Игра на минном поле - Александр Тамоников

— Да, — проговорил Седов, — дилемма. Но этот вопрос мы как-нибудь решим. И потом, мне кажется, Грач впервые так серьезно относится к женщине, а я уж его знаю как облупленного. Так что, может быть, и у него любовь?

— Если бы это было так, но вы пришли ко мне по другому вопросу.

— Да, я же не мог знать, что ты беседуешь с сестрой.

— Я слушаю вас, Седой!

— Мне нужен Фархад Редзай!

— Никаких проблем. Позвоню, и он подъедет.

— Нет, не совсем так, Редзай нужен мне как член боевой разведывательной подгруппы, которой предстоит установить визуальное непосредственное наблюдение за усадьбой считающейся погибшей семьи Джафара.

— Что ж, и это вполне решаемо. А вы уверены, что непосредственное наблюдение за домом Джафара вам даст что-то существенное?

— Посмотрим. По крайней мере мы будем точно знать, что происходит в этой усадьбе.

— Но разве Хакер не осуществляет контроль над Ак-Табазом?

— Осуществляет, да вот, как выяснилось, далеко не полный!

— Не понял вас!

Седов доложил Нивраю о ситуации с выходом Хатима в эфир по секретной экспериментальной спутниковой станции, которую не смогли раскрыть ни Хакер, ни идентичные профильные устройства спецслужб в Москве.

Выслушав командира группы, Ниврай воскликнул:

— Но откуда у Хатима такая станция?

— Он же, если ты запамятовал, Асад, формально до сих пор является первым заместителем и, можно сказать, преемником руководителя террористической организации «Свет веры» Джемала ад Дина. Талибы закупили десять станций, две из них они могли отдать Джемалу. А тот, ничего не подозревая, Мирзе Хатиму.

— А Мирза Хатим, — в унисон Седову сказал Ниврай, — сразу же после встречи с российской делегацией помчался в Ак-Табаз и связался по этой закрытой станции с Джемалом. Зачем, если Хатим утверждает, что ведет самостоятельную политику?

— Ну, до самостоятельной политики пока дело не дошло. Сначала необходимо заручиться поддержкой России. Хатим мог страховаться на случай, если Джемал узнал бы о встрече. Нападение — лучшая оборона. Под каким соусом Хатим предоставил вербовку, неизвестно. Перехвачено лишь то, что Мирза потребовал у Джемала казни трех боевиков, а именно Имада Хазари, Насира и Тамида.

— Интересно.

— Ну, а самое интересное то, что в понедельник 23 июля должна состояться вторая встреча российской делегации с Хатимом.

— Россия приняла решение начать конструктивные переговоры с Мирзой Хатимом?

— Похоже на то. Поэтому до второй встречи мы, Асад, должны полностью раскрыть Хатима. И либо убедиться, что он действительно желает возглавить борьбу с талибами, либо является марионеткой. В чьих руках, мы тоже должны узнать. Поэтому я решил выставить пост наблюдения непосредственно у дома Джафара в Ак-Табазе. Кстати, теперь понятно, почему Хатим предпочитает Кабулу Ак-Табаз. У него там секретная станция, а возможно, и еще кое-что, чего бы он не хотел афишировать. Ни перед друзьями, ни перед врагами. Так что мне нужен Фархад Редзай для дальнейшей работы совместно с моими офицерами.

Ниврай достал из халата сотовый телефон. Набрал номер:

— Фархад? Ты нужен мне! — И отключил телефон. — Редзай скоро подъедет. И он выполнит все, что от него потребуется.

— Спасибо.

— Да не за что, господин Седой!

Командир группы вернулся в штабной отсек. Там уже находились турецкий капитан Озбек и российский прапорщик Котенко. Седой предложил всем устроиться у стола с аппаратурой. Лерой вывел на монитор картинку — карту местности в районе афганского кишлака Ак-Табаз.

Валерий указал на монитор:

— Это кишлак Ак-Табаз, там в последнее время в доме погибшего, что не доказано, брата и его семьи обустроил себе резиденцию известный вам Мирза Хатим. С ним обычно находится его помощник Анвар Шади. Семья самого Мирзы сейчас за границей. Охрана небольшая, до десяти человек. Вам вместе с человеком Ниврая Фархадом Редзаем следует убыть в этот район и установить за домом Хатима, ну а значит, практически над селением непосредственный визуальный контроль с круглосуточным применением дистанционного прослушивающего устройства. Позицию наблюдения удобнее всего, с моей точки зрения, оборудовать вот здесь, — Седов указал на карте очертания близлежащей к селению лесополосы. — Но не исключено, что эта «зеленка», особенно сейчас и позже, будет проверяться людьми Хатима, посему глубже в овраге или в балках небольшого плато вам следует оборудовать еще как минимум две страховочные позиции, на которые вы могли бы беспрепятственно отойти в случае необходимости. Возможно, я ошибаюсь, и проверять «зеленку» никто не станет, но… запасные позиции у вас должны быть. Слушать все и всех в усадьбе Джафара, соответственно все и записывать на специальную флеш-карту и на внутренний электронный носитель прослушки. Особое внимание следует уделить переговорам Хатима по любым видам связи. Сами же поддерживаете связь с Хакером или его сменщиком Грачевым по спутниковой станции «Вега», внутренние переговоры, если подгруппе придется рассредоточиться по разным позициям, осуществлять по станции малого радиуса действия «Призрак». Графика никакого не устанавливаю, связь по необходимости. Или ты, Бек, вызываешь меня, или я тебя, или Хакер и Грачев от моего имени. Задача наблюдения, как и всей нашей командировки, — определение, является ли Хатим тем человеком, с которым может иметь дело правительство России. Вопросы?

— Оружие берем с собой? — спросил прапорщик Котенко.

Подумав, Седов в знак согласия кивнул:

— Да! На этот раз берете. Причем как ближнего, так и дальнего действия.

— Значит «винторезы», «СВД», «АК-74». Гранатометы?

— А вот это считаю лишним. Только стрелковое оружие.

— Понял.

— Не забудьте спальные мешки, средства от всевозможной летающей и ползущей гадости, там этого добра должно быть с избытком, рядом арык.

Вопрос задал капитан Озбек:

— Как долго мы должны вести наблюдение? Это я насчет того, сколько спецпайков брать?

Седов ответил:

— В понедельник 23 июля должна состояться вторая встреча расширенной делегации России и Хатима. Следовательно, как минимум до понедельника вам предстоит пробыть на позиции наблюдения. Я не исключаю вероятности второй встречи в Ак-Табазе, тогда срок нахождения у кишлака увеличится на неопределенное время. Если это произойдет, то я решу вопрос с вашей заменой.

— Мы едем на машине Фархада?

— Да!

— Надо бы посмотреть, где спрятать внедорожник.

— Фархад знает местность, он найдет место для временной, скрытной стоянки автомобиля.

— А он к нам в качестве кого прикомандирован? — спросил Котенко. — Мы с Беком, понятно, будем до отупения слушать прослушку и через оптику смотреть кишлак, подходы к нему. А что предстоит делать Фархаду?