В окопах Кремля - Альберт Байкалов

Матерясь и отряхиваясь, он быстро поднялся и забрался на заднее сиденье:

— Поехали.

На Пожарника было страшно смотреть. Его трясло так, будто у него была болезнь Паркинсона на последней стадии, а по лицу текли слезы.

— В каждой канистре по пятнадцать литров, итого — сорок пять. Плюс у них наверняка полный бак, — стал считать Воробей. — Мне кажется, никто даже опознать не сможет.

Рослый, широкоплечий, он скорее походил на медведя, но никак не на юркого, величиной с детский кулачок, пернатого. Тем не менее фамилия Воробьев стала поводом называть его Воробей.

— Хватит ныть. — Капрал ударил Пожарника ладонью по здоровой ноге. — Радоваться должен, что тебя ценят.

— Я рад, — провыл Пожарник.

— Правда, второго косяка Захар тебе уже не простит, — громко, стараясь перекричать рев двигателя, заговорил Питон. — Сейчас мы отвезем тебя домой. В течение часа у тебя будет лепила. Возможно, с медсестрой.

Пожарник затих, ловя каждое слово Питона. Глаза его вновь наполнились ужасом:

— Не надо врача. Укол я сам себе могу ставить… В бедро, например. Мне антибиотиков посильнее и витаминов…

Бедняга, по-видимому, решил, что его собираются тоже кончить, только почему-то уже в квартире.

— Это не тебе решать, — приструнил подельника Капрал. — Наломали дров, козлы!

— Кстати, как минимум месяц сидишь дома, — спохватился Питон. — Носа не высовываешь. Под видом подруги тебе Ирэн жрать будет носить.

— Да куда я с такой ногой? — усмехнулся Пожарник.

— Через неделю сможешь ходить, — заверил Капрал.

— Если бы. — Пожарник скрипнул зубами. — Он же чуть коленную чашку не прострелил. Пуля на несколько сантиметров ниже прошла. А так бы нога не сгибалась. Докторша эта гребаная сказала.

— Тогда бы ты из Пожарника превратился в Хромого, — хохотнул Капрал…

* * *

Базаров сдержал слово, и уже в обед Матвея выпустили из камеры. Сидел один. Три шконки пустовали. Это время он также провел с пользой и прекрасно выспался.

Базаров поджидал его на улице. Рядом стоял Дешин. Среднего роста, со слегка вытянутым лицом и болотного цвета глазами майор полиции глупо улыбался.

Матвей ответил на рукопожатие и оглянулся по сторонам:

— Что-то многовато для одного года.

— Чего многовато? — не понял Дешин.

— Второй раз в ИВС попадаю.

— А первый раз за что? — В глазах Базарова появилось заинтересованное выражение.

— Там, главное, не за что, — вмешался в разговор Дешин. — Лучше спроси его, как он ушел.

— Сбежал? — догадался Базаров.

— Вон Боря подробности знает, — Матвей показал взглядом на Дешина. — А мне сейчас не до этого.

— Ты материал обещал нам передать, — напомнил Базаров.

— Ну так поехали! — Кораблев оглянулся по сторонам. — Куда, кстати, мою машину дели?

— Держи! — спохватился Базаров, вынимая из кармана ключи и протягивая Матвею. — Перегнали сюда. Во дворе стоит…

— Спасибо! — делано улыбнулся Кораблев. — Пошли, покажешь.

Они направились по дорожке вокруг здания РОВД.

Джип Матвея действительно оказался во дворике в одном ряду с двумя служебными машинами. Базаров о чем-то пошептался с дежурившим у ворот полицейским. Тот зашел на КПП, представлявший собой остекленную будку, похожую на скворечник, и стал куда-то звонить. Вскоре они выехали на улицу.

— Можно Падаковой у тебя еще немного пожить? — попросил Базаров, устроившийся на заднем сиденье. — Не стеснит?

— У нас на двоих с Мартой две квартиры и загородный дом, места всем хватит, — Матвей посмотрел на сидевшего рядом Дешина: — Дай телефон, в моем батарея разрядилась.

Матвей позвонил Марте и попросил приготовить обед с расчетом на двух гостей.

Услышав это, Базаров замотал головой:

— Никаких обедов. Мне не терпится посмотреть, из-за чего людей направо и налево валят.

— Погоди, так не бывает, я у вас полдня, видите ли, могу гостить, а вы у меня — нет, — шутливо возмутился Матвей.

— Это ты не у нас гостил, а в районном ОВД, — резонно заметил следователь. — Вот если ты…

— Нет, уж это лучше вы к нам, — усмехнулся Матвей.

Однако дома их ждало разочарование.

Пока Марта накрывала на стол, Матвей пригласил Падакову в зал, чтобы дать возможность Базарову поговорить о дальнейшей судьбе находящихся в ее распоряжении документов мужа. Тамара сразу все поняла. Она села в кресло и вся съежилась, словно перед ней были не представители правоохранительных органов, а бандиты, от которых они накануне с трудом унесли ноги.

— Я ничего вам не отдам, — уперлась женщина, выслушав просьбу Базарова передать ему все документы. — Я не верю, что в полиции не произойдет утечка информации о моем поступке. К тому же на данный момент я жива только из-за того, что бандиты не нашли этот компромат.

— Если они узнают, что материал передан полиции, то наверняка побоятся вас трогать, — попытался успокоить женщину Базаров. — Ведь сами подумайте, они лишь подтвердят правдивость собранного вашим мужем материала. А у нас появится шанс задержать их…

— Мне надо подумать. — Она отвернулась к окну.

— Хотелось бы, чтобы вы приняли правильное решение, — вмешался в разговор Дешин. — Проблему надо решать как можно быстрее. Документы — это мотив преступления. Чем быстрее о нем узнает полиция, тем быстрее бандиты окажутся за решеткой. В противном случае вам придется бегать до конца жизни, и поверьте, она у вас будет в этом случае очень короткой.

— За решеткой окажется, как всегда, мелочь, — зло заговорила Падакова. — А рыба покрупнее либо отделается условным сроком, либо вообще попадет в число свидетелей. Я даже не удивлюсь, если их вовсе не тронут. Вон пример налицо — бывший министр обороны и его гарем из Оборонсервиса и прочих департаментов. Спокойно по бутикам шатаются, на лимузинах раскатывают и живут в центре Москвы… ЖКХ — контора еще серьезнее. Это просто сборище бандитов, обложивших данью округа, города и целые регионы. Просто новая форма рэкета. Ничего не боятся.

— Значит, не доверяете? — с тоской в голосе спросил Базаров.

— А мне ты доверяешь? — неожиданно вмешался в разговор Матвей. Стоя у окна и слушая разговор полицейских с Падаковой, он негодовал, но умело скрывал это.

Падакова посмотрела на него отсутствующим взглядом:

— Доверяю, но документы не отдам.

— Это после того, как ты просто-напросто подставила меня и Марту? — Матвей покачал головой. — Извини, конечно, но это самое настоящее скотство… Теперь мы тоже, как и ты, в опасности.

— Хорошо, — нехотя согласилась Падакова и всхлипнула. — Но только копии файлов и ксерокопии документов на бумажных носителях.