Залетный фраер - Сергей Зверев

– Ты узнала про Юльку что-нибудь новое? – Константин резко остановился и повернулся к Жене.

– Да. Я даже видела ее… Издали…

– Ее теперь и вправду зовут Лиля Кузнецова?

– Да. И еще ее собираются удочерять.

– Кто?!

– Какие-то иностранцы. Вроде бы греки. Все документы уже подготовлены, они заберут ее на днях… Ой, давай присядем и спокойно покурим! А то от всех этих переживаний у меня руки трясутся.

Заметив в глубине двора лавочку, Константин решительно двинулся к ней. В его голове был полный сумбур – он даже не знал, радоваться такому известию или печалиться. С одной стороны, если Юльку удочерят иностранцы, это очень даже неплохо – девочке не придется жить в жутких интернатских условиях. Но с другой – нет никаких гарантий, что эти греки окажутся порядочными людьми. В прессе не раз поднимался вопрос, что наших детей, усыновленных иностранными гражданами, часто используют в качестве доноров. С Юлькой могла произойти та же история…

Присев на лавочку, он закурил и искоса посмотрел на Женю:

– Как ты узнала про удочерение?

– Нянечка проболталась. Естественно, за определенную сумму… Оказывается, у них такое часто практикуется. Особенно, когда в интернат попадает здоровый ребенок, безо всяких психических и физических отклонений. Ему меняют фамилию, чтобы концов было не найти, и в обход государства продают частным лицам… Всем заправляет заведующая. А что? Неплохой бизнес! Я попыталась к ней сунуться, но она, мягко говоря, дала понять, что очень занята. Тогда я пошла по обслуживающему персоналу. Пару раз прокололась, но потом напала на нянечку, которая не в доле… Вот она и выложила мне все про незаконное усыновление.

– А что сама думаешь? Стоит отпускать Юльку за границу?

– Ты с ума сошел! – возмутилась Женя. – Да я ее сама лучше удочерю. Все-таки не чужой ребенок… Насколько я поняла, сделать это совсем несложно – выписать новое свидетельство о рождении, и все. Заплатить, конечно же, придется, но это не беда – деньги у меня есть. Я недавно продала квартиру сестры – хотела купить себе хорошую машину. Но черт с ней, с машиной. Сейчас самое главное – вытащить отсюда Юльку. Мы вместе с ней уедем куда-нибудь в Прибалтику или лучше в Германию… И у меня будет дочь… – Она мечтательно улыбнулась.

Глядя на Женю, Константин расчувствовался. И если раньше у него возникали сомнения – а сможет ли Женя заменить Юльке мать, то теперь он был почти уверен в этом.

Помолчав, он спросил:

– Сколько нужно платить за новое свидетельство?

– Хочешь предложить финансовую помощь? Лучше помоги в другом – выкрасть Юльку.

– Не вопрос!.. Значит, завтра мы ее забираем, послезавтра покупаем новое свидетельство и, как только оно будет у нас на руках, все втроем едем в Москву.

У Жени округлились глаза.

– Ты с ума сошел! Какая Москва?.. Я же здесь живу и работаю. Здесь у меня родители, в конце концов.

– Работу можно найти и у нас. Опытные журналисты везде нужны. Знаю, что в «Комсомольской правде» есть вакансии… Вы с Юлькой поживете пока у меня – места, слава богу, всем хватит. А родителей перевезешь через пару месяцев.

– И как это понимать? Как предложение руки и сердца?

Константин откровенно смутился.

– Да нет… Просто, пока все не уляжется, хочу взять вас с девочкой под свою защиту. Я обещал Пашке, что помогу его дочери, и я выполню это обещание. А что касается тебя… Это я втянул тебя в историю. Значит, за тебя я тоже в ответе.

– Надо же, какой благородный, – усмехнулась Женя. – Ты и вправду такой по жизни или прикидываешься?

Вступать с ней в полемику Константин не собирался – все равно ведь не переспорит. Просто сказал:

– Ты в таком же положении, что и я. И тебе тоже угрожает опасность. Нет никаких гарантий, что они не поступят с тобой точно так же, как с Полиной.

– Ладно, пошли отсюда! – Женя решительно поднялась. – А то я сейчас расчувствуюсь… Отвезу тебя на Юго-Запад, а по дороге обсудим план завтрашнего мероприятия… – И, помолчав, добавила: – А за предложение спасибо. Я подумаю…

* * *

Зайдя в подъезд, Константин окунулся в ставший уже привычным полумрак. Но теперь темнота не смущала его – он точно знал, сколько ступенек ожидает его впереди, и добрался до кнопки вызова лифта вслепую, при этом ни разу не споткнувшись. Без отвращения вдохнул разлившиеся по кабинке лифта пары аммиака, а когда наконец створки раздвинулись на нужном этаже, так же по привычке повернул налево, доставая зажигалку.

«Что-то не так! – эта мысль заставила Константина насторожиться, но тут же он расслабился. – Ну слава богу! Наконец-то кто-то додумался вкрутить на этаже лампочку!»

Не без сожаления спрятав зажигалку назад в карман, он достал ключ от квартиры и сунул его в замочную скважину. Однако тот застрял на полпути.

«Что за ерунда?!» – Константин внимательно осмотрел замок.

Нет, его никто не менял. Да и некому было его менять. Если бы вдруг приехали хозяева, Женя наверняка узнала бы об этом первой и предупредила бы его.

Края замочной скважины не были повреждены, и потому вариант взлома отпал сам собой. Однако ключ упрямо не хотел заходить в замок. И тут Константина осенило:

«Неужели постарались те самые наркоманы с бритвой?! Наверняка сунули в щель какую-нибудь дрянь вроде спички или металлической шпильки и сейчас сидят довольные, посмеиваются».

Приняв эту версию за основную, он разогнул кольцо, на котором были нанизаны ключи, и, опустившись на корточки, попытался просунуть его в замочную скважину, нащупывая посторонний предмет. Внутри и вправду что-то было. Теперь оставалось лишь аккуратно зацепить это «что-то» и вытащить наружу. Но первая попытка оказалась неудачной. Когда же он попытался проделать тот же трюк во второй раз, в соседней квартире щелкнул замок и протяжно скрипнула дверь.

– Может, вы все-таки поговорите с Васькой? – послышался за спиной немолодой женский голос. – А то что ни ночь, у него бабы визжат и музыка так бумкает, что кровать ходуном ходит!

«Еще и соседей на мою голову не хватало!» – разозлился Константин. Он только-только подцепил застрявшую в замочной скважине спичку, еще немного – и вытащил бы ее, но появление соседки заставило его засомневаться в том, что он вообще когда-нибудь переступит порог этой злосчастной квартиры.

– Не волнуйтесь и делайте, как я сказал, – ответил соседке мужчина. – Загремит музыка – звоните по «02». Приедет бригада и составит акт. А утром его вызовут в управление. Потом в исполком, потом с месяц по судам будут таскать. Поверьте, по-другому до него не дойдет. Я-то знаю этот контингент… – Говоривший вдруг резко замолчал. Видимо, заметил Константина, сгорбившегося над замком у соседней двери. – У вас какие-то проблемы? – голос мужчины стал строгим, почти командирским.