Эффект бумеранга - Александр Звягинцев

– Ну, даешь, Маруська! – отодрав крысу от окровавленного носа «потрошителя», сказал он сквозь смех. – Фриц – можно сказать, белобрысая бестия, а ты ему арийскую фотографию портить!..

Китаец Ли Фан, проснувшийся позже других, оценив ситуацию, вскочил, как подброшенный пружиной, и отбросил «потрошителя» на середину бункера. Он уже занес сжатые в замок ладони над бугристым черепом жертвы, но Сарматов остановил его:

– Не надо. Пусть живет, вонючий хорек…

– Зачем ему жить? – удивился китаец.

– Не знаю, Фан. Но… зло не лечат злом.

Подумав, китаец согласно кивнул:

– Так же говорил великий учитель Конфуций.

Однако продолжить сон обитателям бункера не удалось – неожиданно распахнулась дверь, и туда ворвались вооруженные арабы. Они бесцеремонно вытолкали всех в предрассветный прогулочный дворик. Последним, с Маруськой на плече, вышел Сарматов. Арабы держали его под прицелами автоматов, но старались не приближаться.

* * *

Маленький Чжан, китаец-полицейский, замаскировавшийся с видеокамерой на склоне, примыкающем к вилле, вел непрерывную съемку длиннофокусным трансфокатором.

– Мистер Бейли, – оторвавшись от камеры, шепнул он храпящему рядом Рыжему Бейли, – там монах, мистер Бейли. Он почему-то с крысой на плече…

– Какой монах?.. С какой крысой? – сонно откликнулся тот.

– Монах, который дрался с вами на полицейском катере, а потом сбежал с пристани.

– Если ты не ошибся, Маленький Чжан, то с шефа бутылка виски… Только он не монах, а всего лишь пациент монастыря в одежде послушника! – вмиг проснулся Бейли. – Снимай, парень! Снимай крупным планом, чтобы потом каждую морду опознать можно было. А я пока разбужу мистера Корвилла, – добавил он, поднося к губам трубку мобильной связи.

Через некоторое время вплотную к воротам виллы подкатил рефрижератор, и арабы стали загонять громил в его длинный, как туннель, кузов. Понимая, что арабы стрелять не осмелятся, громилы в яростной потасовке оттеснили их и заняли круговую оборону у дверей рефрижератора.

– Иглу!.. Иглу!.. Иглу!.. – орали они, и громче всех звучал голос трясущегося в ломке серба по кличке Ржавая Сука.

Из виллы показался разъяренный Махмуд.

– У вас только два выхода, грязные христианские свиньи! – крикнул он. – Или работа в джунглях и куча денег, или вонючая тюрьма Гонконга, из которой вас выдадут вашим странам. Выбирайте.

– Иглу!.. Иглу!.. Иглу!.. – еще громче завопили громилы.

Махмуд махнул рукой, и на пороге виллы появился доктор Юсуф. Пожилой араб нес за ним поднос со шприцами.

Обрадованные громилы, кроме Ли Фана и Сарматова, выстроились в очередь, и Юсуф по очереди сделал им долгожданные инъекции.

– Брат Юсуф, почему ты не посадил на иглу русского? – с раздражением спросил Махмуд. – Не может быть, чтобы бесстрашный воин Черной Кали испугался какой-то мерзкой крысы!..

– Предоставляю сделать это тебе, брат Махмуд, – смиренно ответил тот.

По знаку Махмуда к Сарматову бросились несколько арабов. Двое из них, напоровшись на его молниеносные удары, с воплями покатились по асфальту. Остальные отпрянули и вскинули автоматы. Их свирепые лица не сулили Сарматову ничего хорошего.

– Не стрелять! Прочь, прочь, ублюдки! – закричал на них Юсуф и повернул искаженное яростью лицо к Махмуду: – Если ты и твои бандиты еще раз сунете свои длинные носы в мои дела, то будете иметь дело со Старцами Горы. Последний раз предупреждаю тебя, брат Махмуд…

– Хорошо, брат Юсуф, – сквозь зубы процедил тот и крикнул что-то арабам. Те, как цепные псы, бросились на громил.

Под их ударами размякшие после дозы узники безропотно полезли в рефрижератор. Последним скрылся в его чреве Сарматов. Охранники торопливо закрыли дверь, и, как только доктор Юсуф занял место в кабине, рефрижератор сразу же покинул территорию виллы.

Проводив его хмурым взглядом, Махмуд направился в дом. В холле он столкнулся с взволнованным молодым арабом.

– Брат Махмуд, – затараторил тот. – Я запеленговал радиопереговоры… Совсем близко, брат Махмуд. Клянусь Аллахом!..

– Ну и что? – раздраженно отмахнулся Махмуд.

– Переговоры шли на полицейской частоте… В них упоминался доктор Юсуф и…

– Еще кто? – схватил его за грудки побледневший Махмуд.

– Какой-то Джон…

– Джон?.. Ты не ошибся, брат Надир? – переспросил Махмуд.

– Нет, не ошибся… Еще они упоминали о каком-то Дервише и Каракурте…

– Иди к себе и слушай дальше, брат Надир, и никому ни слова.

– Слушаю и повинуюсь, брат Махмуд! – поклонился тот и скрылся в одной из боковых комнат.

– Да свершится то, что должно свершиться! – процедил сквозь зубы Махмуд и, подняв глаза, встретился с жестким взглядом Али-хана, стоящего у балюстрады второго этажа.

– Брат Махмуд, немедленно приступай к эвакуации штаб-квартиры, – приказал Али-хан. – Уничтожьте шифры, компьютерные дискеты и все документы. Через час от штаб-квартиры должны остаться лишь головешки…

– Слушаю и повинуюсь! – подавив растерянность, смиренно уронил Махмуд.

* * *

В кабинете Корвилла зазвонил телефон. Послушав, комиссар повернулся к Метлоу:

– Звонит Рыжий Бейли. В квадрате четыре одиннадцать горит.

– Что горит?! – в нехорошем предчувствии вскинулся тот.

– Вилла Дервиша… Похоже, облили бензином и подожгли. Мои копы сейчас там под видом пожарных, но дом пуст. Сукины дети улизнули, Джордж. По-видимому, через канализационные трубы, проходящие под виллой.

– Серьезный у нас противник, – ничуть не удивившись, констатировал Метлоу. – Тысячелетний опыт конспирации, учись, Рич…

– Насколько я понимаю, единственная ниточка, которая теперь может вывести нас на них, – это рефрижератор, в котором едет Джон. Нам остается ждать новых сигналов от Джона.

– Но нас еще интересуют «торговец ананасами» и Дервиш. Они-то где?

Корвилл бросил удивленный взгляд и схватился за телефон:

– Прикажу копам прочесать все рынки города. По крайней мере, может, возьмем «торговца ананасами»…

– Вот этого делать не надо! – повысил голос Метлоу. – Едва они что-то почувствуют, как снова спрячут концы в воду. А «торговца ананасами», уверен, уже нет в Гонконге, но он от меня теперь никуда не денется.

– Пожалуй, ты прав, будем пасти рефрижератор, – согласился Корвилл.

Сигнал от Сарматова поступил буквально через несколько минут. Корвилл послушал и передал трубку Метлоу:

– Опять твой офицер.

– Алло!.. Что случилось, Стив? – спросил тот. – Где, ты говоришь, их выгрузили? В порту? И сигналы идут из квадрата четыре. Понял. Продолжайте слушать, капитан.