Сто пять ракет, затмивших звезды - Александр Тамоников

— Там точно никого не осталось в живых?

— Совершенно точно. Я видел три изуродованных трупа.

— Три? А должно быть?

— Там и было трое боевиков.

— Понял. Задача такова. Четырнадцатому перейти к Пятому, тебе контролировать подходы. Духов мы не наблюдаем, но это не означает, что их нет.

— Хреново, Второй, работать без точных разведданных.

— Не спорю. Но в плане разведданных ничем помочь не могу.

— Это понятно.

— До связи!

— До связи!

Лобан перебежал к Лапунову и сказал:

— Вот и я, Денис. Прыгаю, как архар по горам. Рязанов загонял. Что тут у тебя?

— В атаку пошли трое, от мечети, четвертый из пулемета прикрывал. Одного я подстрелил, двое залегли за камни. Один черт знает, где они теперь. Пулеметчик иногда стреляет с разных позиций, а эти двое затерялись в развалинах.

— Может, увидели, что приключилось с южной группой, и отошли за мечеть?

— Нет. За это их расстреляют. Они где-то рядом, Коля.

— Граната, — крикнул вдруг Лобан.

Лапунов среагировал мгновенно, бросился на пол, схватил гранату, влетевшую в окно, и швырнул ее обратно. Она сразу же взорвалась. Упал и Лобан, что спасло ему жизнь. Значительная часть осколков мощной оборонительной гранаты «Ф-1» влетела в комнату. Они попали в стены, в потолок, но ни один не ударил в пол.

— Ух, твою мать, — выкрикнул Лобан, — ну ты и циркач, капитан.

— Станешь тут циркачом. К окну, Коля. Если духи сумели закинуть сюда гранату, то это значит, что они находятся где-то метрах в десяти-пятнадцати от нас.

За окном раздался душераздирающий вопль. Затем грохнул выстрел, и крик оборвался.

Офицеры выглянули в окно и увидели боевика, раненного в ногу. Это он выстрелил из автомата в своего подельника, находясь всего-навсего в четырех метрах от стены.

Лобан вскинул автомат. Очередь отбросила боевика на куски арматуры, торчавшие около стены.

— Ложись! — крикнул Лапунов.

Лобан рухнул на пол под окном. Он сделал это очень даже вовремя. Из полуразрушенной мечети ударил пулемет. Пулеметчик, наверное, все видел, решил поразить цели, которые появились в окне, но не успел.

Сработала станция Лапунова:

— Пятый! Ответь Второму!

— Отвечаю.

— Живы! Что за фейерверк у вас там?

— Духи забросили гранату в окно. Нам такой подарок не понравился. Я выбросил «Ф-1» обратно. Вот она и рванула. Хорошо, что за окном. Один дух получил тяжелое ранение. Судя по всему в живот. Второй тоже раненый, но в ногу, пристрелил его, ну а его самого успокоил Четырнадцатый!

— Понял. Вас беспокоит пулемет, расположенный у мечети?

— Очень беспокоит. Мы ничего не можем против него сделать. Все гранатометы использованы. Ручные гранаты при всем желании не добросить, к пикапу с пулеметом не выйти!

— Понял! Сейчас решим проблему, — сказал Рязанов.

Рядом с ним на высоте находился старший лейтенант Валиев, у которого оставался одноразовый гранатомет, последний из трех, переданных ему Касатко.

— Антон! — позвал его майор.

— Я, — ответил Валиев.

— Развалины мечети наблюдаешь?

— Конечно. И даже вижу, откуда бьет пулемет.

— Так сними стрелка из автомата.

— Он спрятался под куском плиты. Неплохо угнездился.

— «Муху» к бою!

— Есть! — Старший лейтенант привел в готовность одноразовый гранатомет, припал на колено, положил трубу на плечо. — Готов.

— Цель — пулемет, уничтожить!

— Есть, уничтожить.

Выстрел «Мухи» попал точно в кусок плиты. Прогремел взрыв. Когда рассеялся дым, Рязанов через оптику увидел труп пулеметчика и «ПК», валяющийся рядом с ним.

— Есть, такое дело. Теперь и восточная группа уничтожена, — проговорил Рязанов, вызвал на связь Лапунова и распорядился: — Оставь у окна Четырнадцатого и сосредоточься на обороне объекта от противника, наступающего с северной стороны. Мы постараемся помочь.

— Принял, — сказал Лапунов, взглянул на Лобана и произнес: — Ну вот ты и отпрыгался, приятель.

— В каком смысле? — спросил старший лейтенант.

— Тебе приказано контролировать восточное направление. Я отправляюсь к Краеву и Ефремову.

Наступило затишье.

В это время командир северной группы боевиков вызвал на связь Харбани. Радиостанция его была разбита, он использовал телефон.

— Господин Харбани!..

— Да, Малик.

Главарь банды и Мазар видели издали, что происходило у дома, но всего не знали.

Малик доложил:

— Господин, люди Заира, Дауда и Гани уничтожены проклятым спецназом. Пулеметчик, который вел огонь из разбитой мечети, тоже погиб. Эти псы выстрелили в него из гранатомета с одной из южных высот.

— Вот как? Значит, не весь спецназ вошел в селение, оставил людей на холмах. Ладно, много их там быть не может. С твоей группой что?

— Как и было, один убитый, один раненый. Бой вести в состоянии только я и пулеметчик Галим. Еще Алим может стрелять с одной руки. Другая у него перебита.

— Как я понимаю, атаку группы прикрывал Галим из пулемета, так?

— Так, господин.

— Как вы сумели отойти на позицию после атаки?

— Мы не отошли, залегли в канаве, которая тянется за северной улицей селения, а Галим глубже. Вытащили погибшего Икрама, Алим сам дополз. Нам нужна помощь, господин.

— У спецназа потери есть?

— Не могу сказать. Скорей всего нет. Эти неверные грамотно заняли оборону и оставили часть группы на высотах. Напрасно мы не стали их проверять.

— Ты упрекаешь меня?

— Что вы, господин, нет, конечно. Просто нам очень нужна помощь.

— Держись, Малик, вы получите ее. Мы уничтожим этот проклятый спецназ.

— Да, господин!

— Держись.

Впрочем, на остатки северной группы духов никто и не нападал.

Рязанов попытался связаться с Авиловым, но получил сигнал отсрочки вызова. Подполковник на данный момент не мог говорить.

Тогда заместитель командира побеспокоил капитана Валевича, старшего подгруппы, расположенной на северном холме.

— Третий! Ответь Второму!

— Отвечаю!

Голос капитана звучал бодро. Он видел, как его товарищи отбили атаку боевиков, уничтожили практически весь отряд.

— Ты видишь боевиков, оставшихся в живых на северном направлении?