Олимпийский спецназ - Александр Тамоников

Пелес присел к столу:

– Все отряды находятся на рубежах ожидания штурма. Отряд Вампира благополучно обосновался на противоположном от русского блокпоста склоне южного перевала, напротив проходов № 2 и 3. Скрытно подготовлены позиции пулеметчиков. Люди Фараона, пройдя марш, в 5.30, вышли к шоссе в 4 километрах от блокпоста и укрылись в указанной тобой роще. Ну, а Охотник со своими бойцами ждет команды на посадку в «ГАЗ-66» и выход к посту с последующей его атакой с ходу.

– Акиев сообщил решение по своим действиям после акции?

– Нет! Пошел советоваться с зятем!

– Посмотрим, что они решат. Будь в готовности завалить их.

– У мента семья, двое детей!

– Плевать! Тебе впервой убивать детей врагов?

– Нет! Но за дополнительную работу полагается отдельное вознаграждение.

– Не тебе говорить о вознаграждении, Артур!

– Много денег, Руслан, не бывает!

– Ладно, получишь дополнительно. А вот сколько конкретно, обсудим после того, как решим все свои дела здесь, в России! И больше о деньгах чтобы я ни слова не слышал!

Пелес усмехнулся:

– Договорились, шеф!

Басмач прошелся по кабинету, посмотрел в окно:

– Сумрачно сегодня!

– Осень скоро!

– Да! Ты вот что, Артур, пока Акиева нет в усадьбе, проверь-ка его «Тойоту»! Чтобы исправна была, заправлена. Не исключено, что она нам еще пригодится.

– Хорошо! Сделаю!

– Сделай! А что у нас снайпер? Он докладывал утром о результатах наблюдения?

– Конечно! Арифшид сообщил, что ничего подозрительного ни на посту, ни на прилегающей к нему территории он не заметил. Надо бы сменить его.

– Потерпит! Скоро совсем уйдет с холмов. Сделает свое дело и уйдет. В горах отдохнет!

– Понял! Так и передам ему!

– Передай! Ступай, с улицы свяжись с ним и передай, а я с Рабулло поговорю!

– У вас с ним конфиденциальный разговор? Без посторонних?

– Ты не посторонний, можешь остаться!

– Да нет уж, пойду, прогуляюсь!

– Особо не разгуливай. От дома не отходить!

– Да помню я все, Руслан, помню!

– Это хорошо!

Пелес вышел из кабинета. Вахидов извлек из кейса спутниковый телефон, набрал номер. Ему тут же ответил Рабулло, главарь банды, засевшей на окраине станицы Саульской:

– Ассолом, Руслан! Рад слышать тебя!

– Ва аллейкум, Мохаммед! Я тоже рад слышать тебя. У тебя неплохое настроение, судя по голосу?

– Оно должно быть плохим?

– Нет! Напротив! Готов к акции?

– Да! Только что отправил на станцию двух человек. Пусть посмотрят подходы к зданию, оценят обстановку вокруг него.

– Это верное решение! Они останутся на автостанции до начала акции или вернутся?

– Останутся! На них нейтрализация милицейского наряда, если он окажется на объекте в ненужное время.

– Тоже правильное решение! Вижу, ты готов! Жди сигнала.

– Жду, Руслан! Жду!

– Осталось недолго. До связи, Мохаммед!

– До связи!

В 8.05 вернулся заместитель. Доложил, что проверил внедорожник. Он в полном порядке, хоть сейчас садись и езжай.

– Запаска? Инструмент?

– В комплекте.

– Мухтар еще не пришел от зятя?

– Пришел!

– Решение сообщил?

– Да! Остаться здесь!

– Не понял!

– Поговори с ним сам, а, шеф? Мутит что-то наш Мухтар.

– Хорошо, давай его сюда!

Пелес вызвал по внутреннему проволочному телефону хозяина усадьбы. Акиев явился мрачный, нервный, хотя и старался держать себя в руках:

– Вызывали, господин?

– Во-первых, здравствуй, Мухтар!

– Салам!

– Во-вторых, мне доложили, что после нашей акции ты решил остаться в ауле?

– Да!

– И кто посоветовал тебе подобную глупость?

– Зять! И посоветовал он дело, а не глупость.

– Вот как? Подробнее, если можно!

– В общем, мы подумали, а что собственно нам грозит, если вы уничтожите пост и уйдете в горы?

– И решили, что нечего опасаться?

– Я объясню русским, что вы захватили усадьбу и удерживали меня в доме силой. Зять же ничего не знал. Или знал, что ко мне приехали гости. И не вмешивался.

– А как насчет поездки в Саульскую?

– Вы пригрозили убить семью дочери, я вынужден был подчиниться!

– Ну, допустим, русские примут эту версию. А как ты объяснишь выставление своего человека наблюдателем за постом?

– Об этом никто не знает! И не узнает! Дома нам будет лучше. Если же ударимся в бега, то подтвердим свою причастность к вашим делам.

– Но мы можем увести вас в горы силой?

– Можете, но это должны видеть соседи.

– Понимаешь, Мухтар, я не могу допустить, чтобы ты остался здесь. Если русские спецслужбы как следует возьмутся за тебя, то ты все расскажешь! А главное, сообщишь, что на пост нападал не тот отряд, что прорывал границу. Но и силой заставить уйти я тоже не могу. Знаешь, пригласи-ка ко мне зятя, я с ним сам поговорю. Ну а если убеждения не помогут, что ж, оставайся, но подпишешь бумагу, где подтвердишь свое долгое и плодотворное сотрудничество с Тургуном и со мной. Это станет гарантией того, что ты не станешь болтать лишнего, даже под прессингом русских спецов. Когда ты сможешь привести своего родственника?

– Да хоть сейчас! Он пошел в отделение и будет сидеть там до обеда. Хотя...

Вахидов прервал хозяина усадьбы:

– Давай, Мухтар, зови его сейчас. И быстрее. У меня на беседу остается мало времени.

– Хорошо!

Акиев вышел. Басмач вызвал Пелеса.

Заместитель вошел, внимательно взглянул на главаря.

Тот сказал:

– Эти придурки, Мухтар, со своим зятем решили, что могут переиграть русских. Глупцы! Да из них вытянут все! Даже то, что они сами забыли. Короче, Артур! Я послал Мухтара за зятем. Как оба зайдут в кабинет, вали их! После чего пойдешь в дом мента и тихо разберешься с его семьей! Ты понял меня?

– Да, Руслан!

– Доля, предназначавшаяся Акиеву, переходит к тебе. При условии, что ты отработаешь семью мента «чисто».

Физиономия Пелеса расплылась в довольной ухмылке:

– Вот это другой разговор!