Московская бойня - Альберт Байкалов

– Взять живыми собрались? – догадался генерал.

– Именно, – подтвердил Антон. – По крайней мере часть из нас. У боевиков численное превосходство и выгодные позиции. Огонь ведут с высот. Мы как на ладони. Нужна поддержка с воздуха, по-другому нам район не покинуть.

– Не паникуй. – Генерал кашлянул.

Антон разозлился. Разве он давал генералу повод так подумать?

– Я не паникую! – В этот момент пуля ударилась в выступающий из земли валун. Антон хмыкнул и прищурился от брызнувшей по щеке каменной крошки.

– Ты живой?! – с тревогой спросил Родимов.

– Так точно, – выдавил Антон, протирая глаза. – Пристрелялись, сволочи.

Он перебежал обратно на свое прежнее место. Едва оказался в яме, как грохнула граната. Антон поднял взгляд. Облако черного дыма и клубы пыли, цепляясь за ветки кустов и деревьев, медленно поднималось вверх, одновременно становясь все больше и прозрачнее. По склону с шумом катились камни.

– Туман! – позвал Антон.

– Все нормально, – догадавшись, что беспокоит командира, отозвался майор. – Оба целы.

В тот же момент Антон увидел, как Туман, прикрываемый Стропой, перебежал к дереву, росшему чуть ниже их позиций. Почти сразу к тому месту, которое они покинули, устремились двое боевиков. Антон поймал на прицел левого и надавил на спуск. Снова одновременно с ним выстрелил Дрон.

Бандит, в которого целился Антон, упал на спину, проехал еще так по склону несколько метров и замер. Второй сначала встал, словно налетел на невидимую стену, развернулся вокруг своей оси, присел и выронил автомат. Еще мгновение – и он покатился вниз. Однако через несколько метров умудрился зацепиться за ствол небольшого дерева и снова поднялся на ноги, но не удержался, сделал гигантский шаг в направлении уже устроившегося в небольшой вымоине Стропы и кубарем полетел по склону. Возможно, он так бы и катился до самого низа, если бы не Стропа. Чеченец отложил автомат и схватил несчастного за разгрузочный жилет. В наушнике переговорного, перекрывая все голоса, раздался хрип человека. Антон понял, что Стропа едва сам не улетел вслед за бандитом, и ему стоило больших усилий удержать его. Он втащил его в вымоину, положил на спину и выглянул вверх. Стрельба немного утихла. Стропа снова склонился над бандитом. Антон слышал, как он что-то говорит на чеченском языке. Было понятно, старший лейтенант пытается привести бандита в чувство.

Сзади снова усилилась стрельба.

В этот момент заработал спутниковый телефон.

Продолжая наблюдать за Стропой, Антон торопливо прижал трубку к уху:

– Слушаю, Филин.

– Ну, как у тебя?

– Не пойму я их. – Антон вытер рукой нос. – Точно вытеснить к дороге хотят.

– Держись, – процедил сквозь зубы генерал. – Готовься встретить звено вертолетов. С авианаводчиком определись. Место, чтобы принять борт есть?

– Место есть, но простреливается. – Антон окинул взглядом полянку, потом поднял взгляд на склон хребта, с которого их поливали свинцом.

– Обозначишь дымами, – приказал генерал. – Сам полечу. Прорвемся!

– Командир! – раздался голос Стропы, едва Антон убрал трубку. – Я раненого допросил. Говорит, все, кто здесь есть, утром ушли из лагеря и заняли позиции на склонах гор. Их старший сказал, будто русские собираются бомбить это место. Потом узнали, что мы идем. Решили устроить засаду. Нас хотят выгнать к дороге. Там основная часть отряда. Мы им живые нужны.

– Понял. Всем повторяю, «откат» к поляне. Имитируем отход в направлении дороги.

Другого выхода Антон не видел. Только таким образом он надеялся протянуть время до подлета вертолетов.

* * *

Дэви крался по сумрачному лесу и не мог понять, что произошло. Куда исчез Садо, машина и водитель? Стояла странная, пугающая тишина. Он даже не слышал звука собственных шагов. Дэви приехал в Грузию в разгар лета, а здесь почему-то на деревьях нет ни одного листочка. Черные, мертвые ветви воткнулись в серое небо. Неужели он в горах? Как он здесь оказался? Они ехали в лагерь. Это Дэви помнил четко. Тогда все правильно. Но где люди? Его охватил ужас. Быстро надвигалась темнота. Но было в ней что-то зловещее и живое. Поднимаясь по склону, он пошел быстрее. Неожиданно все кончилось, и Дэви оказался на краю пропасти. Нет, пропастью это назвать нельзя. Не видно противоположной стороны. Место, где он стоял, больше напоминало край земли или даже всей жизни. Он глянул вниз и обомлел. Леденящий холод заполнил изнутри все тело, перехватил дыхание, а на затылке зашевелились волосы. С огромной высоты, сквозь клочья серых облаков, на него смотрела живая чернота бездны. Как он мог забраться так высоко? Сзади раздался скрип. Дэви обернулся.

– Прыгай! – невесть откуда взявшийся рослый мужчина в камуфлированной форме направил на него автомат Калашникова. Лица не было видно. Вместо него пустота. Неожиданно Дэви понял, что незнакомец не стоит на земле, а находится в воздухе при этом ног его попросту не видно. Новый приступ неописуемого ужаса парализовал Дэви. Он словно обледенел, превратившись в изваяние.

– Нет! – Дэви хотел закричать, но почти не услышал своего голоса. – Не надо!

В это время человек приблизился к нему и, обдав могильным холодом, толкнул в грудь.

Дэви открыл глаза. Машину трясло и подбрасывало на выступающих из земли ухабах. Наполовину засыпанная камнями грунтовка петляла между двумя скалами, на которых местами можно было видеть островки травы и чудом зацепившиеся корнями кустики. Они уже ехали под уклон. Уши то и дело закладывало.

– Что, сон плохой приснился? – участливо спросил сидевший позади Садо.

– Почему спрашиваешь? – Дэви вытер ладонью со лба пот, потер лицо.

– Стонал, – пожал плечами Садо.

Рослый угрюмый чеченец ездил проведать семью, которую перевезли в Тбилиси с севера Грузии. Там, в глухом горном селении, вместе с такими же беженцами, жили с конца девяностых его жена Нанаш и трое сыновей. Такой привилегии, кроме него, удостоился еще и Алибек. Невысокий, с круглым лицом и окладистой бородой боевик возглавлял вторую группу отряда. Сейчас он в лагере. Остался за двоих. Едва «Хаммер», выделенный в распоряжение Дэви, выехал за Пшавели и начал подъем в горы, как Алибек вышел на связь и сообщил, что удаленные посты охранения обнаружили выдвигающуюся к лагерю группу спецназа в количестве десяти человек. Они вышли прямо на один из секретов и обстреляли его. Находящийся там моджахед сымитировал, будто его застали врасплох и ранили. Оставил старый ботинок и куртку. Уходя в направлении лагеря, разбрызгал из прихваченной пластиковой бутылки баранью кровь. Это должно было замедлить продвижение русских. Теперь они будут вынуждены идти осторожнее. Ведь обессилевший человек мог притаиться и встретить огнем. Кроме того, русские теперь уверены, что об их появлении уже знают и есть угроза внезапной встречи с боевиками. Так оставшийся сразу за двоих Алибек надеялся протянуть время до сумерек, когда применение авиации станет невозможным.