Бомба для Аль-Каиды - Александр Сапсай

Министр обороны Украины генерал Виктор Заруба. Верховный Главнокомандующий генерал Н. В. Дыбенко.

Офицер дождался, пока украинский летчик ознакомится с приказом, и широко улыбнулся:

– Когда гост получает сила встават…

– Не мучайтесь, офицер. – На вполне сносном английском перебил его Круг: – Изъясняйтесь на родном языке.

Американец вздохнул с облегчением:

– Прекрасно, господа. Когда отдохнете, спускайтесь в бар «Дикая утка». У нас неплохая кухня и разнообразные напитки. Я единственный служащий на базе, кто хоть немного знает русский. Поэтому полковник Каллари послал к вам меня. Но слава, Господу, переводчик вам не нужен. О деле поговорите завтра утром. После завтрака полковник Каллари ждет вас в кабинете.

– А кто такой, полковник Каллари?

– Командующий военно-воздушной базой «Пикирующие святоши»

– И, еще раз растянув рот в улыбке, «переводчик» удалился.

Что все это значит? – Спросил Круг. Саратов пожал плечами.

Москва. Лубянская площадь.

Здание ФСБ. 18 ноября 2010 года.

Телефон на столе Рощина звонил беспрерывно. После переворота в Киеве, многие налаженные контакты с украинскими коллегами прерывались, и сотрудники из разных отделов обращались к нему. Проработав много лет в киевском республиканском управлении, полковник считался на Лубянке специалистом по украинским вопросам. И Рощин старался помочь.

В департаменте внешней разведки Украины служило много бывших чекистов из КГБ Союза. После провозглашения самостоятельности республики часть из них переехала в Россию и влилась в ФСБ, часть осталась на Украине. Но где бы не трудились бывшие чекисты, они считали себя единой семьей. Были короткие периоды в отношениях двух стран, когда контрразведчикам приходилось скрывать свои симпатии друг к другу. Но с начала Большой войны и приходом в дом правительства Тимошенко, связи снова начали налаживаться. Общий враг подталкивал два славянских народа к сближению, поскольку это становилось необходимым для их выживания. Переворот, совершенный министром обороны Дыбенко путал карты.

В девять тридцать Рощину позвонил по внутреннему телефону заместитель начальника ФСБ Карелов и просил зайти к нему в десять утра. Полковник понял, что генерала, как и всех остальных работников волнует ситуация в Киеве. Он посмотрел на часы. До визита к начальству оставалось пол часа. На столе Рощина лежало дело о диверсии в Краснодарском Крае. Там смертникам Аль-Каиды удалось проникнуть в военную часть и совершить подрыв. Погиб один офицер и пятнадцать бойцов получили ранения. По данным краснодарских контрразведчиков, нескольким террористам удалось скрыться, и они направилась в сторону Москвы. Рощину предстояло поднять агентурные данные, о местах, где им могут предоставить убежище. Но от работы пришлось оторваться. Секретарь доложил, что из проходной звонит бывший руководитель Службы Безопасности Украины, генерал Лозовой. Рощин поднялся, вытянулся и снял трубку:

– Здравствуйте, Натан Маркович. Какими судьбами?

– Я только приехал и нахожусь внизу вашей конторы. Хотелось бы повидаться. Вы не возражаете?

– Как может полковник возражать генералу. – Пошутил Рощин: – Я очень рад, вас повидать. Но лицезреть первым такое начальство, мне не по рангу. Шеф обидится.

– Генерала я потом навещу. Но начать я бы хотел с вас.

– Сочту за честь. – Ответил Рощин и позвонил в бюро пропусков.

Лазовой выглядел усталым. Бледность и синие круги под глазами говорили о бессонной ночи. Да и костюм, обычно щеголеватого генерала, заметно помялся. Мужчины пожали друг другу руки, и Рощин попросил секретаря подать гостю кофе.

– Если вы с дороги, могу заказать завтрак?

– От бутерброда я бы не оказался. – Улыбнулся генерал. Рощин распорядился и об этом. Усадив гостя в кресло, спросил:

– Плохо дело?

– Очень плохо. Я опасаюсь за жизнь Тимошенко.

– Наш президент уже сделал заявление, осуждающее арест премьер министра.

– Отморозки могут не прислушаться. – Ответил Лазовой: – Это будет трагедия для всего Украинского народа.

– Неужели народ Украины допустит расправу над своим любимым политиком? Я не верю.

– Публично не допустит. Но против свинца народ бессилен, а армия далеко. Но я приехал не за этим.

Секретарь поставил поднос на журнальный столик перед украинским генералом, и удалился.

– Вы сначала закусите, а потом расскажите.

– Я совмещу.

– Тогда я слушаю.

Лазовой быстро расправился с бутербродом и, глотнув кофе, заговорил по-украински:

– В день переворота в Киеве пропали два летчика.

– Вы подозреваете, что они погибли?

– Я боюсь другого. – И Лазовой рассказал о странном поведении полковника Круга и его Штурмана. Поделился своими сомнениями о столь стремительном получении летчиками американской визы: – Командующий ВВС дозвонился до беглецов, но в Киев они не вернулись.

– А вы видели генерала Шмытко? Может быть, ему что-либо известно об этих офицерах?

– К сожалению, Семен Ильич Шмытко во время переворота погиб.

– Как погиб?

– По приказу Дыбенко его застрелили в собственной квартире. И не он один. В моей конторе застрелили Остапа Пантелеевича Гупало. Ах, какой был мужик! Успел меня предупредить, и они его шлепнули.

– Вот подонки. – Не сдержался Рощин. —

– Генералов уже не вернешь. – Ответил Лазовой. Рационально мыслящий контрразведчик пережил для себя эти потери и, не желая тратить время на соболезнования, продолжил свою мысль: – И так, связав визит на Украину трех высокопоставленных военных из Пентагона, к тому же один из них летчик, я предположил следующее: Визитеров из Штатов принимал президент, но там был и Дыбенко. Не исключаю, что этот тип за спиной президента о чем-то договорился с американцами. Допустим, те решили использовать украинских ассов для какого-то специального задания, которое сами американца выполнять не хотят. Если учесть, что у Диг Хана на подходе ядерная бомба, понимаете, о чем я?

Лазовой посмотрел на часы:

– Меня на десять вызывает Карелин. Пошли вместе. Генерал будет раз вас видеть. За одно, поделитесь своими соображениями. Мне кажется, что вопрос не шуточный.

Лазовой улыбнулся и перешел на русский:

– Я тоже с удовольствием пожму руку Геннадию Андреевичу.

Ровно в десять украинский генерал и российский полковник вошли в кабинет заместителя начальника ФСБ. Карелин внимательно выслушал рассказ киевлянина и тут же вызвал начальника соответствующего отдела. Сменив тему, спросил:

– Я ничего не слышал о судьбе президента Украины. Он тоже арестован?

Лазовой усмехнулся: