Бой после победы - Александр Тамоников

Шамиль задумался. Выдержав паузу, проговорил:

— Это что получается? Сначала федералы проводят какие-то странные маневры, но явно связанные с обеспечением прикрытия колонны. Точнее, с нанесением ответного удара, если их автомобильное подразделение подвергнется атаке на марше. Затем пускают колонну, не усиливая ее охранения. Мы ее пропускаем. А русские, вместо того чтобы успокоиться, сами планируют и проводят контроперацию. Причем прекрасно зная, где организована наша засада! Все это время Крот уверял меня, что на базе порядок. Так как командир части, которому предназначался груз, просчитал засаду? Это не в его компетенции. Да и не нужны ему лишние проблемы, своих хватает. Но он организует контракцию и уничтожает наш отряд! Получается бред какой-то. Считаю, засаду сдал Крот! Возможно, он раскрыт и начал работать против нас. Как думаешь, Мурза?

Башаев покорно ответил:

— Я полностью согласен с вами, босс!

— Еще бы! Ладно! Идите с Капралом в селение Урус. Остановитесь в роще, не доходя до села. Там ночью вас подберет джип и доставит ко мне. Где и поговорим о провале операции более детально. Вопросы?

Мурза торопливо проговорил:

— Нет вопросов, Шамиль!

— Тогда жду вас у себя. И подготовьте подробный доклад о своих действиях во время операции. Действиях каждого бойца, да примет Аллах их мятежные души!

— Ясно, босс!

Мурза отключил аппарат и протер вдруг взмокшую физиономию:

— Уф! Тяжелый человек Шамиль. Даже на расстоянии чувствуешь это! Тяжелый и скорый на расправу. Но в нашем случае он, видимо, принял вариант провала Крота, а следовательно, против нас ничего не предпримет.

Капрал проговорил, жуя травинку:

— Я же говорил, лучше заранее обо всем предупредить Шамиля. Теперь ты и сам убедился в этом.

Мурза подтвердил:

— Да, убедился! Но хватит валяться, нам до вечера надо пройти пятнадцать километров и выйти в рощу у Уруса.

Капрал спросил:

— А как насчет обеда? Ты не прихватил с собой ранец?

— Как и ты, Капрал! Нашу тушенку с удовольствием пожирают вечно голодные русские солдаты. Придется терпеть! Благо, воды здесь в ручьях много. А вода — это жизнь. Пошли!

Наемник подчинился. Встал, поправил обмундирование, автомат, свисающий с плеча.

Башаев сориентировался по карте, указал рукой на юго-восток:

— Нам туда. Прямо по курсу, затем отклонимся на юг и выйдем как раз в рощу, не рисуясь в селении. Хоть оно и подконтрольно Шамилю, однако черт его знает, что за обстановка в нем сейчас. Последнее время от нас все больше отворачивается местное население. Надо усилить работу. Усилить меры устрашения. Возвратить на Кавказ страх!

Капрал кивнул:

— Кто бы спорил, Мурза! Решать вам, аборигенам. А мы, наемники, за деньги для вас все, что угодно! При обеспечении определенных условий, конечно!

Мурза прервал помощника:

— Замолчи. Не трать силы, они пригодятся на марше. Вперед!

К роще у Уруса Мурза с Ранеком вышли к полуночи. Путь выдался сложным. Маршрут в двух местах перекрывался камнепадами, приходилось искать обход. В роще их уже ждал джип и два человека из непосредственной охраны Шамиля. Поприветствовав друг друга, бандиты сели во внедорожник, и водитель тронулся в путь, уводя джип выше в горы по лесному, кажущемуся бесконечным массиву. Ехали они около часа. В 1.05 свет фар выхватил лесной лагерь, оборудованный основательно и надолго. Вокруг него были вырыты блиндажи — долговременные огневые точки. Посередине также блиндаж, по размерам больше остальных. Накрытые сетью капониры скрывали в себе автомобильную технику, два «ГАЗ-66» и тройку «УАЗ-06». Для джипа укрытия предусмотрено не было. Шамиль наведывался сюда редко, только при проведении встреч с другими чеченскими полевыми командирами или забугорными эмиссарами. Здесь же планировались кровавые акции и проходили подготовку их непосредственные исполнители. В общей сложности лагерь насчитывал около двухсот боевиков. В нем имелся источник воды, боевиков неплохо снабжали продуктами питания. Был и немалый арсенал вооружения и боеприпасов, а схема устройства лагеря превращала его в превосходно укрепленный полевой опорный пункт, способный длительное время вести круговую оборону. Имел лагерь и два подземных хода, выходящих к склону ближайшего перевала, но о них знали всего несколько человек, в том числе и комендант базы Байзед, доверенное лицо Шамиля. Эти ходы предназначались для эвакуации самого босса и приближенных ему людей, попади они в лагерь, когда тот подвергнется штурму противника. Что, по мнению Шамиля, являлось маловероятным, но все же теоретически допустимым вариантом. А Шамиль собственную безопасность ставил превыше всего, поэтому и приказал оборудовать лагерь подземными ходами.

На въезде джип остановил наряд караула. Проверив автомобиль, пропустили его на территорию лагеря. Водитель подвел внедорожник к такому же джипу, стоявшему под временным маскировочным навесом у большого блиндажа. Старший машины объявил:

— Приехали! Выходите, господа Мурза и Ранек, и следуйте в укрытие. Вас там ждут и встретят!

Башаев и наемник покинули салон джипа, прошли к охранникам, стоявшим возле земляной лестницы, ведущей в окоп, где находился вход в блиндаж. Боевики Шамиля взглянули на «гостей», один из них указал рукой на окоп, как бы приглашая в блиндаж.

В бетонном бункере боевиков встретил комендант лагеря:

— Салам, Мурза! Салам, Капрал!

— Салам, Байзед! Прибыли, как было приказано!

Комендант обратился к наемнику:

— Ты, Капрал, можешь идти отдыхать, люди охраны укажут место, а ты, Мурза, — Байзед повернулся к Башаеву, — следуй за мной. Босс ждет тебя!

Наемник облегченно вздохнул, встречаться с грозным Шамилем у чеха не было никакого желания, и, повернувшись, вышел из укрытия.

Башаев спросил коменданта:

— Как настроение босса?

Байзед пожал плечами:

— Его настроение меняется, как погода в горах. Но сегодня он вроде спокоен. Думаю, тебе нечего опасаться!

Мурза вздохнул:

— Хорошо бы так! Проклятые русские…

Байзед не дал ему договорить:

— Об этом поговоришь с боссом! Идем!

Комендант открыл дверь, бандиты вошли в бетонный коридор и только из него вошли в просторную комнату, обставленную в армейском стиле. Посередине помещения стол совещания, во главе его рабочее место босса. Рядом топчан. Ничего лишнего.

Шамиль сидел в кресле.

Мурза доложил:

— Босс! Ты позвал, я прибыл! Ассалом аллейкум, Шамиль!

Руководитель всех бандформирований южного направления ответил вполне миролюбиво:

— Ва аллейкум ассолом, Мурза! Проходи, присаживайся поближе, разговор нам предстоит длинный. Байзед! — обратился он к коменданту. — Приготовь чаю!