Последняя капля терпения - Кирилл Казанцев

Одного за другим бойцы приводили сотрудников склада. Их набралось десять человек. Ни у кого из них не нашли оружия.

Из-за погрузчика вышел мужчина в комбинезоне; на груди у него поблескивал пластиком фирменный бейдж, руки он держал приподнятыми, пальцы правой растопырил, в левой сжимал мобильник.

– Я заведующий этим складом, – срывающимся от волнения голосом сообщил он, – это я звонил в милицию. Хорошо, что вы приехали. Тут у нас такое творится...

Командир спецназа перевел взгляд с заведующего складом на стреляные гильзы, раскатившиеся по бетонному полу: часть из них была смята, сплющена проехавшимся по ним грузовиком, – затем сдержанно кивнул.

– Говорите, и сразу по существу.

– Если можно, отойдем в сторону, – прошептал парализованный страхом завскладом. – Я боюсь.

* * *

Андрей Ларин вышел к хозяйственным воротам усадьбы. На небе уже поблескивали звезды, над горизонтом поднималась немного ущербная луна. Ее мертвенный свет ртутью заливал выложенные декоративной плиткой дорожки. Серебром отливал стянутый рябью пруд. В кронах деревьев старинного парка слышался ветер, но газона он почти не достигал. Чудесный теплый вечер, можно гулять и любоваться красотами – если, конечно, не считать того, что творилось вокруг.

Сторожка у въезда и площадка возле нее были ярко освещены. Еще издалека Ларин увидел Машу. Она, одетая в потертые джинсы и толстый свитер, сидела в одиночестве на лавочке под навесом. Тут было место, где охране разрешалось курить. Нога закинута за ногу, руки скрещены на груди. Вид взъерошенный и предельно независимый. Длинные волосы стянуты в хвост. Молодая женщина всматривалась в темноту, пытаясь разглядеть, кто приближается к ней, но из-за яркого освещения не могла этого сделать. Неподалеку от нее расположились два здоровенных ротвейлера. Псы вели себя вполне смирно, но стоило Маше пошевелиться, как они тут же оскаливали клыки. Словно предупреждали: «Сиди и жди, вставать не рискуй».

Навстречу Ларину вышел охранник, поздоровался за руку, что было хорошим знаком. Стало понятно, что Глотов уже отдал распоряжение насчет Андрея.

– Давно тебя ждет. Я ей, как мог, объяснял. Ты уж извини, я, как и ты, человек подневольный. Упертая она у тебя, все в милицию порывалась звонить. – Охранник вложил Ларину в ладонь женский мобильник. – Держи. Честно говоря, не хочу к ней теперь подходить. Такого уже наслушался!.. Вот и псов по полной программе обложила. Если бы они только человеческий язык понимали...

– Некоторые понимают. Проехали. Теперь уже без обид. Мы же свои люди. В одной команде, – Андрей шагнул на свет.

Псы при виде смотрителя псарни тут же оживились, хотя, как всякие хорошо дрессированные собаки, мест, которые им указали, не покинули. Продолжили нести службу, ожидая команды. Маша сидела, с опаской поглядывая на своих четвероногих охранников. Ее явно удивляло то, что Андрея они не трогают, а даже выказывают к нему некое подобие дружелюбия.

– Свои, – коротко отдал Андрей псам стандартную команду и подошел к фиктивной жене, – теперь они тебя не тронут. Извини, что заставил волноваться, дорогая, работа такая. Теперь уже все хорошо.

Последние фразы адресовались охраннику, чтобы усыпить его бдительность. Маша поднялась и порывисто обняла Андрея, прижалась к нему.

– Я так волновалась. Готова была их всех из-за тебя на части порвать. Бросай эту чертову работу. Не стоит она тех денег! И моих нервов.

Охранник продолжал маячить рядом.

– Успокойся, все уже хорошо, – подыграл Ларин.

– Пошли их всех подальше! Почему они тебя сразу ко мне не пустили?

На мгновение Ларину даже показалось, что обняла она его, прижалась к груди и говорила предельно искренне, но тут же послышался тихий и вполне деловой шепот:

– Надо переговорить наедине. Моя машина за воротами.

Ларин провел ладонью по волосам женщины, выглянул из-за ее плеча.

– Мы выйдем за территорию, – сказал он охраннику, – к машине.

Тот пожал плечами – мол, понятное дело. Хоть и нарушение, но небольшое. В конце концов, вся сегодняшняя ситуация со смотрителем псарни – сплошное ЧП. Охраннику и самому не хотелось бы объясняться с женой при посторонних. Мужская солидарность сработала. Щелкнул электрический замок. Андрей с Машей вышли за ворота. Женщина открыла дверцу машины:

– Сядем сзади, здесь не так светло.

– Ты слишком осторожничаешь. Я теперь у Глотова на особом счету.

– Не сомневаюсь. Чуть все не завалил.

– Ты не поняла. Я у него с сегодняшнего дня на хорошем счету.

Мужчина и женщина устроились на заднем сиденье автомобиля. Теперь крыша отбрасывала на их лица глубокую тень.

– Здесь будет лучше. Всякие найдутся спецы, – вздохнула Мария. – Я сама умею читать слова на расстоянии по одним движениям губ. Дугин хотел знать твою версию произошедшего. Я слушаю.

Андрей по свежим следам восстановил картину событий с того момента, как обнаружил сканер эфира в мусорном контейнере.

– Склад уже проверили? – окончив, сразу же с нетерпением спросил он.

– Еще проверяют. – Женщина смотрела в лобовое стекло.

Невдалеке на пригорке сияла подсветкой старинная усадьба. Бельведер был подсвечен насыщенным лиловым светом, стены, украшенные лепниной, заливал желтый, а строгие классические колонны и портик выхватывал из сумрака пронзительно белый. По углам здания застыли аллегорические скульптуры.

– Думаю, улов оказался богатым. Только как-то ты скучно выглядишь для этого.

– Во-первых, ошибаешься, во-вторых, я всегда скучная, – задумчиво произнесла Маша. – Или ты не так интерпретировал события, или мы опоздали. Ничего, на что Дугин рассчитывал, найдено не было. Полтора десятка нелегалов, работающих без регистрации, – так это в любой подобной фирме найдется. Ну, еще стреляные гильзы. Все подобрать они не успели. Но гильзы укладываются в версию вооруженного нападения на склад, о которой было официально заявлено. Если там что и было, все успели вывезти. Короче говоря, твоя версия о том, что на складе существует база террористов, официального подтверждения не получила. Ее придется похоронить для общественности и следствия. Во всяком случае, пока.

– Жаль. Я делал то, что мог и должен был сделать.

– Дугин так не считает. У тебя другая задача.

– Со стороны говорить легко. А мне что, следовало сидеть сложа руки? Откуда я мог заранее знать, чем все обернется? Моя задача – собирать информацию, вот я и собирал.

– С автоматом в руках, прыгая с одного контейнера на другой?

Ларин провел рукой по щеке, под пальцами затрещала короткая щетина.

– Вот же, черт, – пробормотал он. – Когда много нервничаю, борода растет словно на дрожжах. Придется бриться два раза на дню. Наверное, выгляжу как последний бомж.