«Скат» принимает вызов - Сергей Зверев

– Ну это вы зря… – начал Горбачев.

– Оставь эти замечания для девушек, – усмехнулся Торин, – здесь война. А кроме опыта и умения, есть еще и пуля-дура. Умение и опыт влияют только на статистику, но не дают стопроцентной гарантии. А теперь давай руку, пора подкрепить организм укольчиком.

Веревка зазмеилась по скале и упала к ногам Веденеевой. Она смотала ее и быстро зацепила за клапан рюкзака. Доронин тем временем осматривал в бинокль предполагаемый путь каравана. Пока спецназовцы спускались со скал, он успел заметить расстояние до ночного лагеря пиратов. Ждать их осталось недолго: час или два. Увидев, что группа может двигаться, Доронин махнул рукой и стал боком сбегать по камням вниз. Позицию он уже наметил, если только снизу она выглядела так же удовлетворительно, как и сверху. Сбежав на подобие тропы, Доронин быстро осмотрелся по сторонам. Место было узкое – втроем рядом не встанешь. На тропе мало больших камней, но склоны по краям пологие и там много валунов, за которыми легко спрятаться. Если атаковать, то пираты разбегутся в разные стороны, в том числе и по склонам. Тот, кто будет стрелять с тропы, окажется под перекрестным огнем, да еще сверху. Значит, нужен сюрприз: в два ствола снизу, а потом Вовку скрытно переместить на фланг. Да чтобы вел себя активно. Ирку оставить сразу слева наверху, но мне придется ее прикрывать. Правда, сам я здесь, внизу, останусь под таким огнем со всех сторон, ну да ничего, прорвемся, не в первый раз.

– Дед, это Рэмбо, – послышалось в ухе Торина, – мы на месте, занимаем позицию.

– Рэмбо, я Дед, понял тебя. Мы на хвосте. Контрольное время?

– Пятнадцать минут.

– Понял. Работаешь самостоятельно. Дашь нам сигнал за десять секунд до начала. Успеха.

– Понял. Дам сигнал за десять секунд до начала. Успеха.

Тройка Доронина успешно перебралась через скалы и устроила засаду на пути каравана. По расчетам спецназовцев, караван подойдет к засаде минут через пятнадцать. За десять секунд до того, как открыть огонь, Доронин даст сигнал Торину и Горбачеву. Это было необходимо, чтобы те заняли удобную позицию для нападения на караван с тыла. Оптимальным вариантом было открыть огонь одновременно с двух сторон. Это вызовет в рядах пиратов замешательство, и они сразу не оценят сил нападающих. В эти первые даже не минуты, а секунды группа должна слаженно оценить ситуацию, понять, где находится Корнеев, очистить огнем пространство вокруг него, нанести противнику максимальный урон в людях.

Опытные бойцы сразу поймут, что их атакуют всего в пять стволов. Да и горы для них родная местность. Многие тут воюют годами, и их тактика отработана до автоматизма. Банда очухается очень быстро и пойдет в контратаку, воспользовавшись своим численным преимуществом. Торин рассчитывал на меткость стрельбы бывших морских спецназовцев и Веденеевой. Ну, и на свою тоже. На каждого по четыре-пять человек – теоретически не так уж и сложно, учитывая, что первые очереди удастся сделать как в тире, по ничего не подозревающему противнику. Но оставался неопытный Горбачев, а еще предстояло вытаскивать Корнеева. Бандиты после первых выстрелов попрячутся за камни и откроют в ответ ураганный огонь из автоматов, двух пулеметов и двух гранатометов. Бой затянется, а у группы количество патронов ограничено.

Пробираясь за караваном, Торин отмечал пройденное время. Прошло пять минут, десять минут, еще четыре минуты. Сейчас может последовать сигнал Доронина о десятисекундной готовности. Торин приказал Горбачеву занять позицию правее и выше себя за камнями, а сам рискнул приблизиться к банде на минимальное расстояние.

– Всем, я Рэмбо, – послышалось по связи, – десять секунд готовности.

В этот момент Торин наконец разглядел Корнеева. Тот шел в задней половине каравана рядом с человеком, по поведению которого можно было догадаться, что он здесь главный.

– Все, я Дед, – передал он, – вижу Повара. Около четвертого осла сзади.

Вся группа по очереди доложила, что видит. В этот момент впереди колонны ударили автоматы. Доронин не давал команды на открытие огня. Очевидно, он определил своей тройке ориентиры, когда следовало открывать огонь. Торин не слышал одиночных выстрелов Веденеевой и мысленно похвалил Доронина. Как видно, спецназовец приказал ей стрелять после того, как они с Приваловым откроют огонь из автоматов, чтобы одиночные снайперские выстрелы не привлекли внимания бандитов раньше времени.

Четверо бандитов остались лежать на тропе. В том числе и один, вооруженный ручным пулеметом. Остальные, под рев ослов, бросились в разные стороны в поисках убежища. Ударили «калаши» бандитов. Один из них приложил к плечу трубу гранатомета, но тут же выронил его и покатился по камням вместе со своим оружием.

Когда раздались первые выстрелы, Торин уже держал на мушке группу бандитов, которая была рядом и правее Корнеева. Он дал длинную очередь и тут же передвинул флажок автомата на одиночный огонь. Справа короткими очередями стрелял Горбачев. Кажется, одного или двоих он все же свалил. Торин прицелился и выстрелил в того бандита, который лежал рядом с Корнеевым. Тот как раз схватил пленника за рукав и приготовился тащить в укрытие. Пуля попала ему в спину, и бандит упал лицом вниз.

Дмитрий Сергеевич плелся с караваном уже третий день. Сегодняшняя ночевка была ужасной. Корнеев замерз как собака и всю ночь толком не мог уснуть. Не простудиться бы, думал он, а то от этих лекарства не дождешься. А я ведь ценный груз, за меня миллион обещан, могли бы и повнимательнее быть к моей персоне. Дмитрий Сергеевич сейчас с удовольствием выпил бы граммов пятьдесят «для сугреву», но ортодоксальные мусульмане не употребляли этого зелья, и ему пришлось смириться.

Караван не прошел и часу после очередной ночевки, когда по горным склонам эхом ударила автоматная очередь, а почти одновременно с ней – вторая. Корнеев сначала не понял, кто это там впереди стал палить, но сзади, за его спиной, тоже раздались очереди, и рядом с ним упали как подкошенные двое бандитов. Корнеев мгновенно растянулся на земле и получил несколько болезненных ударов копытами от перепуганных ослов, которые принялись орать и метаться по тропе среди разбегавшихся в разные стороны людей.

Бородатый упал рядом с Корнеевым. Он что-то прокричал, схватил своего заложника за рукав, но тут же замер на месте. Из его рта струйкой побежала кровь, глаза остекленели. Бандит повалился на землю, так и не выпустив рукава Корнеева. Дмитрий Сергеевич оглянулся по сторонам. Судя по тому, как аккуратно рядом с ним положили бандитов, это были свои. Любое спецподразделение сейчас начало бы крошить всех подряд. Торин, с теплотой подумал Корнеев. Не бросил старый друг, не стал играть в выкупы; только многовато их тут для нашей группы.

Самое умное, что Корнеев мог придумать, это не двигаться и лежать. Он пытался определить, откуда ведется огонь по бандитам, и поймать момент, когда можно будет незаметно удрать к своим. Несколько трупов, лежавших на тропе, не позволяли думать, что все идет прекрасно. Бандиты попрятались за камни и открыли ответный огонь по нападавшим.

Веденеева повела стволом вправо и влево, перемещая прицел с одного бандита на другого. Ее задачей было уничтожить самых опасных – пулеметчиков и гранатометчиков. Чтобы не выдать раньше времени позицию снайпера, Доронин велел Ирине стрелять только после того, как начнут они с Приваловым.