Слепой. За гранью - Андрей Воронин

– Тогда тебе, зайчишка, нужно попрыгать, чтобы сбросить лишний вес, – посоветовал он.

– Зайчишка согласен, – весело произнесла миловидная блондинка и тут же поставила условие: – Если ей компанию составит братец-кролик.

Глеб Петрович вдруг рассмеялся.

– Катенька, разве я похож на кролика? – спросил он.

Красавица слегка зарделась и смущенно ответила вопросом на вопрос:

– Глеб, а я что, похожа на зайца?

Сиверов неуверенно пожал широкими плечами.

– Ну, во-первых, уважаемая госпожа Екатерина, не на зайца, – осторожно поправил он подругу, – а на зайчишку, а во-вторых…

– Интересно, Глеб, – кокетливо спросила Сиверова блондинка, – а чем отличается заяц от зайчишки?

– Заяц – это тот, который бегает по лугам и полям, а зайчишка…

Мужчина на мгновение замолчал, стараясь подобрать нужное сравнение, однако никак не мог его найти.

– А зайчишка… – настойчиво и лукаво повторила его симпатичная спутница, требуя ответа.

Глеб внимательно посмотрел на нее и, набрав побольше теплого весеннего воздуха в легкие, как человек военный и прямой, не найдя ничего лучшего, заявил:

– А зайчишка – это ты!

Молодые люди, нежно посмотрев друг другу в глаза, весело и беззаботно рассмеялись. Екатерина взяла под руку Сиверова, и они, дружно болтая о разных пустяках, медленно зашагали по Тверскому бульвару.

Так продолжалось, пока влюбленная парочка не дошла до здания МХАТа. Светловолосая гостья Сиверова вдруг остановилась перед ним и, посмотрев на репертуарную афишу, печально вздохнула.

– Что случилась, Катя? – заметив, что его подруга чем-то расстроена, спросил Глеб свою гостью.

– Да ничего не случилось… – тихо прошептала гостья.

– И все же, Катя? – настойчиво переспросил Екатерину Глеб.

– Очень обидно, Глеб Петрович, что вот побываю я в Москве, но так и не схожу ни в один театр… А сегодня здесь идет «Чайка» Чехова.

– Так в чем проблема, Катюша? – воскликнул Глеб. – Давай сейчас сходим!

– Так я уверена, что все билеты раскуплены, – возразила петербуржка.

Глеб Петрович хоть и не был заядлым театралом, однако отлично знал, что новый МХАТ на Тверском бульваре не пользуется у настоящих театралов и местной публики особой популярностью и театр под началом Дорониной посещают в основном провинциальные гости столицы. Лишь очень редко огромный зал этого массивного и неказистого здания бывал заполненным до отказа.

– Ну, что ж, уважаемая гостья из Санкт-Петербурга, – спокойным и уверенным голосом произнес Сиверов, – давайте проверим, кто из нас прав.

Глаза молодой женщины радостно загорелись.

– Правда?

– Правда! – ответил Сиверов и, бережно взяв даму под руку, решительно направился к театральным кассам.

Как он и предполагал, к большой радости его спутницы, билеты дожидались случайных прохожих, и молодая парочка поспела на спектакль как раз к третьему звонку…

* * *

Молодые люди вернулись домой поздно вечером. Катя осталась весьма довольной увиденным спектаклем, чего не скажешь о Сиверове. Глеб видел «Чайку» в старом МХАТе и поэтому мог сравнить две постановки. Однако москвич не стал расстраивать свою гостью и в ответ на ее хвалебные высказывания только молча кивал головой.

Поговорив о театре и об искусстве за чашкой чая, хозяин квартиры и его гостья стали готовиться ко сну, но Глеб вдруг заметил, что его гостья озабоченно хмурится.

– Ну а теперь-то что случилось? – поинтересовался он.

– Очень жаль, но мне завтра пора уже уезжать в Питер, – с сожалением сообщила Катя.

– Так оставайся в Москве, – предложил хозяин квартиры, – тебя же никто не гонит, место, где жить, есть, с голоду не помрем…

– Нет, Глеб, – печально вздохнув, отказалась блондинка, – мне же на работу нужно…

Они молча посмотрели друг другу в глаза, словно хотели увидеть там ответ на трудный вопрос. Однако глаза не знали ответа. Молодые люди печально вздохнули, понимая, что им придется расстаться.

– Глеб, а может быть, ты поедешь со мной в Санкт-Петербург? – предложила молодая женщина.

Предложение было неожиданным. Глеб слегка задумался, представив, как это могло бы выглядеть, и улыбнулся. Он наклонился к Екатерине и поцеловал ее в щеку.

– И что же я там буду делать, Катенька? – добродушно поинтересовался он.

– Ну, не знаю, Глебушка, – тихо произнесла Катя. – У меня есть комната в общежитии… Для начала устроишься на ликеро-водочный завод охранником.

Сиверов с сомнением покачал головой.

– В наше-то время устроиться на работу, да еще без питерской прописки… – недоверчиво пробурчал он. – Это из области фантастики, Катюша.

– Ты же бывший военный, а такие в охране на вес золота, – мягко возразила блондинка, – да и тетка, я уверена, поможет: у нее там все повязано.

Глеб Петрович усмехнулся и погладил ее ладонью по голове.

– Это хорошо, что она плетет кружева, – спокойно произнес он, – но так резко поменять свой образ жизни, привычки и место проживания… Ты знаешь, Катюша, я еще не готов к столь резким переменам в своей холостяцкой жизни. Я лучше к тебе через недельку загляну, – пообещал он, – а потом будет видно, куда и как нам бежать.

– Что, уже надоела я тебе, – фыркнула Катя.

Глеб укоризненно покачал головой и привлек женщину к себе.

– Ну что ты… – неловко произнес он. – Это совсем не то, о чем ты думаешь, дорогая.

– Ты просто хочешь меня сплавить, – с обидой в голосе произнесла Катя.

– Перестань говорить глупости, Катюша, – недовольно пробурчал хозяин квартиры, – я прекрасно отношусь к тебе, но давай-ка мы сейчас этот разговор перенесем на другое время… Договорились?

– Договорились, – нехотя выдавила молодая женщина.

– Вот и хорошо, моя ты Екатерина Великая, – подытожил серьезный разговор Глеб Петрович. – Ну а теперь давай спать, а то нам перед твоим отъездом нужно еще многое успеть сделать.

– Ладно, командир, – согласилась женщина и прильнула к мужчине, – спать так спать.

Глеб Сиверов приобнял одной рукой возлюбленную, а другой собрался было уже выключить свет, однако неожиданно зазвонил сотовый телефон. Сиверов поднялся с постели и, подойдя к столику, взял аппарат. Катя настороженно посмотрела на своего возлюбленного.

– Кто звонит? – не выдержав напряжения, поинтересовалась она.

– Сейчас узнаем, дорогая, – ответил Глеб Петрович и, включив мобильник, поднес телефон к уху.

– Але… – приглушенным голосом произнес он. – Я вас слушаю…