Парад кошмаров - Сергей Зверев

Лейтенант Юрий Томин служил в батальоне у майора Лаврова всего несколько лет. Невысокий худощавый блондин с голубыми глазами и длинными ресницами, внешне он не сильно напоминал спецназовца Воздушно-десантных войск. Но свои обязанности лейтенант знал хорошо, взвод, который он возглавлял, был одним из лучших в части, а физические нормативы тщедушный, казалось бы, лейтенантик выполнял даже лучше, чем многие, грозные с виду, здоровяки. Единственное, что не очень нравилось в нем командиру батальона, – вне службы лейтенант Томин почти не общался с остальными офицерами. На армейских празднованиях, юбилеях и банкетах по случаю присвоения очередных званий или награждений Томин, как правило, не присутствовал, предпочитая в такие дни ходить в наряды, а на тех праздниках, на которых ему все же приходилось бывать, тихо сидел в уголке, почти не участвуя в общих беседах и тостах. Честно говоря, в гарнизоне лейтенанта Томина некоторые офицеры недолюбливали, и ни друзей, ни жены у него не было.

В дальнюю командировку майор взял Юру Томина впервые. Пока что поведение лейтенанта не вызывало никаких нареканий. Но как он покажет себя, если их небольшому отряду придется вступить в настоящий бой?

– Ты в первый раз в джунглях? – Майор притормозил своего верблюда и обернулся к следующему за ним Томину.

– Так точно, товарищ майор! И в Индии я тоже впервые!

– Нравится тебе здесь?

В ответ лейтенант только пожал плечами и улыбнулся:

– Я, товарищ майор, все о Маугли думаю. А вы эту книгу читали?

Вопрос был довольно неожиданным – поначалу майор решил отшутиться:

– Я такой мультик когда-то в детстве смотрел. А ты, Юра, разве его не видел?

– Видел, конечно! – В голосе лейтенанта зазвучало разочарование. – А я думал именно о книге с вами поговорить!

– Да читал я эту книгу! – усмехнулся Батяня. – И не только книгу для детей, но и полное издание. Называется «Книга Джунглей». Есть у меня собрание сочинений Киплинга – его я полностью прочел.

– Точно? – обрадовался Томин. – И стихи его тоже все прочли?

– И стихи тоже, – кивнул головой майор. – А как же без стихов?

– Тогда я у вас хочу спросить… Как вы думаете, такое вообще могло быть? Ну, с этим Маугли? В джунглях?

– Если в мире почти ежегодно находят детей, воспитанных животными, то, конечно, могло быть! Для них даже специальное название придумали – «дети-маугли»!

– Да я совсем не об этом! – взволнованно сказал лейтенант. – Я про волков. Про стаю. Про звериное братство. «Мы с тобой одной крови – ты и я!»

– Ах, так вот ты о чем! – Майор Лавров ненадолго задумался. Затем ответил: – Я думаю, что это Киплинг про людей написал. Придал, так сказать, зверям человеческие качества. Сэр Редьярд был, конечно, агентом английской разведки, империалистом и колонизатором. Но что касается воинского братства, патриотизма и любви к своей Родине – этого у него не отнимешь! Мне нравятся книги Киплинга, и я его уважаю!

– Я тоже, товарищ майор! – признался лейтенант Томин. – Я так и думал! «Волчья стая» у Киплинга – это же воинское братство! Другое дело, что всякие подлые шакалы могут сбить честных солдат с верного пути!

– Правильно мыслишь, лейтенант! – кивнул головой Батяня. – Вот и у нас в стране так случилось в начале девяностых годов. Но теперь, к счастью, все поворачивается в лучшую сторону! Ты как, лейтенант, относишься к воинским традициям?

– Ну, вы же сами, наверное, знаете? – Голос лейтенанта поскучнел. – Не пью я, товарищ майор!

– Ага. Значит, ты не пьешь? А другие офицеры – вот те пьют! А капитан Шилов и майор Лавров, так те вообще – алкоголики!

Лейтенант Томин смутился:

– Товарищ майор! Такие вопросы мне с вами обсуждать субординация не позволяет!

Некоторое время они ехали молча. Тем более местность стала холмистой, и всадникам приходилось уделять больше внимания своим верблюдам. Но через какое-то время майор Лавров снова приблизился к лейтенанту.

– Лейтенант Томин! – официальным тоном сказал он.

– Слушаю, товарищ майор! – точно так же ответил тот.

– Знаешь что, лейтенант? Несмотря ни на что, ты мне нравишься! Ты не пьешь, не куришь, занимаешься спортом! Я знаю, что у тебя есть черный пояс каратиста. Правда, у тебя нет ни одного друга во всем нашем гарнизоне. У тебя нет даже любимой девушки!

При последних словах майора лейтенант вздрогнул. Его голубые глаза посмотрели на майора даже с некоторой обидой.

– Ладно, скажем так: у тебя пока нет жены или постоянной подруги. Но я думаю, лейтенант, что именно за такими офицерами, как ты, будущее нашей армии! Ты образован, ты начитан. Ты прекрасно понимаешь политику нашего государства. Правильную, кстати, политику! Ты, лейтенант, – российский офицер двадцать первого века! Таким, как ты, придется защищать нашу Родину от увеличивающейся с годами опасности, от угроз со стороны агрессивных западных блоков и мирового терроризма! Думаю, что и в настоящем бою ты не подведешь! И именно таких, как ты, лейтенант, – хоть таких пока в нашей армии и немного, – я буду всячески поддерживать, выдвигать и помогать вам в вашей карьере!

* * *

Несмотря на то что в конце октября на северо-западе Индии обычно наступает так называемый «прохладный» сезон, в этот день прохладой, как говорится, «и не пахло». В джунглях по-прежнему стояла тропическая жара. К счастью, от прямых лучей солнца наездников на верблюдах защищали плотно заросшие листьями сомкнутые высоко над головами вершины деревьев. Отряд продолжал двигаться по следам таинственных похитителей. Следы, которые оставили на своем пути люди, утащившие российских туристов, были явными и хорошо заметными. Настолько заметными, что майор Лавров все больше и больше склонялся к версии, что, возможно, кто-то направляет их совместный отряд по ложному следу. Если бы отрядом командовал он, то бы серьезно подумал о том, стоит ли им продолжать движение в этом направлении – вполне вероятно, что где-то на пути следования их ждала засада. Но индийские военные безапелляционно настаивали на немедленном преследовании похитителей, продолжая двигаться именно по этому маршруту.

Путь совместной индийско-российской экспедиции по-прежнему проходил через густые джунгли – до сих пор на их пути не встретилось ни одной безлесной равнины, ни одной широкой прогалины среди деревьев. Однако уровень местности, по которой они перемещались, с некоторых пор начал постепенно понижаться. Возвышенность, на которой располагался древний город, сменилась пологим склоном, экспедиция постепенно опускалась все ниже и ниже. Почва под ногами становилась более влажной, а в деревьях над головой стали появляться широкие прогалины, через которые путников освещали жаркие лучи тропического солнца. Высокие деревья стали сменяться более низкими, а еще через несколько километров пути – начали перемежаться густыми кустарниками. Затем, когда тропа, по которой они ехали, опустилась еще ниже, деревья исчезли совсем – теперь дорога проходила по бескрайним зарослям тростника. Под копытами верблюдов начала хлюпать вода – отряд вошел в болото, конца которому видно не было. Животные, не привыкшие к прогулкам по колено в воде, стали артачиться – управлять ими становилось все труднее. Скорость передвижения снизилась до минимальной – теперь отряд еле-еле плелся среди частых тростников и кустарниковых зарослей.