моля, чтобы седовласый за его спиной не знал языка. Хотя бы в такой степени, чтобы все понять и успеть отреагировать. – Кларк, помогите! Держите охранника!

И с этими словами он с разворота нанес страшный удар ногой охраннику в спину, в область левой лопатки. Ботинок выброшенной вверх и в сторону ноги впечатался с такой силой, что тело в зеленой куртке отбросило на решетку. Не опуская ноги, Котов тут же присел на одну ногу и крутнулся на пятке, далеко вынося вторую ногу. Подсечка удалась. Ударом под щиколотки седовласому, и тот, взмахнув руками, грохнулся на пол, звучно ударившись головой о каменный пол. Капитан оттолкнулся ногами, одним прыжком оказался рядом с оглушенным падением седовласым, упав на бок, обхватил шею своего противника ногами, скрестил их и стал давить что есть силы. Седовласый хрипел, хватал пальцами ноги русского, царапал ногтями. Котов смотрел на решетку, где Кларк успел-таки поймать охранника за куртку и притянуть к себе. Музафир подскочил к нему и хладнокровно, причем явно умело, сдавливал пальцами шею охранника. Хрипы и тихая борьба продолжались около минуты. Потом оба тела затихли.

Музафир пошарил по карманам мертвого охранника, пока Кларк держал его из последних сил. Потом тело рухнуло на пол, а пленники уже вставляли ключ в замочную скважину с наружной стороны решетки.

– В правом кармане у него ключ от наручников, – подсказал Котов, когда дверь камеры распахнулась. – Давайте быстрее!

– Что, опасность? – взволнованно спросил Кларк, роясь в карманах куртки мертвого охранника. – Могут другие прийти?

– Могут уйти, а это хуже, – заявил спецназовец, глядя на Музафира, вытаскивающего из кобуры охранника пистолет. – Мне нужен один человек, а он только что уехал.

– Какой, к черту, человек, нам бежать надо отсюда, – отпирая наручники на запястьях Котова, сказал англичанин.

– Я помогу вам убраться отсюда, а потом вы спрячетесь где-нибудь и свяжетесь со своими друзьями.

– Вы сумасшедший! – опешил журналист. – Что вы сможете в одиночку?

Котов наклонился к трупу седовласого, похлопал по карманам, вытащил пистолет и запасную обойму. Он размышлял, говорить или не говорить этим людям о своих целях, и решил, что, наверное, сказать надо, иначе это будет просто нечестно по отношению к ним. Они подумают, что он их просто бросает.

– Я попал сюда потому, что охотился на одного человека. Его зовут Ахмед Шалуб, он работает на американскую разведку и сейчас помогает сепаратистам в диверсионной борьбе с сирийским народом. За ним числится много грязных дел, он едва не устроил много крови и огня в Дамаске. Если вы не знали, то за тем, что сейчас творится в арабском мире, за всеми этими революциями, за падением Ливии, за кровью в Египте, за войной в Сирии стоят США. Так же, как они стояли за войной в Ираке.

– Они что-то говорили о том, чтобы поссорить Россию и Францию, – вдруг сказал Музафир.

– Они? – Котов подошел вплотную к сирийцу. – Вы о чем?

– Я слышал, что они хотят сорвать переговоры в Женеве. Там пытаются собрать участников противостояния в Сирии и дать возможность договориться мирно, а они хотят обязательно свалить Башара Асада и посадить кого-то из своей оппозиции, которую они кормят и вооружают.

– Кто вы такой, Музафир? – спросил Котов.

– Странник. По-арабски «эль-музафир» – это странник. Большего вам знать не надо. Я возьму с собой англичанина и помогу ему спрятаться. У меня здесь есть друзья, и скоро тут все изменится. Не беспокойтесь за журналиста. Делайте свое дело.

– Ладно, – кивнул спецназовец, – пошли за мной.

– Стойте, Иван! – схватил его за локоть Кларк. – Я теперь понял. После того как Музафир сказал про французов, я понял, о чем они говорили. Видите ли, они нас не особенно стеснялись, считая нас уже мертвыми.

– Ну, быстрее! – нетерпеливо перебил англичанина спецназовец.

– Они говорили о каком-то адмирале и французском флоте.

– Имя адмирала называлось?

– Нет, просто «адмирал» и все. И еще прозвучало название, я думаю, какого-то населенного пункта, кажется Гурум-Асат.

Котов схватил Кларка за ворот рубашки и, глядя ему в глаза возбужденным взглядом, тряхнул со всей силой:

– Гурум-Асат? Точно?

– Да… А вы знаете, где это? – опешил от такой реакции русского Кларк.

Неужели это не просто совпадение? Одна группа пришла оттуда в центр, где планировалась масштабная акция в Дамаске. Хасан имеет свои группы, своих преданных и надежных людей. Он собрал агентуру и боевиков со всех баз Сирии для важного дела в столице. Это естественно для такого матерого шпиона. Он сразу отказался от услуг ненадежного Гияса Турая, но прокололся на одном лишь молодом и неопытном боевике, который необдуманным шагом провалил все его дело. Ведь Назими тоже дело рук Хасана, и оно не закончено. А у северных берегов стоит французская военно-морская группировка во главе с авианосцем, и оттуда они летают бомбить террористов.

– Так, ладно. – Котов отпустил журналиста и с улыбкой похлопал его по плечу: – Я иду первым, за мной Кларк, замыкаете вы, Музафир. Наша задача – тихо завладеть машиной и выбраться из этого населенного пункта. Дальше решим, кто и куда движется. Ясно? Пошли!

Провинция Хомс, окраина города Аш-Абас. Территория заброшенного нефтеперерабатывающего завода

– Парни, это Сова! – прозвучало в коммуникаторе.

Зимин сразу почувствовал, что с голосом сержанта Савичева не все в порядке. Лейтенант повернулся и посмотрел на Ларкина. Оба спецназовца бросились к двери, за которой недавно скрылись их командир и Савичев.

– Ты где, Сова? Это Лимон! Отвечай!

– Выше… по лестнице. Тамбур перед вторыми воротами…

Ларкин мгновенно обогнал переводчика, взбежал по лестнице, поводя по сторонам стволом автомата. Вот и дверь. Ударом ноги он распахнул ее, дождавшись лейтенанта, скользнул в проем и сразу вправо к стене. Зимин, уже зная тактику таких опасных проходов, наклонился и одним движением бросил тело вперед и влево от дверного проема. Ларкин включил фонарь и повел лучом.