Битва за Крым - Максим Шахов

– И что?

– Вложения миллионные. Плюс непонятная уступчивость городских властей. То есть за этим проектом наверняка стоит кто-то очень богатый и влиятельный. Однако докопаться до его имени ни журналистам, ни нам так и не удалось. Хотя, поверь, были задействованы все возможности, в том числе в местных спецслужбах. Та же ситуация и с большинством телеканалов. Их реальные владельцы, как правило, неизвестны.

– Хорошо, но с политиками-то проще.

– Не скажи, – махнул головой Филипенков. – С политиками еще сложнее. Считается общеизвестным, что за Партией регионов стоит донецкий клан, за оранжевыми – киевский, за зелеными – запорожский. Но в действительности все намного сложнее. И президентские выборы это очень ясно показали!

– В каком смысле?

– В самом прямом, – пожал плечами Филипенков. – Только почти никто почему-то не увидел за деревьями леса…

– Ну объясни, – кивнул Логинов, доставая сигареты.

– Объясняю… Ты можешь себе представить, что в 2008 году на президентских выборах в России единым кандидатом от пропутинских партий и официальным преемником ВВП будет назван какой-нибудь Вася Кемеровский – с двумя с половиной ходками на зону да еще и с непогашенной судимостью?

– С трудом! – ухмыльнулся Виктор.

– Ну вот! А ведь на Украине произошло как раз это! Янукович, по сути, даже не имел права принимать участие в президентских выборах. Как раз из-за непогашенной судимости…

– Ты уверен?

– Уверен. Потому что судья, вроде бы погасивший задним числом эту самую судимость, уже больше года находится в розыске. А это, боюсь, означает, что найти его уже не удастся. Теперь понимаешь?

– Не очень, – честно признался Логинов.

– Это потому, что у нас в России олигархов президент поставил на место. А на Украине именно олигархи исподволь руководят всем и вся – в том числе и политиками. Янукович не более чем марионетка, которую вытолкнули на выборы с определенной целью.

– С какой?

– Боюсь, развязать гражданскую войну.

– Шутишь?

– Какие шутки? Ведь даже дауну было понятно, что такой кадр ни за что не станет президентом. А если и станет, то страна расколется на две части. Это же очевидно!

– И чем тогда думали представители тех партий, которые выдвинули его в качестве единого кандидата и поддержали?

– А кто им позволял думать? Их просто заставили это сделать. Ну кроме Партии регионов, конечно. Те-то просто толкали своего кандидата…

– Как-то это все звучит неожиданно, хотя твои объяснения довольно убедительны. Допустим, я согласен. Но зачем была нужна война этим э-э… кукловодам украинской политики?

– Вот! – кивнул Филипенков. – Это самый главный вопрос, который никто не удосужился задать. А ведь ответ очевиден. Любая олигархическая структура должна развиваться. Потому что если она не будет развиваться, ее ожидает скорый и неизбежный крах. Но как раз накануне президентских выборов на Украине ускоренными темпами окончательно разворовали государственную собственность. Различные кланы скупили за бесценок все, что только можно было, и в Киеве, и в регионах. Поэтому более-менее законно оттяпать у конкурентов заводик или комбинатик стало невозможно…

– И что?..

– И тогда кто-то просчитал, что если расколоть страну, то такая возможность появится. Ведь если бы началась война, то все предприятия в том же Киеве, принадлежащие членам Партии регионов, сразу бы отошли новым хозяевам. Надеюсь, ты в этом не сомневаешься?

– В принципе нет… – кивнул Логинов. – Но война…

– Кому война, а кому мать родна! За всем происходящим на Украине стоят олигархи. И они уже исчерпали все возможности дальнейшего обогащения, кроме войны…

74

Рифат Джанкоев привык находиться в тени. О его функциях знали немногие даже в крымскотатарской среде. Поэтому, когда вскоре после Нового года ему позвонил на мобильный какой-то незнакомец, Рифат был немало удивлен.

– Здравствуйте, Рифат!

– Здравствуйте… – после паузы проговорил Джанкоев.

– Вас, наверное, удивляет, что ваш телефон не определяет номер, с которого вам звонят, верно?

– Кто это?.. – резко спросил Джанкоев.

– Ваши друзья. Нам нужно встретиться…

– Я с незнакомыми не встречаюсь!

– Это в принципе правильно. Однако в данном случае опасаться вам совершенно нечего. Это не то, что вы думаете…

Рифат хотел было уже отключить телефон. Однако что-то его удержало. Его телефонный собеседник говорил очень спокойно. И очень уверенно.

– А что я думаю?

– Вы думаете, не ловушка ли это. Это не ловушка.

– А что?

– У нас к вам есть деловое предложение.

– Я бизнесом не занимаюсь!

– Поверьте, мы в курсе ваших занятий. Всех! Например, мы знаем о штольне. И о фундаменте в Бахчисарае…

По спине Рифата пробежал холодок. В штольне в горах у крымских татар был оборудован тайник, где хранилось оружие. А в фундамент в Бахчисарае в свое время спрятали два трупа убитых бандитов.

– Кто вы, шайтан бы вас побрал? – спросил Рифат.

– Я же сказал: у нас к вам деловое предложение. А то, что мы люди серьезные, вы, надеюсь, уже поняли. Если бы мы хотели причинить вам неприятности, то сделали бы это легко. Мы же хотим предложить вам взаимовыгодное сотрудничество…

– Хорошо, – после паузы сказал Рифат. – Где, когда?

Собеседник назвал место и время. Потом предупредил:

– Только, пожалуйста, не надо никаких прикрытий! Во-первых, это в ваших же интересах, а во-вторых, я тогда просто не пойду на контакт. Придется перенести встречу, а это не нужно ни вам, ни мне…

В условленное время в условленном месте в машину к Рифату подсел мужчина лет пятидесяти пяти. Худощавый, невысокого роста, с печальным лицом.

– Здравствуйте, Рифат! Наконец-то мы с вами познакомились лично! – протянул он руку.

– Здравствуйте… – кивнул Рифат.

– Называйте меня Глебом, для простоты. Хорошо? – сказал незнакомец таким тоном, что было неясно – это настоящее его имя или нет.

– Хорошо, – пожал плечами Рифат.

– Тогда приступим, – кивнул незнакомец. – Я говорю с вами от имени, скажем так, весьма мощной финансово-промышленной группы.

– Какой? – поинтересовался Рифат.

– У нее нет названия, нет официальной вывески и тем более своего сайта. Но именно это и делает ее неуязвимой. По всей Украине на нас работают миллионы людей и даже не догадываются об этом.

– И вы думаете, я вам поверю?