Честь в огне не горит - Александр Тамоников

– С часовым я разберусь, – сказал Чернов. – Андрей прав, его надо снимать с дистанции из «винтореза». Это моя работа.

– Хорошо! – согласился Соловьев. – Состав штурмовой подгруппы?

– Я пойду, – сказал Дрозденко, – и вон пусть Вова Бурмистров. Мы вдвоем справимся. Володя бросит гранату и возьмет Дуба, я ликвидирую его подельников. Игорь Каменев и Слава Колданов останутся на прикрытии, чтобы полностью законсервировать лагерь.

– Добро! – Соловьев сложил карту. – Сейчас 1.25. Что у нас с охранением банды? – Он вызвал Колданова: – Седьмой! Ответь Первому!

– Седьмой на связи!

– Доложи обстановку!

– Обстановка спокойная. Часовой сидит у машины.

– Дуб выставил его на всю ночь?

– Нет, в 3.00 должна произойти смена. Вместо Бардина на пост заступит Грибко.

– Ты до 4.30 просидишь на позиции или тебе тоже нужна смена?

– Не надо смены. Да и не напрягаюсь я особо.

– Главное, не усни!

– Исключено. Принял препарат из боевой аптечки против сна.

– К тебе выйдет Чернов. Проконтролирует смену, дальше прапорщик будет работать по своему плану.

Соловьев отключил станцию и взглянул на снайпера:

– Пойдешь, Юра, к Колданову, посмотришь, где займет позицию часовой, который должен сменить подельника в 3.00. Исходя из этого, определишься с огневой позицией. Снятие часового по моей команде.

– Есть!

– Дрозденко и Бурмистров выдвигаются на рубеж атаки. Его определите сами.

– Ясно, – ответил Дрозденко.

– Мы с Каменевым перекроем пути возможного отхода боевиков и при необходимости поддержим действия основной штурмовой двойки. В 4.00 всем быть в готовности к нейтрализации банды. Вопросы есть? Вопросов нет. Вперед! Да поаккуратней в лесу. Сейчас слышно далеко, треск любой случайно сломанной ветки может сорвать всю операцию. Находиться на связи!

Офицеры разошлись. На позиции командира группы остался только его заместитель майор Каменев.

– Где займем позицию прикрытия? – спросил у него Соловьев.

– Думаю, не позицию, а позиции. И не прикрытия, а подстраховки. Дрозденко с Бурмистровым не выпустят бандитов из палатки.

– А если это все же произойдет?

– Тогда те, кто вырвется из капкана, рванут к реке.

– Почему к реке?

– Инстинкт самосохранения сработает, а не расчет. Хотя могут побежать и в лес, куда глаза глядят. Поэтому надо выставить позиции с запада и востока от палатки. Тогда бандиты далеко не убегут.

– И где предлагаешь организовать эти позиции?

– Надо посмотреть. После смены часового я двину на запад, ты же определишься отсюда. Потом свяжемся, обговорим взаимодействие.

– Лады. А сейчас час на отдых!

В 3.10 Соловьева, который так и не смог уснуть в духоте, вызвал на связь старший лейтенант Колданов:

– Первый! Я – Седьмой!

– Да, Седьмой!

– Бандиты провели смену часовых. На пост заступил Грибко. Устроился там же, где и его предшественник Бардин, – у машины, присев на бревно и облокотившись на заднее колесо «УАЗа». Автомат держит между ног. Бардин ушел в палатку.

– Шестой с тобой?

– Так точно!

– Передай ему связь!

– Шестой! – ответил прапорщик Чернов.

– Что по огневой позиции?

– Прекрасно вижу боевика. Если он решит сменить позицию, выберу другую огневую точку. Здесь места для маневрирования много. Так что насчет часового не беспокойтесь.

– Хорошо! Оставайся на связи!

Из кустов вышел Каменев. Потянулся.

– Не успел уснуть, уже вставать пора…

– Ты еще смог уснуть… А у меня вот не получилось.

– Да, жарко, и гарь в нос лезет. Сейчас подышу кислородом и пойду на запад.

– Поаккуратней, Игорь. Лучше возьми подальше.

– Все будет о'кей, командир… Вот думаю, стоит ли «Каму» с собой тащить? Дыма вроде не так много.

– Ветер может измениться в любую минуту, так что кислородный аппарат должен быть при тебе. Как и при всех остальных бойцах группы.

Водрузив на спину ранец кислородного аппарата и повесив на грудь автомат «АК-74», майор Каменев пошел к реке, чтобы, не доходя водоема, обойти место расположения банды Дубинина, зайдя ей во фланг с запада. Медленно потянулось время. Подул слабый северный ветерок, словно природа решила помочь спецназовцам, вышедшим на ее защиту. Концентрация дыма в воздухе значительно снизилась, увеличилась дальность видимости.

В 3.40 Каменев доложил, что вышел на позицию страховки с западного направления и занял позицию в ста метрах от лагеря боевиков. Соловьев переместился вперед и укрылся в неглубокой балке, откуда видел и палатку, и машину, покрытую маскировочной сетью, и часового, который спокойно дремал, облокотившись о колесо «УАЗа». Не стал менять место и Чернов, остался рядом с Колдановым.

В 3.55 все офицеры доложили о готовности к штурму. А в 4.00 сигналом вызова сработала радиостанция Соловьева.

– «Мираж» на связи!

– Это Крым. Задача остается прежней, никаких изменений, доложи обстановку в районе применения.

– Группа к работе готова.

– План штурма разработал?

– Само собой! Снайпер бесшумно снимет часового; Дрозденко и Бурмистров, применив спецсредства, отработают бандитов в палатке.

– Напоминаю: Дубинин должен быть взят живым. Надеюсь, тебе удастся склонить Дубинина к сотрудничеству…

– Я уверен в этом.

– Это хорошо, что уверен. Слушай приказ! В 4.30 приступить к нейтрализации банды. Никакой дополнительной команды не будет. Доклад мне после отработки Дубинина. Все! Успеха!

– До связи!

Соловьев отключил станцию.

Ровно в 4 часа 30 минут среды 14 июля командир боевой группы отдал приказ всем офицерам подразделения:

– Внимание, «Мираж-02»! Приступаем к нейтрализации банды! Шестой, начал!

Прапорщик Чернов, державший на прицеле бесшумной снайперской винтовки «винторез» голову дремавшего часового, нажал на спусковой крючок. Раздался легкий хлопок, и девятимиллиметровая пуля пробила череп Грибко. Бандит завалился на бок.

– Я – Шестой! Путь к объекту свободен! – бросил в эфир Чернов.

Дрозденко и Бурмистров, выбежав из кустов, быстро сблизились с палаткой. Андрей распахнул полог, его напарник бросил внутрь овальный предмет. Офицеры отвернулись. Внутри палатки прогремел оглушительный взрыв, покатившийся эхом по лесу, следом последовала яркая вспышка. Спецназовцы ворвались в палатку. Бандиты, схватившись за уши и зажмурившись, ничего не соображая, сидели на своих спальных мешках. Рядом лежало оружие. Бурмистров схватил за шиворот Дубинина, оказавшегося ближе всех к выходу, и вытащил на улицу. Капитан Дрозденко двумя короткими очередями расстрелял Прохорова и Бардина. Вышел из палатки, вызвал Соловьева: