София в парандже - Александр Афанасьев

Надо сказать, что полякам еще сильно повезло.

Второй вертолет, тоже с поврежденной турбиной, тем не менее сумел отвалить влево и, горя, уйти за пределы видимости. Первый ушел вправо, а там была гора. С нагрузкой и на одном работающем даже на чрезвычайной мощности двигателе он перевалить гору не смог и рухнул на ее склон, прямо на лес.

Оба пилота были ранены, но все же сумели посадить машину так, что десант остался цел. Машина не рухнула, не влетела в гору, а как бы легла на брюхо на минимальной скорости, немного проползла вперед и зависла. При этом вертолет развернуло на девяносто градусов, люк оказался вверху, и полякам пришлось выбираться через него, как через крышу… Но так как они были пристегнуты, а все десантные места в вертолете специально рассчитаны на жесткие посадки, обошлось без особых травм.

Сильнее всего был травмирован Масальски – ему при ударе круче всего досталось, когда он летал по салону, а еще по ногам попало осколками. В итоге осколки в обеих ногах, сложный перелом руки… одним словом, не боец.

Масальски занялся польский доктор, он вколол ему противошоковое и обезболивающее, руку зафиксировал при помощи системы Sam Splint^[16], обработал ноги, остановил кровотечение. Масальски был в сознании, хотя и не мог вести бой.

Поляки тем временем осмотрелись и поняли, что дело плохо. Они были вооружены винтовками НК416 и пулеметом, у командира группы была винтовка TRG22 308-го калибра со складным прикладом, а у штатного снайпера группы – TRG М10 338LM. Снайпер занял позицию и открыл огонь первым. В ответ по ним ударили с дальней дистанции автоматы и винтовки, но вертолет пока предоставлял им укрытие…

Командир польской группы, умостив винтовку на подходящей поверхности, долго целился, наконец выстрелил. Передернул затвор и выстрелил снова…

– Кто там? – спросил Масальски, лежа на легких носилках за боевым порядком поляков.

– Из села подходят боевики.

Командир группы выстрелил еще раз.

– Пора бы появиться кавалерии.

– Никто не придет…

– Это почему? – недовольно спросил поляк, перезаряжая свою винтовку.

– Потому, что это «черная» операция, понятно? Мы сами сказали болгарам, чтобы они не вмешивались, что бы ни происходило.

– Пся крев…

Поляк прицелился и еще раз выстрелил. Масальски, с трудом повернувшись, достал спутниковую Thyraya и начал набирать номер

– Кому звонишь?

– Тому типу, который тут разруливает все. Он может сказать болгарам, чтобы действовали…

Но номер не отвечал. Масальски попробовал еще раз, потом еще – и, все поняв, с раздражением стукнул кулаком по земле.

– Не отвечает?

– Нет. Эта сволочь сбросил телефон!

– Может, еще раз попробуешь?

– Нет… Сукин сын просто бросил нас. Ему плевать. А если его прижать, он будет все отрицать.

– Пан командир! – крикнул снайпер. – Кажется, в село болгары заходят! Снайпер работает!

Илия, Ахмед и Иса участвовали в бою и добились в нем большого успеха. Один вертолет был почти сразу же сбит из ПЗРК и упал в непосредственной видимости от села. Второй вертолет подбили сосредоточенным огнем РПГ и пулеметов. Он огрызался огнем и пытался прикрыть место падения подбитого собрата, но, наткнувшись на шквальный огонь нескольких пулеметов из населенного пункта и не рискуя открыть ответный огонь по гражданским строениям на территории чужой страны, удержался в воздухе и ушел, оставляя за собой след дыма. Причем ушел в сторону Турции.

После чего боевики выдвинулись на добивание упавшего вертолета – и тут же наткнулись на точный, очень точный огонь сразу из нескольких стволов. Работали снайперы, и, судя по всему, в вертолете был не один снайпер. Илия, Ахмед и Иса не были трусами, но и рисковать понапрасну не хотели, снайперская пуля – она ведь не разбирает, у кого какой иман.

Придумал, что делать, Иса – он сказал, что надо поехать и казнить заложника, так как больше он не нужен – операция по его освобождению провалилась, а кяфирам надо преподать хороший урок.

Они вернулись в село, вытащили из зиндана заложника. Установили видеокамеру, Илия толкнул короткую речь, замахнулся топориком, которым тут рубили кур…

– Подожди! – вдруг закричал Иса.

– Что еще?! – раздраженно обернулся Илия.

– Я ничего не вижу! Света нет!

– Так включи его, о Аллах!

Ахмед подбежал и пощелкал выключателем.

– Не включается! Провода перебило!

– Я не могу снимать при таком свете! – крикнул Иса.

Илия призвал на помощь все свое смирение.

– Тащим его во двор, там и запишем.

Ахмед начал открывать ворота – они были большие, рассчитанные на грузовик или трактор.

– Сейчас…

Отталкивая от себя воротину, он вдруг с ужасом увидел людей с оружием, которые были одеты, экипированы и вооружены точно так же, как спецназ НАТО в Афганистане, который он видел собственными глазами.

– Солдаты! – успел крикнуть он и тут же захрипел, падая на землю от попавшей в него пули.

Иса выронил камеру и бросился к прислоненному к стене автомату Калашникова.

– Аллах Акбар! – истерически заорал Абдалла и замахнулся топором…

В спецназе существует упражнение номер девять – внезапное нападение противника с тыла. Оно отрабатывается в самых разных вариантах – с предупреждением и без, из положения стоя или сидя, с штрафными мишенями и без. Здесь было примерно то же самое, только справа.

Я отвечал за это направление, и моя реакция была быстрее всех – увидев, как человек с автоматом, висящим на ремне, открывает дверь, я выстрелил – и человека отбросило на дверь, потом он упал на землю. По правилам, необходимо сначала обезопасить себя, но что-то мне подсказало действовать, и я рванул вперед.

Время спрессовалось в мгновения, свет был плохой, но я включил фонарик, который высветил бородача с топором – на что или на кого он замахивался, я не видел. Промахнуться с такого расстояния было нереально – автомат выдал короткую, кашляющую очередь, и человек с топором рухнул как подкошенный. Разворачиваясь и ища фонарем новую цель, я увидел еще одного стрелка, у него был автомат. Мы выстрелили одновременно – и тут же открыл огонь подоспевший Карлик. Боевика отбросило к стене, в него попало шесть или семь пуль. Я пошатнулся, но устоял.

Яркие ксеноновые лучи фонарей метались по помещению, которое, судя по всему, было большим гаражом.