Сирийский эшафот - Александр Тамоников

Павел не пытался заставить себя разлюбить Марию. Просто любая боль имеет свойство притупляться. Они помнили о своей сильной и чистой любви, ведь подобное забыть невозможно.

С тех пор прошло два года. Андреев и по сей день считал, что эта история произошла с ним не случайно. Все в этой жизни происходит не случайно. Общаясь с Машей, он многое понял, многому научился.

И до сих пор не верил, что это был всего лишь курортный роман.

За оставшееся до вечернего намаза время российские снайперы и бойцы сирийского спецназа неплохо выспались и отдохнули. Наговорившись всласть, Суров и Грид тоже спали без задних ног. Андреев отправился в нирвану много раньше, не дослушав очередной душещипательной житейской истории, поэтому проснулся до того, как встали товарищи.

Ополоснув водой лицо, он выпил сока и предложил лейтенанту помощь в дежурстве. Тот не отказался, и последующие два часа капитан провел на небольшом возвышении, оглядывая в бинокль прилегавшую к биваку местность.

В целом обстановка вокруг была спокойной и тихой: ни голосов, ни выстрелов, в непосредственной близости от оврага в течение дня никто не появлялся. Лишь иногда где-то вдали был слышен гул автомобильной техники, а на уходящих вдаль полях неспешно копошились мелкие фигурки сельчан…

Павел достал карту и нашел на ней автотрассу, соединявшую центр Сирии с северными провинциями. Вероятно, по ней курсировали грузовики, транспортировавшие с захваченных боевиками территорий контрабандную нефть. Их гул и доносился до слуха Андреева.

В девятнадцать тридцать усиленная группа начала готовиться к выходу. Тщательно устранив следы своего пребывания в густом лесу, бойцы проверили оружие и снаряжение, после чего снова подобрались к северной оконечности оврага.

Без пяти минут восемь сирийский лейтенант перевалил через песчаный бархан и затерялся в кустарнике, произраставшем между оврагом и городской окраиной.

Агент Садри появился вовремя и попросил командира сирийского спецназа поторопиться. Тот связался с товарищами по радио и приказал им подойти вместе со снайперами.

Покинув овраг, бойцы короткими перебежками преодолели полсотни метров равнинной местности. Оказавшись в узком проулке меж вспомогательных построек крайних участков, они увидели агента – невысокого мужчину лет тридцати в гражданских брюках и форменной военной куртке.

Агент поздоровался с бойцами и спросил:

– Готовы?

– Да, – кивнул капитан. – Далеко до наших позиций?

– Прилично. Вначале минуем два квартала по этому проулку, потом свернем вправо и доберемся до улицы Фейсала. Пройдя по ней сотню метров, пересечем улицу Азиза и попадем к моему дому.

– А зачем нам твой дом? – удивленно посмотрел на него Андреев.

– От моего дома до штаба банды Ахмада Хамани – всего полторы минуты ходьбы. Отсидитесь у меня до темноты, а потом я провожу вас до заброшенного участка, где вашей группе будет удобно занять позиции.

Парень предлагал дельный вариант, так как в светлое время и в сумерках группу могли заметить посты охраны в непосредственной близости от штаба.

– Годится, – сказал Павел. – Веди…

Проулок был абсолютно пуст, и группа без проблем преодолела по нему два квартала. Слева и справа тянулись сплошные заборы, сложенные из грубого камня, или высились задние стены каких-то надворных построек. Самих жилых домов бойцы не видели – все они стояли в глубине небольших участков.

– Нам вправо, – предупредил шедший впереди Вадид.

Капитан осторожно выглянул из-за угла и осмотрел пространство, по которому предстояло пройти.

– Это и есть улица Фейсала? – шепотом спросил он.

– Да.

– Но там впереди люди.

Агент тоже посмотрел за угол и увидел фигурки спешащих куда-то женщин.

– Подождем минуту, – сказал он. – С минуты на минуту начнется намаз…

И действительно, вскоре вдали послышался высокий мужской голос, исполнявший азан – призыв к молитве.

– Вот теперь в самый раз, – призывно махнул рукой Вадид и первым повернул за угол.

Группа двинулась за ним…

Несмотря на скромные размеры, город Джадин являлся центром одной из северных провинций Сирии. Город был основан в XIX веке, за свою долгую историю неоднократно разрушался или сжигался дотла, затем заново восстанавливался и обживался трудолюбивыми сирийцами и курдами.

Джадин не был стратегически важным торгово-транзитным узлом, так как отстоял далеко от бойких дорог. Тем не менее, простых жителей он привлекал наличием плодородных земель, простиравшихся от города до самой Турции. На этих землях произрастало все: от кормовой кукурузы до винограда и роскошных апельсинов.

До дома Вадида Садри группа добралась без приключений.

– Заходите, – тихо сказал хозяин, толкая калитку.

– Ты живешь один? – спросил лейтенант.

– Нет, в доме жена, два сына и племянник.

– Они не будут задавать лишних вопросов?

– Это исключено.

Бойцы просочились в дом, где им была отведена отдельная комната.

– Отдыхайте, – кивнул Вадид на расстеленный на полу ковер. – Сейчас моя жена приготовит чай.

– Может быть, поставить во дворе пару караульных? – обратился к Андрееву лейтенант.

– Не стоит, – мотнул тот головой. – Соседи могут заметить. Да и стемнеет скоро, так что мы тут ненадолго…

Солнце в тропических широтах поднимается из-за горизонта вертикально, проходит через зенит и так же вертикально «падает» к точке заката. Не ползет по наклонной траектории, плавно уходя от наблюдателя, а буквально «падает». Потому сумерки пролетают невероятно быстро: пять минут назад было светло как днем, и вдруг небо на глазах темнеет, зажигая мириады звезд.

Бойцы даже не успели выпить по пиале горячего чая, как за окнами все почернело.

– Пора, – заглянул в комнату Вадид.

Поблагодарив хозяйку, снайперы и спецназовцы бесшумно выскользнули из дома и подошли к калитке.

Агент выглянул на улицу. Никого. В редких домах слабо светились окна. На столбах вдоль улиц висели фонари, но ни один из них не горел.

– В нашей сельской местности после вечернего намаза люди ложатся спать, – прошептал Вадид, – так что на улицах мы никого не встретим. И все-таки постарайтесь передвигаться тихо.

– Попробуем…

Выйдя на улицу, агент повернул к штабу. Бойцы двинулись за ним…

До штаба банды и впрямь оказалось рукой подать – группа проследовала по улице Азиза до ближайшего перекрестка и свернула влево. После чего агент остановился и, показав рукой на горевший в сотне метров прожектор, сказал:

– Этот яркий фонарь освещает ворота дома, где расположен штаб. Второй такой же фонарь установлен на заднем дворе.