На всякого блатного найдется пуля - Кирилл Казанцев

Отложив газеты, Степан занялся изготовлением взрывчатки из подручных средств, которые Клавдия Петровна приобрела в обычном хозяйственном магазине. Сначала он занялся приготовлением инициирующего взрывчатого вещества для детонатора. Достал из сумки бутылки с ацетоном, перетянутые резинкой для денег упаковки перекиси водорода и стеклянную банку с концентрированной серной кислотой. Ее Клавдия Ивановна достала на зарядной станции мясокомбината, расположенного неподалеку, выменяла на две бутылки водки. Степан посмотрел серную кислоту на свет – бесцветная, без механических примесей маслянистая тяжелая жидкость, как положено быть серной кислоте. По ГОСТу аккумуляторная кислота должна была содержать не более шестидесяти процентов воды, но в его случае хватало и пятидесятипроцентного раствора. Чтобы проверить чистоту исходных веществ, он налил в кофейную чашку чайную ложку кислоты, бросил таблетку перекиси водорода, размешал и капнул ацетон. Смесь не затрещала и не изменила цвет. По-хорошему, следовало выждать еще несколько часов и посмотреть, выпадет ли белый осадок, но у Степана на это просто не было времени.

Он достал из холодильника заготовленные заранее кубики льда, высыпал их в раковину, поставил в лед эмалированную кастрюлю, вылил в нее серную кислоту, высыпал и растворил в ней весь запас перекиси водорода, а затем аккуратно стал вливать в смесь ацетон. Вскоре в квартире пахло, как в химической лаборатории. Когда в кастрюле закончилась реакция, он открыл окна, чтобы проветрить помещение, а затем вылил смесь в таз с холодной водой. Из простыни приготовил фильтр и процедил через него содержимое таза. На ткани осталось достаточное количество белого порошка – диперекиси ацетона. Скрутив тряпку, он подставил ее под струю холодной воды и долго промывал в раковине. Потом попробовал порошок на вкус и еще немного пополоскал. Лишь попробовав в четвертый раз, он удовлетворился результатом, скрутил тряпку, выжал оставшуюся воду и разложил порошок на кухонном столе равномерным слоем для просушки, а сам занялся приготовлением бризантного взрывчатого вещества. На это пошли удобрения, стиральный порошок, активированный уголь, бутылка солярки и алюминиевая пудра. Последняя обычно использовалась в быту для окраски столбов освещения. Этот компонент было труднее всего достать, но помог все тот же зарядчик с мясокомбината. Пришлось Клавдии Петровне покупать ему еще и закуску.

В результате у Степана получился прекрасный аммонал. Он, конечно, здорово попотел, прессуя измельченную смесь, но его усилия были вознаграждены: через два часа мучений на тумбочке лежали три цилиндра диаметром двадцать сантиметров и высотой сантиметров десять. В центре дрелью он сделал каналы для детонаторов. После передохнул и принялся за сами детонаторы. Изготовил из бумаги восемь цилиндров, три из которых были по размеру канала. Затем проверил, насколько хорошо высох порошок, смел его со стола в кастрюлю и, расплавив на водяной бане, заполнил цилиндры. В качестве воспламенителей он решил использовать электрический разряд от будильников, пропущенный через спираль разбитой низковольтной лампочки.

Закончился весь процесс лишь поздно вечером. У него было три взрывных устройства, четыре дымовые шашки и одна шашка из остатков диперекиси ацетона с химическим запалом. Плюс ко всему – пять маленьких зарядов направленного действия.

* * *

Крюков Сергей Яковлевич – вор-рецидивист и убийца – имел вполне безобидную внешность. Никогда и не скажешь, что такой способен на что-нибудь худое. Невысокий, немного сутулый, за пятьдесят, с доброжелательной улыбкой, седыми короткими волосами и проницательными серыми глазами. Одет просто, но аккуратно. Рубашка с короткими рукавами, серые брюки, начищенные туфли. С папкой под мышкой он смотрелся как госслужащий или школьный учитель. Это было важно для выполняемого задания. День клонился к вечеру. Диск солнца закатился за массивное здание Дворца культуры, видневшееся из-за деревьев. Крюков решил, что это будет последний двор, который он посетит сегодня. У него с собой был список адресов людей, к которым можно обратиться в районе, чтобы получить консультации. Развернув список, он не нашел ни одного, кто проживал бы в окружавших его домах. Оглядевшись, он направился к лавочке напротив ближайшего подъезда, где обосновались четыре старухи. Они оживленно о чем-то спорили.

– Здравствуйте, красавицы, – с доброжелательной улыбкой поздоровался он.

– Здравствуйте, здравствуйте. Вы случайно не телемастер? – ответила одна из старух.

– Нет, я из милиции, – соврал Крюков и быстро показал старухам фальшивое удостоверение.

– Ой, а у нас уже сегодня были из милиции. Маньяка искали, – ответила ее товарка.

– Так вы слышали про маньяка, – кивнул Крюков и показал фотографию Асколова: – Вот этого здесь не видели?

– Нет, не видели, – наперебой забубнили старухи. – Если бы видели, то давно бы уже награду пошли получать! Нет… Даже близко никого похожего… Только милиционеры целый день шастают туда-сюда. Два раза участковый заезжал. Все время милицейские машины.

– Да, да, – поддакивал им Крюков, стреляя глазами по сторонам, – а новых во дворе не появилось? Может, кто квартиру снимает?

– Да вот у Клавдии снимали два нерусских, но их арестовали, – вспомнила одна из старух.

– Арестовали и квартиру опечатали, – добавила другая.

– И больше никого? – уточнил Крюков.

– Никого. Мы бы сразу заметили, – снова загалдели старухи. – Да у нас тут уже милиция все вверх дном перевернула. Даже алкаши больше по вечерам не собираются.

– Ладно, ладно, – Крюков поднял руки, призывая к тишине. – Вспомните, пожалуйста, еще такой момент: не было ли в вашем дворе чего необычного за последнюю неделю? Ну, того, что бросилось вам в глаза. Может, кто из соседей странно себя ведет…

Оказалось, что во дворе почти все странно вели себя. Через полчаса Крюков почувствовал, как у него раскалывается голова от небывалого потока информации, который обрушили на него сплетницы. Теперь он знал по кличкам собак и кошек во дворе, кто кому принадлежит и кто куда гадит. Знал также, кто с кем спит или намеревается спать. Знал обо всех скандалах, драках, членовредительстве и мародерстве. Единственное, чего он не знал, так это того, что действительно относилось к делу.

– Ладно, бабоньки, мне пора, было приятно пообщаться, – сказал он, поднимаясь с лавки, – надо отчет писать.

– Так мы еще не все рассказали, – схватила его за рукав самая информированная бабка. – Федулов из сороковой квартиры самогон гонит.

– Хороший? – криво усмехнулся он, разминая сигарету.

– Хороший, – подтвердила бабка и, опомнившись, быстро поправилась: – Я сама не пробовала, но все говорят, что хороший.

К подъезду плавно подкатила «Волга» с шашечками. Из такси вышла старушка, вытащила с заднего сиденья гигантские пакеты с продуктами и поволокла их к подъезду.

– Здравствуйте, Клавдия Петровна, – хором поздоровались с ней старухи с лавочки.

Крюков, как истинный джентльмен, бросился старухе на помощь: