Крайняя необходимость - Фридрих Незнанский

— Вот как, значит, — вздохнул Архипов. — Жаль, что я не поверил. Надо было сразу у вас попросить документы — не было бы этих неприятностей. — Он осторожно потрогал скулу и глаз.

— Это точно, — подтвердил Гордеев. Он тоже чувствовал себя неблестяще.

Возникла неловкая пауза. Вроде бы они познакомились, пусть таким диким образом, но о чем и, главное, как говорить дальше, никто решить не мог.

Гордеев взял в руки пистолет.

— Значит, для самозащиты? — повторил он слова Архипова, рассматривая «игрушку».

— А то непонятно…

Левый глаз у Архипова стремительно затекал и превращался в щелочку.

— Лед нужно приложить, пока не поздно, — доброжелательно заметил Гордеев.

— Сам знаю, — проворчал фельдшер, кое-как поднялся на ноги и побрел к холодильнику.

— Найдется там попить чего холодного? — крикнул вслед Гордеев.

Через несколько минут Архипов вернулся с пакетом льда, которым прикрыл опухшую часть лица. Гордееву он протянул банку пива.

— В Химках все медики неравнодушны к этому благородному напитку? — хмыкнул Гордеев. — Мне вот и Малышкин предлагал.

— А меня, между прочим, Владимир Анатольевич и научил, — сказал Архипов. — После больших физических нагрузок это только полезно — выпить бутылочку, но желательно не больше. А вы с ним тоже познакомились?

— Познакомились. И он, представь, в меня не стрелял.

— И что он обо мне говорил?

— Говорил: очень жаль, что такой замечательный фельдшер ушел из «Скорой» и занимается черт знает чем. — Ничего подобного, конечно, Малышкин не говорил, но лишним это быть не могло.

— Почему это — черт знает чем?! — обиделся Архипов.

— Вместо того чтобы людей спасать, щенков каких-то разводишь, — пояснил Гордеев.

— Щенков? — Здоровый глаз Архипова смотрел на адвоката с недоумением. — Это я, когда уходил, так сказал. У меня и собаки-то нет.

— Я заметил. Зато у тебя есть пистолет.

Архипов шпильки не заметил.

— Ну не мог я там больше оставаться! И потом, я тоже людям помогаю! — с вызовом добавил он. — По-своему.

— Каким образом?

— Помогаю им защищаться!

— От кого же?

— От всяких мерзавцев.

— А как ты их определяешь? Сначала стреляешь в каждого, кто с тобой заговорит, а потом требуешь, чтобы он доказал, что порядочный человек?

— Идите к черту, — проворчал Архипов, с опаской протянул Гордееву руку и забрал у него пистолет.

— Зачем это тебе? — спросил Гордеев.

— Затем, чтобы со мной не случилось такой же лажи, как с Великановым.

— А эта игрушка тебе, значит, поможет? Заметь, если бы я оказался злоумышленником, для тебя все могло закончиться очень скверно.

— Что вы понимаете?! Это теперь мой бизнес! — с вызовом сказал Архипов, хотя выглядел довольно жалко. — Я на этом деньги зарабатываю.

— То есть как это?

— Я теперь официальный дилер фирмы в нашем городе!

— Поздравляю. Какой фирмы?

— Фирмы-производителя «Па-3». Фирма московская, не наша.

— Ясно. И осчастливила фраеров вроде тебя, — насмешливо сказал Гордеев.

— Да этот пистолет намного эффективнее аэрозольных баллончиков со слезоточивым газом и всяких там электрошокеров!

— Я почувствовал, — заверил Гордеев. Надо бы как-то парня успокоить, подумал он. — А что там внутри?

— Емкость, заполненная раствором олеорезина капсикума…

— Чего?

— Красного перца. Он содержится в веществе, вызывающем резкий болевой шок.

— Впечатляет. Мне Малышкин говорил, что Великанов как-то посоветовал тебе носить с собой баночку с красным перцем.

— Было такое, — подтвердил Архипов. — После того как мне нос сломали. Но «Па-3», конечно, гораздо удобнее. Если нападающий даже успеет прикрыть свои глаза, нос и рот, что маловероятно, то и это никак не защитит его от поражения. Вырубает на десять — двадцать минут.

— Ну конечно, — ухмыльнулся Гордеев.

— Так и есть, гарантирую, у меня был опыт!

— На ком же это, интересно, ты тренировался, на кошках?

— Не скажу. Но остаточных симптомов после этого не наблюдается. Это я вам как медик говорю.

— А, например, разъяренную собаку остановит?

— Запросто остановит. И главное, что он предельно прост в применении и абсолютно бесшумен.

— Хватит рекламы, ладно? Покупать я его не собираюсь — сразу тебе говорю.

— И напрасно, — надулся Архипов. — Цена божеская, всего семьсот пятьдесят рублей. Самое главное, что аэрозольный пистолет не требует регистрации органами внутренних дел.

— Ну да? — засомневался Гордеев.

— На основании статьи тринадцатой Закона РФ «Об оружии».

— На сколько его хватает?

— На десять — пятнадцать «выстрелов». И для владельца абсолютно безопасен! Аэрозоль мало испаряется и при направленном выстреле остается только на коже нападающего, не воздействуя на обороняющегося. Даже в случае самого опасного развития событий — захвата вас рукой сзади — можно применить «Па-3» без ущерба для себя, что невозможно ни с одним другим видом оборонительного оружия. Это касается и использования его в любом замкнутом пространстве: лифте, автомобиле, подземном переходе и так далее.

— Убить им можно? Если только не колотить рукояткой по голове?

— Абсолютно невозможно: избыток действующего вещества просто стечет с вашего тела.

— Спасибо, успокоил.

— Могу также предложить кобуру. Для вас сделаю скидку, всего девяносто рублей.

— Слушай, заткнись, а? — попросил Гордеев. — Не стану я его покупать, сказал уже.

Архипов немного обиделся. Сказал через силу:

— Так что вам надо?

— Я насчет Великанова пришел, помнишь хоть еще?

— Помню. Только я вам все уже сказал.

— Что ты мне сказал? — удивился Гордеев. — Я же еще ничего не спрашивал.

— Насчет перца. Насчет пистолета. И вообще.

— Насчет пистолета? — осторожно спросил Гордеев. — Насчет его пистолета?

— Ага.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, — после паузы ответил бывший фельдшер, а ныне коммивояжер, — я думаю, Сергей Сергеевич Великанов приобрел себе пистолет Макарова, рассчитывая отпугнуть уродов. Он же не киллер, в самом деле. Кто же знал, как все обернется…

— Я тебя правильно понял, Александр? Пистолет Макарова?