Ангелы сирийского неба - Александр Тамоников

– В случае невыполнения приказа Элмаз обещал уничтожить мою семью.

– У вас так принято, да?

– Таково решение Элмаза. Он убил бы всех моих близких, ослушайся я его.

– Все же ты ослушался, тем самым послал на смерть всю свою семью, – сказал Пестов.

– Это не так. Элмаз уверен, что я выполнил приказ. – Чаглар рассказал пилотам о том, как прибег к хитрости и в суматохе бежал.

– Это ты хорошо придумал, – проговорил Масатов. – Но уверен, что правда не всплывет?

– Не уверен. Однако пока у Элмаза нет оснований подозревать, что я жив. А это даст время, позволит спасти семью.

– Кто ее спасет?

– Ваш майор, который привел меня сюда, обещал, что мою семью в ближайшие дни доставят в Россию.

– Тогда другое дело.

– Он сдержит обещание?

– Сдержит. Но давай по теме. У нас две карты. Покажи на своей, где находится нефтехранилище.

Чаглар, не раздумывая, ткнул пальцем в карту, изготовленную в ИГИЛ.

– Здесь, в пяти километрах на юго-восток от селения Тайл.

– На юго-восток? – переспросил Масатов. – Это что же, нефтехранилище находится в пустыне?

– Нет, на плато перед перевалом.

– Но ты говоришь – на юго-восток, а перевал на севере.

– Это потому, что карты различаются.

– Так, смотри на нашу. Вот Тайл. Об этом населенном пункте идет речь?

– Да.

– Пять километров на север – плато, ограниченное выступами, переходящими в горы, и невысоким безымянным перевалом. Я ничего не путаю?

– Мне трудно ориентироваться по вашей карте.

– Черт бы тебя побрал, турок! – вспылил Масатов. – Ты же сам говорил, что нефтехранилище находится на плато, севернее Тайла, у перевала.

– Это на вашей карте?

– Да какая разница?

– Не горячись, турок и так боится всего, – сказал Пестов своему штурману.

Масатов посмотрел на Чаглара:

– Успокойся. Посмотри на обе карты, вспомни, может быть, хранилище имеет какие-нибудь ориентиры?

– Да, – воскликнул турок. – Есть ориентир. У резервуара, ближнего к основной насосной станции…

– Погоди! Так хранилище – не единое целое?

– Нет. Это примерно десяток узких, но глубоких, объемных резервуаров, соединенных между собой трубами, перекрывающимися вентилями.

– Как расположены резервуары? Квадратом, кругом, в линию, беспорядочно?

– В две линии.

– А что за основная насосная станция?

– Это главный объект системы. Нефть сама не может течь по трубам. Ее прокачивают насосами, установленными на станции.

– Если есть основная, значит, имеется и запасная?

– Да, таких станций две. К запасной подходит отводной нефтепровод.

– Так, с этим точнее разберемся позже. Что за ориентир указывает на нефтехранилище?

– Там холм высокий. На нем камень необычной формы.

– Что еще за камень?

– Словно перст, указывающий в небо. Еще с этого холма к перевалу тянется гряда. Прямо от камня.

– Ну ты и завернул! – Пестов всмотрелся в карту. – Так, холмы примерно одинаковые, а вот высота сто тридцать четыре и восемь. Она крупнее, от нее тянется гряда. Хоть один ориентир определили.

– Покажите, где этот холм, – попросил Чаглар.

– Смотри. – Пестов повернул к нему карту, обвел маркером высоту 134,8.

– Да, это тот самый холм. Значит, резервуары все вот здесь. – Турок провел карандашом две линии. – Между ними метров по пятьдесят. А станции вот тут, внутри холма с перстом. – Он поставил точку на российской карте.

– И основная, и запасная? – спросил Масатов.

– Да, холм большой, внутри пещеры. Между станциями примерно метров сто пятьдесят.

– Так, со станциями разобрались, с резервуарами тоже, но мне до сих пор не понятно, как проложен нефтепровод. Ты говорил, под землей, но как тогда он проходит перевал?

– По ущелью, которое слева.

– От станций идет вдоль перевала, поворачивает в ущелье, по нему выходит на равнину, с нее – к морю, к порту, так?

– Совершенно верно.

Пестов покачал головой и спросил:

– А ты, Чаглар, ничего не путаешь? Мы бомбили и плато, где, по твоим словам, находится хранилище, и ущелье, по которому идет нефтепровод. Никаких результатов!..

– Да, вы наносили удары по плато и ущелью. В первом случае бомба попала в свободный резервуар, а в ущелье повреждены пустые трубы. Нефть качают только с десяти утра до двух дня. Потом вентили перекрываются. Станция чем-то заполняет трубы. Сам процесс перекачки не прерывается.

– В нефтепроводе должно поддерживаться постоянное давление.

– Ничего не могу сказать по этому поводу.

– Хорошо, мы попали в пустой резервуар, это возможно, но разрыв трубы, по сути, вывел из строя систему.

– Так оно и было, но недолго. Резервуар восстановили, трубы поменяли. Нефть вновь пошла к порту, к танкерам.

– Хрень какая-то, – проговорил Масатов. – Как духи могли так быстро восстановить систему?

– У них есть трубы, насосы, металл, техника и рабочая сила для проведения оперативных ремонтных работ, – ответил Чаглар.

– А откуда вообще тебе все это известно? – прищурив глаза, спросил штурман.

– Я уже объяснял майору. Я был там вместе с Элмазом. Он, если можно так сказать, один из основных акционеров данного производства.

– Вот как! Производства, слышишь, Паша?

– Слышу. У террористов перекачка нефти поставлена на промышленную основу. ИГИЛ планирует создание халифата в Сирии и Ираке. Это будет целое террористическое государство с органами управления, безопасности, промышленностью. Они этой перспективой и заманивают людей из Европы, да и из России. Мол, вот они, перспективы. Государство, которое станет богаче Катара, Эмиратов и Аравии. Не жизнь, а сказка. Каждому доля от продажи и транзита нефти и газа. Дворик с павлинами, для мужчины четыре жены, свой дом. Для женщины – муж, который обязан содержать ее! Тысяча и одна ночь, мать их. Но для того чтобы жить в этом сказочном мире, надо немного повоевать за него. Совсем чуть-чуть, до первой крови. Но вернемся к теме. Ты не устал? – поинтересовался Пестов у Чаглара.

Тот отрицательно покачал головой:

– Нет.

– Тогда следующий вопрос. Где находятся люди, обслуживающие систему?

– В Тайле. Это опытные нефтяники, которым не дали уйти в Европу. Они знают свое дело и вынуждены работать на ИГИЛ.