Пули над сельвой - Виктор Степанычев

– Двигаем к трассе и по ней попробуем проникнуть в город, – сообщил Веклемишев свое решение спутнице.

– А почему не прямо? – удивленно посмотрела на него София.

– Я уже сказал, что мне не нравится тот джип, – сухо ответил он. – Пройти лишние пару километров, надеюсь, вам, сеньора, под силу.

– Ваши старания, Вадим, возвратили меня к активной жизни, поэтому подобные вопросы излишни, – витиевато высказала благодарность за проведенный массаж София.

– Тогда не отставать!

Они немного углубились в лес и в хорошем темпе двинулись к шоссе. Выйдя на него, Вадим и София зашагали по обочине, держась поближе к кустам. Они едва успели пройти метров двести, как со стороны городка показался автомобиль.

Веклемишев на всякий случай примерился к «кольту», который он заткнул за брючный ремень за спиной. Глушитель с него Вадим снял и оставил на опушке леса вместе с автоматической винтовкой. Появляться в городе с оружием на виду было неразумно. Вряд ли бразильское законодательство позволяет своим гражданам открыто носить «М-16». Он не сомневался, что и на «кольт» необходимы какие-то разрешительные документы, но пока решил с ним не расставаться. Так, на всякий случай.

Вадим и Софья замедлили шаги, разглядывая приближающуюся машину. Это был ухоженный пикап марки «Додж», с кузовом, загруженным картонными коробками. Он ехал не спеша. За рулем сидел один человек, мужчина в широкополой шляпе. Веклемишев немного расслабился. На их преследователей водитель пикапа вроде бы не походил.

«Додж» прокатился мимо бредущих по обочине путников и стал притормаживать. Вадим напрягся. Автомобиль остановился в полусотне метров за ними, и дверь распахнулась.

– Сеньор, сеньора! – послышался добродушный глуховатый голос. – Извините меня, что отрываю вас от увлекательного путешествия. Видите ли, я только что из Матувельо… В общем, я сомневаюсь, что вас там встретят с распростертыми объятиями. На вашем месте я бы туда не совался.

Заявление водителя «Доджа» обезоруживало своим простодушием и одновременно настораживало до крайности. Мужчина вылез из кабины и, улыбаясь, уставился на Вадима и Софию. По виду ему было далеко за пятьдесят. Грузная фигура, одутловатое лицо, клетчатая рубашка и потертые, вытянутые на коленях джинсы рисовали облик средней руки фермера из штата Канзас. По крайней мере на террориста и угонщика самолетов этот дяденька точно не тянул. Правда, аборигена в нем также признать было мудрено. Англосакс, американец, канадец или бельгиец – этот человек мог быть кем угодно, но только не бразильским индейцем. Правда, на испанском он говорил без какого-либо акцента.

– И почему вы так решили, сеньор? – живо откликнулся на предупреждение Вадим. – Местные жители всегда славились своим гостеприимством.

Честно говоря, Веклемишев не ведал, какие именно душевные качества присущи местным жителям. По большому счету, он вообще о них ничего не знал, но надо было что-то ответить словоохотливому «фермеру».

– Вчера поздно вечером в Матувельо доставили труп помощника мэра, – безмятежно сообщил дяденька. – Этот придурок Шошо нанялся проводником в геофизическую экспедицию. Охотник он, конечно, хороший, да человек дерьмо, извините сеньора за грубость. Вечно свой нос сует, точнее совал, туда, куда не нужно. Но речь не об этом. Вчера до полудня на старом аэродроме приземлился пассажирский самолет. Говорят, какая-то авария с ним приключилась. И в том самолете перевозили опасного преступника, серийного убийцу. Так вот этот негодяй сбежал из-под охраны, взяв в заложники важную парагвайскую сеньору. В сельве убийца случайно наткнулся на экспедицию. Шошо, по своей дурной привычке совать нос в чужие дела, начал выяснять, кто он такой, и схлопотал две пули.

– Как две пули? – невольно вырвалось у Веклемишева.

– Одну в ногу, вторую – в голову, – беспечно уточнил «фермер», подходя к Софии и Вадиму.

Вот так гостинчик от Дона! Вадим ранил следопыта в бедро, чтобы тот не мог вести погоню по их следам, а его парни, выходит, добили Шошо выстрелом в голову. Действительно, что зря с раненым возиться?!

– Так вот, сейчас в Матувельо на площади у муниципалитета собралась толпа индейцев с оружием, чтобы организовать охоту на белого, убившего соплеменника, пользовавшегося среди них большим уважением, – небрежно сообщил «фермер». – Причем настроены они очень решительно…

Ход террористов был более чем замечательный. Чужими руками они решили натаскать из огня горячих угольков. Пристрелив Шошо, угонщики повесили его смерть на Веклемишева. Разъяренные жители Матувельо, прекрасно знающие окрестности городка и сельву, без труда загонят беглецов. Естественно, ни о каком правосудии, кроме суда Линча, речь идти не может. Но это касается только «серийного убийцы», бренд которого навесили Вадиму. А вот Софию, «важную сеньору», они пальцем не тронут, потому что женщина проходит как жертва похищения преступником. Ее преподнесут Дону на блюдечке с голубой каемочкой. Просто великолепный расклад!

– Для чего вы нам все это рассказываете? – вмешалась в разговор София. – Мы мирные путешественники…

– Из солидарности! – гордо выдал «фермер». – Эти ублюдки, еще раз простите, сеньора, за грубое слово, не стоят и пальца цивилизованного человека. Дикарям плевать, что вы мирные путешественники. Вы для них – белые! И чужаки! Попадетесь под горячую руку, и вам несдобровать.

– А откуда вам известно, что мы цивилизованные люди? – наморщила носик София. – Может, мы тоже дикари?

– Сеньора, вы меня обижаете! – широко улыбаясь, протянул «фермер» и покосился на запястье Софии, из-под рукава куртки на котором выглядывали крохотные часики. – Я еще в силах отличить бриллиант от стекляшки и штампованную баранью подделку от настоящей крокодильей кожи, – хитрый взгляд мужчины скользнул на сумочку женщины, висящую на ее боку. – Да и костюм вашего спутника куплен явно не на распродаже дешевых вещей, как и его туфли.

Похоже, термин «цивилизованный» этот человек несколько путал с понятием «состоятельный». А возможно, для него оба этих слова были равнозначны.

– А вас, сеньор, не страшит, что мы именно те, на кого жители Матувельо собираются организовать охоту? – уперся в «фермера» взглядом Веклемишев.

– Не боюсь, – покачал головой «фермер». – Если сеньора и проходит по приметам, то на разыскиваемую женщину совсем не похожа. Нет в глазах испуга и затравленности, да и коленочки не дрожат. Собственно, и вы на серийного убийцу не тянете.

– Это почему, – возмутился Веклемишев. – А вдруг?…

– Глаз у меня наметан, – хитро прищурился мужчина. – Ну и еще помимо глаза… Заместитель нашего начальника полиции мой хороший знакомый. И он мне на ушко шепнул, что убийца как бы и не совсем убийца, а просто им весьма интересуются ребятишки из так называемой геофизической экспедиции, которая как бы и не совсем экспедиция…

– И что из всего высказанного вами следует, сеньор? – сухо спросил Вадим.

– А из этого следует, что один цивилизованный человек имеет право пригласить к себе в гости не менее цивилизованного человека, – широко улыбнулся «фермер». – Особенно, если этому второму, точнее – вторым, грозят крупные неприятности. Разрешите вам представиться: Хенрик ван дер Холст, местный землевладелец. Мои предки прибыли в эти благодатные края из Голландии полтора века назад.