Непревзойденные - Александр Тамоников

Коновалов улыбнулся.

– Ну что ты со мной, как с ребенком, командир?

– Дело, Юра, мутное. До того как действовать, необходимо максимально прояснить обстановку.

– Прорвемся! Мы сделаем этот «Ягуар»!

– Сделать-то сделаем. Вопрос в том, какой ценой. Поэтому любой неоправданный риск исключить. Особенно при переходе границы.

– Так нас же проводник поведет.

– Кто знает, что это за тип.

– Не нравится мне твое настроение, Валера.

– Оно мне самому не нравится.

– Жене позвони.

– Черт, совсем забыл. Ты прав, надо предупредить Галину о командировке. Вот она обрадуется!..

– Еще не привыкла?

– К этому невозможно привыкнуть.

– Наверное, ты прав. Ладно, вот и КПП. Давай, майор. Свяжемся.

– До связи, Юра! Удачи вам!

– И вам того же.

Коновалов, Озбек и Грачев сели в салон микроавтобуса с тонированными окнами. Тот развернулся, двинулся к поселку Колитвино и в 17.10 въехал на территорию подмосковного военного аэродрома. Водитель, видно, был проинструктирован, потому что, не останавливаясь, подвел «Газель» к погрузочно-разгрузочной площадке. Там, раскрыв «хвост», грузился какими-то контейнерами «Ил-76», принадлежащий МЧС.

Офицеры вышли из автобуса, и «Газель» тут же ушла к штабу летной части.

К ним подошел от самолета полковник Трепанов и спросил:

– Как настроение, бойцы?

– Отличное, товарищ полковник, – ответил Грачев.

– У тебя оно всегда отличное, особенно если удается заглянуть в ночной клуб или кафе. Так?

– Так точно.

– Молодец. А теперь информация, которая поступила из СВР буквально за час до моего отъезда сюда. Разведчики сообщили, что в ночь с десятого на одиннадцатое июня в Филадельфии пропала без вести жена полковника Фостера.

– Сбежала, поди? – усмехнулся Грачев.

– Нет, Андрюша. Миссис Фостер была убита вместе со своим любовником в пригороде Филадельфии. Их трупы случайно найдены при вырубке рощи.

– Кто же замочил жену Фостера и ее любовника? – спросил Грачев.

– Сам полковник. По крайней мере, выстрелы были произведены из его наградного пистолета.

– А что делал Фостер в Филадельфии?

– Находился в отпуске, но одиннадцатого числа прервал его и срочно вылетел в Ирак.

– Но тогда его должны были арестовать и отправить обратно в США.

– ФБР прикрыло полковника. Следствие прекратили. Кстати, не без участия известного генерала Коулмана, имеющего в Штатах обширные связи.

Коновалов спросил:

– Как это убийство связано с нашей задачей?

– Да вроде никак, но СВР получила достоверную информацию о том, что ни ЦРУ, ни Пентагон никаких диверсий на территории Ирана в ближайшее время не планируют.

– А Израиль?

– Тем более. Он без США ничего не делает.

– Так, значит, операцию по пуску ракет с территории Ирана спланировал Коулман?

– Одному ему это тоже не по зубам. Скорее всего, игру начала третья, неизвестная нам сила, которая поставила на Коулмана. А что это значит? Обстановка усложняется. В плане обеспечения отряда «Z» нужной и достоверной информацией по планам «Ягуара» рассчитывать на помощь разведки не приходится. Да и бойцам этого отряда, уже списанного со счетов, вернуться на родину вряд ли суждено.

– Что вы имеете в виду?

– А ты не понял? Кому они нужны после выполнения задания? Коулману? Может, Вашингтону, который торжественно похоронил одно из лучших подразделений своего спецназа? Провокация достигнет цели только в том случае, если в живых не останется ни одного участника операции.

– Коулман планирует уничтожить «Ягуар» прямо в Иране? – задал вопрос Грачев.

Трепанов посмотрел на старшего лейтенанта и ответил:

– Неужели люди Коулмана положат бойцов Фостера прямо у позиции, чтобы Тегеран продемонстрировал трупы всему миру? Вот, мол, кто пытался втянуть США, Израиль и Иран в бойню, которая может перейти в ядерную войну. Ты подумал, что спросил? Нет, парни, если «Ягуар» и уберут, то руками верных Коулману людей и в Ираке. Затем Коулман лично зачистит ликвидаторов.

– Ох уж эти непонятки. Так, не так, скорее всего, наверное… – проговорил Грачев.

– Как прикажете воевать в таких условиях?

– Ваша задача определена. Генерал Белоногов поручил мне довести до вас эту информацию, чтобы вы, подойдя к «Ягуару», были предельно осторожны и лучше отошли, если вдруг что-то пойдет не так. Мы и без вас в состоянии вести отряд Фостера.

– Так дайте отбой, и мы вернемся на базу, – улыбнулся Грачев.

– Я бы тебя, Грач, совсем уволил.

– За что?

– За лишние разговоры.

– За это не увольняют.

– Хватит болтать. Коновалов, ты меня понял? – обратился Трепанов к командиру разведывательной группы.

– Понял, товарищ полковник.

– Ну, тогда удачи вам, ребята. Пора подниматься на борт!

Он пожал всем руки, а Грачеву сказал:

– Долго тебе, Андрюша, придется в старлеях ходить.

– Ничего, переживу.

Полковник похлопал его по плечу.

– До связи!

Офицеры разведгруппы отряда «Z» поднялись на борт. Пилоты закрыли рампу, подняли трап. Десантный самолет взревел четырьмя реактивными двигателями и начал выруливать на взлетно-посадочную полосу. Вскоре рев двигателей превратился в грохот, и многотонная махина понеслась по бетонке. Она оторвалась от земли, резко набрала высоту с одновременным разворотом влево и ушла в низкие дождевые облака.

Трепанов проводил «Ил-76», прикурил сигарету и подумал: «Нелегко вам, ребята, придется на Востоке. На этот раз гораздо труднее, чем раньше. Дай вам господь вернуться».

Тихо подкатила «Волга».

Водитель вышел из машины и спросил:

– Мы едем, товарищ полковник?

– Да! – ответил Трепанов и выбросил сигарету, не выкуренную и наполовину.

– Домой?

– Нет, Костя, в штаб! Теперь он наш дом. Впрочем, тебя это не касается!

Ирак, пятница, 21 сентября

На перелет без промежуточной посадки ушло почти восемь часов. В 1 час 50 минут по местному времени «Ил-76» плавно приземлился в аэропорту Багдада. Экипаж вывел лайнер на дальнюю площадку, где борт уже ждали солдаты правительственных войск.

В стороне у ангара стояла черная «Ауди». Коновалов, Озбек и Грачев одними из первых спустились по трапу, осмотрелись. К ним подъехала та самая «Ауди» с дипломатическими номерами.