Мастер перехвата - Альберт Байкалов

Лешка сунул в стоящий у стула ранец пластиковую бутылку с водой, надел его, размышляя, есть ли смысл с ними общаться.

«Может, они подскажут, как легче туда добраться? – неожиданно подумал он. – Или вовсе сами едут на родину? Тогда можно попытаться навязаться в попутчики. Ведь деньги у меня есть, и обузой для них я не буду».

В голове у Лешки тут же возник план, и он направился к столику, за которым сидели кавказцы.

Разговор затянулся, но неожиданно выяснилось, что седой – сосед Исмаила Хазбиева. Лешка знал, что практически все чеченцы, проживающие в одном селении, родственники. По всему выходило, что и его новые знакомые кем-то приходятся ему. Неожиданно новые знакомые занервничали и попросили его не мешать их разговору.

Лешка подчинился и покинул кафе. С минуту постояв у выхода, он обошел ограждение и встал в том месте, где, по его мнению, должен был быть столик с чеченцами. Опутанная пластмассовой листвой виноградника деревянная решетка скрывала его от глаз сидевшего к нему лицом здоровяка. До седого можно было при желании и вовсе дотянуться рукой. У Лешки созрел план. Он огляделся. На пластиковых диванах, установленных рядами, сидело много людей, но на него ровным счетом никто не обратил внимания. Он снял ранец, достал пистолет, двумя пальцами взвел курок. Сердце стучало так, что казалось, оно сейчас вылетит из груди. Стало страшно. Но он решил идти до конца. Лешка знал, его не посадят. Он маленький. Ему нет еще двенадцати лет. Зато он докажет Успе, что русские тоже смелые люди. Лешка подошел к решетке, прицелился в переносицу сидевшего лицом к нему здоровяка и надавил на спуск. Чеченец полетел на спину. Его дружок бросился в сторону прилавка и укрылся за стеной. Лешка присел и увидел верзилу. Тот отбросил в сторону стул и пополз в сторону скрывшегося за углом седого. Лешка еще несколько раз выстрелил в него. Что было потом, помнил смутно. Кто-то схватил его за воротник куртки и за запястье руки, в которой был пистолет. В зале ожидания царил хаос. Кричали женщины, матерились мужчины, плакали дети. Возле выходов началась давка. Лешку поставили на ноги и встряхнули. Его неожиданно охватил ужас от того, что он натворил. Два милиционера кричали на него, но он ничего не слышал.

Лешка почувствовал резь в глазах и от этого вернулся в реальный мир. По щекам покатились слезы, в носу неприятно запекло.

– Фу ты черт! – раздался сверху голос. – Газ разнесло.

Он поднял голову и увидел милиционера. Тот схватил его за воротник и куда-то поволок. Второй направился в обход ограждения к выходу из «Айсберга».

Впервые за все время путешествия Лешка начал делать глупости. Сначала он попытался развернуться и укусить милиционера за руку, чтобы тот его отпустил. Потом начал вопить, что больше не будет так делать. Немало волнения добавили несущиеся вслед вопли негодования пассажиров. Все было как во сне. В небольшом помещении с двумя столами милиционер усадил Лешку на стул, вытряхнул из ранца все содержимое и вздохнул:

– Давно убежал?

– Откуда? – не понял Лешка.

– Но не с Луны же ты свалился! – грозно сведя на переносице брови, милиционер уселся напротив.

Двери открылись, и в комнату вошла молодая девушка с погонами старшего лейтенанта. Лешка разбирался в званиях. У него было много фотографий отца в форме, и он тоже был старшим лейтенантом.

– Ну что, будем знакомиться? – она заглянула ему в глаза. – Меня зовут Людмила Анатольевна, а тебя?

– Сергей, – пряча взгляд, буркнул Лешка.

– Ты где живешь, Сережа? – продолжала она ласковым голосом.

– В Рязани, – продолжал сочинять он.

– А с кем ты сюда приехал? – она взяла стоящий у стены стул, села напротив и выжидающе посмотрела на Лешку.

– Один, – пряча взгляд, ответил он.

– Ты убежал из дома?

– Да, – он выразительно кивнул.

– Назови адрес, фамилию и отчество.

– Фирсов, а отчество Анатольевич. Адрес, – он пожал плечами. – Номер дома двадцатый…

– Улица.

– Что?

– Как улица называется?

– Кирова, – Лешка почесал лоб, – кажется.

– Хорошо, в каком классе и в какой школе ты учишься? – она сложила на груди руки и склонила голову набок. Взгляд сделался подозрительным.

Лешка понял, Людмила Анатольевна не верит ни единому слову. После переоценки своих действий он не мог держаться как прежде уверенно. Руки тряслись, к горлу подступал комок. Ему было жалко мать, которая сейчас не находит места, а что может случиться с бабушкой, он даже не хотел думать. Наверняка сейчас вскрылось то, что он украл деньги и пистолет. Теперь во всем она винит себя, а у нее больное сердце.

Людмила Анатольевна наклонилась и потрогала лоб:

– Да у нас еще и жар.

– У меня лекарство есть, – Лешка показал взглядом на стол, куда сержант высыпал содержимое его рюкзака.

– Сколько времени прошло, как ты уехал из Рязани? – пристально наблюдая за его реакцией, спросила милиционерша.

– Не помню, – Лешка стал разглядывать носки ботинок.

– Ты не хочешь отвечать, – подвела итог разговору милиционерша и перевела взгляд на сержанта, который со скучающим видом наблюдал за диалогом. – Отправлять надо в приемник, а в Рязань запрос.

– Это уже не моя кухня, – сержант развел руками.

Неожиданно из стоящей на столе радиостанции раздался голос:

– Максимов, вы где?

Сержант взял станцию в руки и поднес к губам.

– В отделении с этим шалопаем…

– А что мне теперь будет? – не удержался и спросил Лешка.

– Ничего хорошего, – задумчиво проговорила женщина. – Зачем же в людей стрелять? Что они тебе плохого сделали? У тебя кто-то на Кавказе погиб?

– Нет, – Лешка отвернулся. – Нашел пистолет в электричке, думал, пугач. Решил испытать…

– Странно, и выбрал для этих целей граждан других национальностей. Так не любишь таджиков и чеченцев?

– Каких таджиков? – не понял Лешка.

– Один из них таджик, второй чеченец, – подтвердил все это время наблюдавший за разговором сержант. – Кстати, мне это тоже странным показалось. Впервые увидел, чтобы чеченец работал с таджиком, причем был у него подручным.

– Возможно это представитель криминальных кругов, который поехал контролировать сделку, – предположила Кузина.

– Похоже на это, – успокоился сержант. Взгляд его вмиг сделался скучным.

– Они сказали, что оба чеченцы и живут в Гудермесе, – не унимался Лешка.

– Вот ты и проболтался, – улыбнулась Кузина. – Значит, специально искал на вокзале лиц кавказской национальности?

Лешка потупился и решил больше не отвечать ни на какие вопросы…