Команда. Верхом на атомной бомбе - Максим Шахов

Немец тревожным взглядом проводил удаляющуюся девушку и попытался принять сидячее положение. Ему это не удалось: слишком короткой оказалась веревка от груза до петли на его шее. Толя тяжело вздохнул и, наклонившись, пододвинул блок к краю мостков.

Пленник что-то быстро затараторил. Анатолий уловил в его речи и английские, и даже русские слова.

– Исповедаться хочешь, Иуда? Не-е-е… У нас это не принято. – Он еще подвинул груз так, что целая его треть нависла над водой. – Ауфвидерзеен, камрад!

Немец прижался головой к Толиным ногам…

На исходе была десятая минута допроса. Вернувшаяся с «прогулки» Алексеева едва успевала переводить бессвязную речь пленника, стараясь отделить нужную информацию от десятков фактов, разоблачений, признаний, которые горохом сыпались из незакрывающегося рта немца.

– Вот что их же водка с человеком делает! – усмехался Анатолий. – Значит, главное – ее количество. – Подумав, он с гордостью добавил: – И, конечно, в умении подать!

В одном из подразделений управления военной безопасности «мышиный» немец курировал деятельность национальных террористических группировок. Начинал свою карьеру он еще в ГДР, хорошо продвигался по службе, но… рухнула Стена, бывшие непримиримые противники стали сослуживцами, куда-то на задний план отошла нужная политическая ориентация, в которой наш немец был наиболее силен. Новое командование «восточным специалистам» не то чтобы не доверяло, но относилось весьма настороженно. Продвижение вверх затормозилось, а значит, не росли и доходы. И тут, как нельзя кстати, подоспело предложение от бывших коллег из России «чуть-чуть» поделиться кое-какими сведениями. И пошло-поехало… Ведь одну и ту же информацию можно продать и два, и три раза. Не только «за бугор», но и своим подопечным. Жизнь наладилась. В просьбах недостатка не было. Попридержать на таможне какого-то русского журналиста? Пожалуйста! А уже через день на продажного «чекиста» вышли подручные его старого знакомого Карла из РАФ с чрезвычайно заманчивым предложением одолжить им журналиста на какое-то время. «Просто поговорить. День-другой, и мы его отпустим!» Никакого мокрушничества и членовредительства. Немец, конечно, бандитам не поверил, но «русские» деньги уже отработаны, журналиста он упрятал в полицию, а что там дальше – не его проблемы. К тому же подворачивался неплохой шанс улучшить свое материальное положение, выгодно поделив «навар» с начальником полиции.

«Да эти продажные менты становятся просто каким-то международным бедствием!» – подумал Анатолий.

Куда увезли Талеева, немец не знал, но если подручные Карла еще оставались в городе, то наверняка находились на известной ему конспиративной квартире. Разумеется, он с удовольствием покажет дорогу господам русским!

– Что ты думаешь о нашем пленнике?

Этот вопрос Толя задал, уже сидя рядом с управлявшей автомобилем Гюльчатай. Машина проезжала Старый город, приближаясь к районам новостроек, где располагалась конспиративная квартира террористов. В салоне они находились только вдвоем – пленника разместили в багажнике. «Пусть проветрится и просохнет, – заявил Анатолий, – ведь черт знает, какой грязи он нахватался в этом пруду!»

– Это хорошо, что ты не сразу полез ко мне с таким вопросом, я хоть успела кое-что проанализировать. Поэтому смогу ответить более-менее вразумительно, с максимально возможным учетом всех психологических аспектов. Итак, верить ему можно. А доверять не стоит!

– Парадоксы в стиле Талеева.

– Просто у этих двух слов разное смысловое значение…

– Вот только не надо всяких лингвистических экскурсов! Я понимаю такое различие.

Галя улыбнулась и продолжила:

– Он не врал, но явно что-то недоговаривал. Мне это было заметно со стороны даже в его плачевном состоянии. Конечно, там, на берегу пруда, мы представляли для него самую страшную и реальную угрозу. Поэтому он и раскололся. А вот дальше…

Толя закивал:

– Подставит нас при первой же возможности! А таковой, безусловно, является наш визит на эту конспиративную квартиру. То-то он не вдавался ни в какие подробности при ее описании: ни о количестве бойцов, ни о вооружении… «Не знаю», и точка!

– Правильно, Толик. Мы для него угроза неожиданная и кратковременная, от которой при случае можно попытаться избавиться. Ну, а если не получится, мы и сами уберемся восвояси. Зато Карл – это навсегда. Как и сослуживцы «мышиного» немца по ведомству военной безопасности, которые никогда не простят предательства.

– Ладно. Суду все ясно! Кроме этой явки, у нас нет никаких зацепок. А немец необходим, чтобы на нее пробраться.

– Как всегда, сжато, информативно, понятно и просто. Нет-нет, никакой иронии. Констатирую факт. Вот только мне не дает покоя одно оброненное при допросе немца название: Ахаус. Помнишь, он мимоходом обронил, что Карл в Ахаусе?

– Да. И больше к этому не возвращался.

– Может, я и не права в своих выводах, но, послушай, Карл – глава известной террористической организации, крупнейшей в стране, пусть и ослабленной сейчас в силу целого ряда причин. Ахаус – маленький городок недалеко от Мюнстера. Как-то не вяжется статус фигуры и заштатность места пребывания, согласен?

– Да-да. Как Мишка Япончик в деревне Гадюкино.

Девушка даже рассмеялась такому сравнению:

– Неточно в определении статуса и заштатности, но чрезвычайно колоритно, доходчиво и по сути верно. Наверняка база этого Карла в каком-то крупном городе. Гамбург, Бремен или Ганновер. В Ахаусе он мог оказаться с единственной целью: подготовка или проведение какой-то бандитской акции.

– А что можно «бандитизировать» или терроризировать в Гадюкино?

– Я же говорю: неточность в определении «заштатности». Это все-таки не Гадюкино. В Ахаусе есть крупный ядерный центр и хранилище радиоактивных отходов.

– Какого же черта ты до сих пор молчала?!

– Так само название только что всплыло! – пыталась оправдываться Галина. – Я и подумать не могла…

Анатолий только досадливо махнул рукой:

– Это же реальная цепочка! Смотри: командир резко срывается из Москвы, никого не предупредив, потом срочно вызывает тебя в Мюнстер – это ближайший аэропорт от Ахауса. Ради чего или кого он мог бы пойти на такое? Только ради одного человека – нашего друга Редина. А Сережа – крупная «шишка» в ведомстве по радиоактивным отходам! Теперь мы знаем цель нашего командира.

– Ну, это пока только предположение…

– Ладно тебе скромничать! Мы вычислили направление усилий, а с подробностями на месте разберемся.

– Только вот командира-то пока не нашли.

– Ха! А для чего же мы сейчас тряханем эту хазу, малину, явку?

– Прямо так вот и тряханем?

– Галчонок! У нас есть только один неоспоримый плюс: полная неожиданность. Кроме пленника в багажнике, никто даже не догадывается о нашем присутствии здесь.