Не жалею, не зову, не плачу - Владимир Колычев

– Служил.

– Морская пехота – это круто.

– А если еще разведрота…

– Ну да, ну да… Там свой бокс, да?

– Да, в основном ногами, – усмехнулся я. – Чуть зазевался – и берцем по зубам… Но если серьезно, то рукопашка – это не самое главное. В настоящем бою это редко бывает. С противником еще сблизиться надо, через огневой бой пройти. Или ты его из автомата, или он тебя. А если в рукопашке сойдешься, то про ноги забыть надо, и про кулаки. Ногой и кулаком трудно убить, гораздо проще ножом или саперной лопаткой. Автоматом можно убить, ствол в глазницу, и все дела. Или ремнем удушить…

– И ты это умеешь? – спросил Олег.

– Убивать?… В теории – да, а на практике… Если война будет, то смогу, можешь не сомневаться…

– И ножом и лопаткой?

– И, если надо, зубами… Но разведчика ноги кормят, а не зубы. У нас если вдруг что, сразу наутек. Огневой контакт с противником в случае крайней необходимости… Хотя, если разведка боем, там без этого никак… Я, смотрю, тебя утомил…

– Да нет… Смотрю на тебя, брат, и думаю, каким ты был, каким стал. Доходягой ведь был, это без обиды…

– Да какие обиды? Я тебя благодарить должен. Ты из меня человека сделал…

– Я из тебя полуфабрикат сделал. А теперь ты мужчина… Девки, наверное, прохода не дают, да?

– Да, у нас их в части завались было, – пошутил я. – Каждая вторая – девка. Из них каждая третья – красотка. Ты на полигон, они тут как тут. Ты на дежурство, и они рядом. Все в мини-бикини, проходу не дают. Для того и осваиваешь рукопашный бой, чтобы от них отбиваться…

– И как, отбился?

Олег всем видом давал понять, что принял мою шутку.

– Или захомутала какая?

– Говорю же, успешно отбивался…

– Значит, нет никого.

– И не надо… Хватит с меня одной, – расстроенно сказал я.

– Да, с бабами шутки плохи, – кивнул Олег.

– Если бы я с ней шутил…

– Это ты про Лизу?

– Да ну ее!..

Я протянул руку к графинчику с водкой, наполнил рюмки. Предложил тост:

– Давай за встречу. И за нас, мужиков!

– За нас, – кивнул Олег.

Прежде чем выпить, он зачем-то понюхал водку. Скривился, но стопку приговорил в два глотка. Бросил в рот пару маслин. Я последовал его примеру и не пожалел. Маслины заглушали вкус водки лучше, чем соленый огурчик.

– Помнишь, как мы здесь с девками сидели? – взбодрившись, спросил Олег.

– Семь лет прошло.

– А как будто совсем недавно… Соньку недавно видел. Ей какие-то отморозки лицо порезали, я так думаю, братва постаралась. Короче, она с тех пор в глубоком запое. Бутылки по дворам собирает, бомжам за флакон одеколона дает… А Томку твою не видел. Но Сонька говорит, что у нее все хорошо. Впрочем, у нее свои понятия о том, что плохо и что хорошо…

– Да мне все равно, что с ней.

– Вот и я о том… Такого дерьма, как она, сейчас валом. Проститутки сейчас на каждом шагу. Раньше с этим боролись, а сейчас никаких тормозов. И за валюту дают, и за рубли…

– За рубли, – эхом отозвался я, вспомнив, как обменял у отца рубли на доллары.

Если бы вернуть то время обратно, я бы совсем сжег эти доллары, чтобы при обыске их не нашли…

– А мы тогда долларами расплатились, – сказал Олег. – А зря… Я тогда не знал, а сейчас точно знаю – почти все валютные проститутки на КГБ работали… Ты тогда спалиться мог… Тогда многие на КГБ работали, а сейчас бардак. Никакого порядка… Ничего, есть люди, которые приведут все в соответствие…

– Это ты о чем?

– Да так… Кстати, ты на работу устраиваться собираешься?

– Ну, надо бы… А что, есть предложение?

– Да я вот подумал, может, к нам? – с сомнением посмотрел на меня Олег.

– А стоит?

– Да вот я думаю… Звание у тебя офицерское?

– Нет. Старшина запаса.

– Какой статьи старшина, первой, второй?

– В морской пехоте нет статей. Там все как в армии…

– В морской пехоте статей нет, – задумчиво проговорил Олег. – А у нас есть… И ты, возможно, до сих пор под этой статьей ходишь. Искать тебя точно никто не ищет, но если тебя проверять начнут… Нет, в милицию тебе лучше не соваться. И тем более без офицерского звания…

– Да я понимаю, – кивнул я.

Что в милиции, что в армии старшиной или прапорщиком быть хорошо, пока молодой. А потом заедать начнет, когда твои одногодки капитанов начнут получать, майоров или даже полковников. Без офицерского звания карьеру не сделаешь, а пахать за одну мизерную зарплату без всякой перспективы дураков нет…

– Мне бы в институт восстановиться, – немного подумав, сказал я.

– Вот это дело, – одобрительно кивнул Олег. – Я даже постараюсь тебе помочь.

– Чем?

– Если ты все еще в розыске, сниму с тебя сторожок. А то, что тебя за злостное нарушение отчислили, так ты искупил свою вину – честной службой на благо родины. Или нет?

– Ну, если от меня искупление требовалось, то, наверное, да…

– Искупление сейчас не в почете. И былые заслуги не в счет, – нахмурился Олег. – Помнишь Генку Возникова?

– Что? – встрепенулся я.

– Ну да, как же тебе его не помнить… Так вот, он в Афгане был, воевал, орден у него. Только без обид, его служба не чета твоей…

– Ну, может быть, – не стал спорить я.

– Так вот он все свои заслуги похерил.

– В каком смысле?

– Да в самом прямом. Криминальным авторитетом, говорят, заделался. Бандитизм, рэкет, ну все то, о чем я тебе говорил…

– Так говорят или на самом деле?

– Ну, скорей всего на самом. Я тебе больше скажу, есть подозрения, что это его бандиты меня сигаретами жгли… Есть люди, которые по нему работают, скоро все станет ясно… Э-э, я тебе ничего про это не говорил, – замялся Олег.

– Ты не говорил, я не слышал…

– Да нет, слышать как раз надо. Ты сегодня к моим родителям ходил. Ты бы лучше в нашем районе больше не появлялся. Генка там; если увидит тебя, то могут возникнуть проблемы. Он тебя ненавидит. За что, я тебе объяснять не буду, сам знаешь…

– И что он мне сделает?

– Да ничего. Просто башку оторвет.

– Мне просто так башку не оторвешь. На мне зубы сломать можно… Значит, Генка бандит, – в раздумье сказал я.

– И притом авторитетный.

– Денег, наверное, много.

– Ну, не бедствует…

– Как думаешь, он себе «Мерседес» позволить может?