Игры шайтана - Александр Тамоников

Милиция этого не сделает! В лучшем случае, поймает исполнителей. Потом заказчики убийства откупят их, и они будут жить! Этого допустить нельзя! Нельзя допустить, чтобы ВЫСШАЯ СПРАВЕДЛИВОСТЬ не восторжествовала!

Но кто может ей помочь? Кто согласится стать мстителем?

Здесь, в городе, ни у Коли, ни у нее нет близких друзей. Готовых ради них на все! Даже однополчан Николая. Однополчан? Вадим Полуянов. Как же она сразу о нем не подумала, сейчас Вадим служит в Москве.

Когда-то, в Афганистане, Коля спас жизнь Вадиму. Они рассказывали об этом, как только вернулись «из-за речки». Вадим тогда поклялся помочь Николаю, если появится такая необходимость, достаточно будет только найти его, Вадима. И он сделает для друга все, что в его силах. Помнит ли Полуянов свою клятву? У нее на работе, в шкафчике на верхней полочке, лежит фотография, на которой брат и Вадим стоят, обнявшись, на фоне боевой машины пехоты. На обратной стороне записаны московские телефоны Полуянова. Интересно, женился ли Вадим? Когда Коля разговаривал с ним в последний раз, в прошлом году, он был еще холост. Говорил, что еще не нашел такую, как его сестра! Но она, мол, недоступна, как Кремль. А жаль! Это были слова Вадима. Лиля не скрывала, что друг брата ей очень нравился, но судьба разлучила их. Как-то раз Полуянов предлагал Лиле руку и сердце. Но что-то помешало ей согласиться. Это было на Новый год, и они встретились по поводу назначения Вадима в какие-то спецвойска в Подмосковье, а Николай был в своем последнем офицерском отпуске. Сейчас она не могла объяснить, почему предложение Вадима обратила в шутку. Вадим смирился, даже как-то сник. А на следующий день уехал к новому месту службы. И потом прислал фотографию с телефонами и просьбой не забывать его.

Да! Только к нему может она обратиться за помощью. Только к нему! Но как выбраться отсюда?

Первым делом, когда ей разрешили встать, она под бдительным оком милиционера проследовала в туалет, где посмотрела в окно. Внизу – асфальт и никакой пожарной лестницы рядом. Спрыгнуть, значит, как минимум сломать что-нибудь, в ее положении можно вполне и в ящик сыграть! Уйти из-под контроля милиции ей в больнице не удастся. Да и потом, как ценного свидетеля, ее скорее всего запрут где-нибудь. Лиля не знала, что делать. Неужели она так и не найдет выхода?

Как-то к ней пришли девочки из госпиталя. Принесли цветов, фруктов. Посидели немного и ушли, для проформы поохав и выразив соболезнование. Осталась только Галя, едва ли не единственная настоящая подруга. Ее и попросила Лиля принести фотографию, а также перстень, который остался в кармане халата. Перстень подарили ребята одного из подразделений, с которым она в Чечне в качестве санинструктора ходила в рейд по тылам боевиков. Она потом приценялась, просто так, из интереса, сколько может стоить перстень? Перекупщик предложил восемь тысяч рублей! Значит, стоил он, по меньшей мере, в полтора раза дороже! Галя же, с разрешения капитана, начальника охраны, принесла спортивный костюм и кроссовки. В них засунула перстень и фото.

А потом были допросы! Даже не допросы, а беседы с сотрудниками милиции и прокуратуры, которые вели себя очень тактично и вежливо, хотя подозревали в убийстве Тамары и Ольги самого Николая, что было полным абсурдом. Но милиционеры делали свою работу и выслушивали ее доводы. Она рассказала все, что знала: о разговоре с братом, который был возмущен предстоящей поставкой наркотиков в город и безобразиями в так называемом развлекательном центре, в том числе и о малолетних проститутках, превращенных в рабынь. О его размолвке с женой, о том, что брат не ночевал дома. В общем, обо всем, что происходило в те роковые сутки.

Ее внимательно слушали, что-то записывали.

И все же Лиля была уверена, что милиция, даже отвергнув в конце концов версию виновности Николая и найдя истинных убийц, не уничтожит их! А Лиля жаждала смерти преступников! Смерть за смерть! Она продолжала думать, искать решение.

И решение пришло.

Как всегда, неожиданно.

Зайдя вечером в туалет, Лиля не прошла к кабинам, а остановилась у зеркала. Дверь в предбанник была приоткрыта, и она услышала звонок на сотовом телефоне старшины милиции, одного из ее охранников.

Лиля хотела закрыть дверь. Как-то неловко подслушивать чужой разговор, но то, что она услышала, насторожило ее.

– Да я, товарищ майор! Все в порядке! Нет, никто нас не слышит! Клиент? В туалете! Сегодня ночью. Как только дежурная медсестра сделает укол, следом за ней войдет Зинка и снимет проблему! А я ее выведу незаметно! Напарник? С ним по плану! Во время акции он будет отдыхать! Понял! Есть, товарищ майор!

Лиля похолодела. Речь явно шла о ней! И смысл разговора сводился к тому, что сегодня ночью ее должны убить! Что же делать? Женщина была в отчаянии. Позвонить срочно Вадиму? Но откуда? С телефона поста? Старшина не позволит. Господи! Что же делать?

В это время Лиля услышала шум двигателя грузового автомобиля. Где-то совсем рядом. Она подошла к окну и увидела, что прямо под ним стоит машина, доверху нагруженная стекловатой. До кузова не более метра. Вот оно, решение! Лишь бы машина не уехала.

Убедившись, что этого не произойдет, поскольку водитель закрыл кабину и приложился к бутылке с пивом, Лиля вернулась в палату. Сердце бешено колотилось. Шаг она собралась предпринять более чем серьезный, может, и роковой. Пока бандиты бросятся на поиски, какое-то время Лиля уже пробудет на свободе!

Она вдруг почувствовала боль в боку, там, где находились швы. Достала ампулу с обезболивающим препаратом, еще из госпитальных запасов, приготовила шприц, сделала себе укол. Боль тут же отступила. Препарат был из арсенала боевой аптечки и сбивал боль мгновенно. Только действовал не более двух часов, в зависимости от травмы. Она взяла оставшиеся ампулы, их было три, одна с более сильным раствором. Ее следует использовать перед тем, как она отправится в путь. Достала три одноразовых шприца в упаковке, надела спортивный костюм, подвернула брюки, чтобы бдительный старшина ничего не заметил, когда она войдет в туалет. Так, теперь фотографию и перстень. И план дальнейших действий: спохватится милиция быстро и тут же блокирует все выезды из города. Значит, если ей не удастся в течение десяти минут, после того как она войдет в туалет, покинуть территорию больницы и поймать такси или частника, то от ухода автостопом на сегодня придется отказаться. Тогда она поедет к Галине. И пробудет у нее до утра. А потом, немного изменив внешность, на пригородной рабочей электричке в 6.40 доедет до конечной станции. Там шоссе вплотную подходит к железной дороге. И есть кафе. Возле него всегда достаточно машин, чтобы нанять попутную, добраться до столицы и искать Вадима! Хватило бы сил терпеть боль, лекарство к этому времени кончится, а достать его негде. Но ничего, как-нибудь справится! А если Вадима нет в Москве, что не исключено? Тогда к сестре Тамары. Она живет возле Курского вокзала, они когда-то вместе заезжали к этой одинокой женщине перед поездкой на юг. Адрес Лиля помнит. Но все это потом, потом.

Она разобрала постель, выждала полчаса, взяла полотенце и туалетные принадлежности, якобы умыться перед сном, вышла в коридор и медленно направилась в туалет.