Контрольная молитва - Михаил Серегин

– Даже и не знаю, – скосил в сторону виноватые глаза бригадир.

– Вы ведь обещали, – напомнил священник.

– Помню, – кивнул строитель. – Но вы же сами видите, с кем я сейчас работаю. Не вырваться мне, пока ангары не смонтируем. Я еще удивляюсь, как он меня к вам отпустил.

– Что же мне, другую бригаду искать? – усмехнулся отец Василий.

– Вы, конечно, можете попробовать, но сейчас в Усть-Кудеяре свободных рук нет, – покачал головой бригадир. – А кто и был, все в город на заработки подались.

Конечно же, бригадир был прав. Найти в летнюю пору бригаду строителей непросто, тем более в Усть-Кудеяре. Здешние мужики давно уже приловчились ездить на заработки в окрестные города и добирались в поисках работы аж до Самары.

Отец Василий зашел домой, пообедал приготовленной Ольгой вкуснейшей гречневой кашей, снова вышел во двор, некоторое время понаблюдал за работой сварщиков, спросил Виктора Петровича, во что это все ему обойдется, и отсчитал запрошенную сумму денег.

– Проследи, чтобы все сделали как следует, – попросил он и сел в свои «Жигули».

Петровичу он доверял: тот, если взялся, обязательно сделает. Но вот Парфен его сильно встревожил. Ничего особенного в самом факте осведомленности местного мафиози о последних событиях не было. Парфен наверняка имел своих людей повсюду, не только в милиции. И все равно, это было неприятно. Как он сказал? «Не стой под стрелой. Ты понял меня, святой отец?»

* * *

Отец Василий крестил младенцев в храме, затем съездил-таки в «Теплосети», затем – в администрацию поселка, так что освободился только к пяти вечера. Он вел своего «жигуля» по раскаленным пыльным улицам, облизывая пересохшие губы и щурясь от нестерпимо яркого солнца. Даже порывистый степной ветер, врывавшийся в приоткрытое боковое окно, не мог остудить раскаленный салон, потому что и сам был таким же раскаленным, словно дул с огромной прожаренной сковородки.

Кто-то пронзительно свистнул, и отец Василий вгляделся. У перекрестка стоял Костя. Бывшего одноклассника, а ныне главного врача усть-кудеярской районной больницы Костю Передыхина отец Василий за последние десять лет видел дважды. В ту новогоднюю ночь, когда он вытащил из-подо льда юную парочку, и совсем недавно, тоже чисто случайно.

Отец Василий проехал перекресток и притормозил.

– Садись, Константин! – открыл он дверцу.

– Привет, Мишаня!

– Привет. Дверцу посильнее захлопни, она у меня не сразу закрывается.

– Ну как ваши церковные дела, батюшка? – поинтересовался Костя.

– Не слишком, – качнул головой отец Василий. – Никак, понимаешь ли, к теплосетям не подключимся; все по временной схеме, а зима не за горами.

– Понимаю, – кивнул Костя. – Я сам четыре года только этим и занимался.

Эту историю отец Василий знал. Построенная в тридцать девятом году больница была запитана от собственной котельной, которая по мере износа оборудования начала доставлять главврачам немало хлопот. После перестройки стало еще хуже. Финансирование поприжали, и, на какие средства содержать и ремонтировать котельное хозяйство и закупать уголь, стало и вовсе неясно.

Однако Костя эту проблему решил, и достаточно радикально. Дождавшись предвыборной кампании главы поселковой администрации и сопутствующих ей обещаний, он быстренько собрал комиссию, зафиксировал полный износ больничной котельной и в три дня снес ее до основания.

Конечно же, он поступил опрометчиво, и тем не менее это сработало. К началу зимы больницу подключили к централизованной системе отопления, а вся больничная администрация с облегчением вздохнула. Понятно, что проблем с финансированием это не решило, и теперь начальство «Теплосетей» на каждой планерке у главы Усть-Кудеярской администрации ставило вопрос о неплатежах со стороны больницы, но это был уже совсем другой разговор. Отключить больницу было не так просто.

Отец Василий понимал, что это – не его случай, и уж кому-кому, а ему придется платить «Теплосетям» как положено, но патриархия на первое время взяла решение финансовых проблем нового храма на себя. Это позволяло отцу Василию не зажиматься по крайней мере при решении таких глобальных вопросов, как отопление.

– Тебя в больницу подкинуть? – поинтересовался отец Василий.

– Да, если тебе нетрудно, – кивнул Костя. – А то моя «волжанка» на приколе – движок полетел. Теперь даже в администрацию добраться – проблема.

– А что в администрации делал? – из вежливости спросил отец Василий.

– А-а! – расстроенно махнул рукой Костя. – Расширяться надо, думал, помогут. Ну-ка, тормозни!

Отец Василий недоуменно глянул на Костю – до больницы оставалось еще три перекрестка – он послушно прижал машину к обочине и притормозил.

– Я сейчас! – нервно сказал Костя и стремительно выскочил из машины.

Отец Василий проводил главврача удивленным взглядом.

Костя бегом пересек маленький скверик у школы и ринулся к группе подростков, скучковавшихся у ограды. Те, завидев его, бросились врассыпную, и только одного Костя успел поймать за воротник и, преодолевая отчаянное сопротивление, потащил мальчишку к машине.

– Пусти, гад! – орал подросток. – Пусти, кому сказал!

– Щас! – издевательски парировал Костя. – Я вас предупреждал?! Предупреждал, я спрашиваю?!

– Отстань!

Отец Василий вышел из машины и направился навстречу.

– Что тут у вас стряслось?

Подросток отчаянно выкручивался, но хватка у главного врача была крепкая.

– Слышь, Мишаня, – обратился к священнику Костя. – Подкинь нас в опорный…

– А что случилось?

– Наркота, – печально сказал главврач. – Здесь у них самое торжище.

– Здесь?! – недоуменно оглядел сквер священник. Место было людное.

– Здесь, здесь! Совсем обнаглели!

Отец Василий покачал головой, открыл Косте заднюю дверцу и сел за руль.

– Ты думаешь, что я в администрации делал?! – расстроенно продолжил главврач, изо всех сил удерживая вырывающегося подростка на сиденье. – Сиди, не дергайся!.. Здесь уже впору собственный наркодиспансер открывать!

Отец Василий нахмурился. Усть-Кудеяр никогда не был особенно законопослушным местечком, анашу здесь всегда покуривали, но чтобы открывать собственный диспансер?! Это для него было новостью.

– К участковому? – только и спросил он.

– Да, – кивнул Костя.

Опорный пункт был рядом, в квартале от школы. Когда-то отсюда по трое, по четверо расходились дружинники, но теперь, в эпоху перемен, когда бесплатный труд вышел из моды, здесь можно было встретить разве что старого участкового, олицетворявшего в своем лице и власть, и правопорядок. Но люди со всей округи по-прежнему бежали со своими бедами именно сюда, неважно, случилась ли пьяная, изначально бессмысленная драка или очередная, такая же пьяная и глупая попытка изнасилования.