Боцман. Корабль-призрак - Сергей Зверев

Прежде всего требовалось размозжить змеючью головку. Потом можно было надеяться на то, что удастся остановить события, разворачивающиеся на танкере, дрейфующем в Черном море.

Вот уже целых десять минут Зиганиди с Сабуровой дожидались за столиком уличного заведения, когда им принесут скромный заказ: два черных кофе и корзиночку с пирожными. От нечего делать они осматривались по сторонам. Тут-то Катя и увидела странную картину.

За соседний столик уселся белобрысый мужик лет тридцати, богатырской стати. Его джинсы и рубашка были мокрыми насквозь. Вода с них не просто капала, но струилась, стекала ручьями. Вероятно, он поднялся на террасу, где располагалось кафе, прямо из фонтана, бьющего внизу.

— Уан водка, — сказал белобрысый здоровяк официанту, подошедшему к нему и сохранявшему олимпийское спокойствие.

Видимо, этот крепкий блондин был не совсем уверен в том, что его поймут, поэтому он повторил, выставив указательный палец:

— Уан водка. Водка!

Гарсон вежливо кивнул и уточнил по-английски:

— Это все?

— Иди-иди, немчура! — сказал ему парень по-русски и махнул рукой.

На нового русского этот странный фрукт был явно не похож.

Дожидаясь выполнения своего заказа, он подпер кулаком щеку и, глядя на Сабурову с Зиганиди, затянул негромко и почему-то заунывно, печально песню, которая в России считалась неофициальным гимном воздушных десантников:

— Расплескалась синева, расплескалась. По петлицам разлилась, по погонам. Я хочу, чтоб наша жизнь продолжалась по суровым, по десантным законам…

Коля с Катей переглянулись.

Зиганиди выбрался из-за стола, подошел к белобрысому солисту и заявил:

— Привет, земеля! Ты что, второе августа празднуешь?

— Десант? — Парень встрепенулся и с надеждой посмотрел на Николая. — Слушай, а я тебя знаю. Точно!.. Мы же с тобой недавно на учениях были. Да и подругу твою помню. Вы же боевые пловцы. Круто вы нас тогда разделали!..

Коля прищурился, присмотрелся повнимательнее, и его губы тут же расплылись в улыбке. Он узнал в пьяном мужике того самого бывшего десантника, отставного старшего сержанта Толю, завсегдатая пейнтбольного клуба. Именно этот парень вместе со своими товарищами помог боевым пловцам подготовиться к проведению спецоперации.

— Здорово! — Зиганиди крепко пожал руку, протянутую ему, и тут же предложил: — Давай к нам за столик!

— С удовольствием.

Вскоре гарсон принес бывшему десантнику маленькую стопку водки. Толя брезгливо повертел стеклянную посудинку в пальцах и одним глотком употребил всю водку. Затем он вытащил из мокрых штанов пять канадских долларов и громко припечатал купюру к пластиковой столешнице.

— Сдачи не надо, — сказал Толик по-русски официанту, подошедшему на стук.

Как ни удивительно, канадцу перевод не понадобился. Он сгреб купюру, с достоинством кивнул и удалился.

— Ты в честь праздника в одежде купался? — спросил у бывшего десантника боевой пловец.

— Если бы!.. — живо ответил тот с нескрываемой горечью в голосе и объяснил: — Сам понимаешь, купаться в этот день — традиция. А раздеваться боялся, потому что опасался — последние штаны сопрут.

— Здесь, в Канаде? — не поверил его опасениям Зиганиди. — Канадцы кичатся своей честностью.

— Не знаю, чем они тут кичатся, но ободрали меня как липку, — заверил его Толик. — Приехал с пятью тысячами евро потусить. Хоккей посмотреть. Люблю эту игру. Познакомился с какими-то мужиками. Точно не скажу, но не канадцы. То ли молдаване, то ли венгры. Один даже по-русски чего-то кумекал.

— И что?

— А то! Показались серьезными мужики, в золотых цепях все. Прямо как наши братки. Говорят, мол, не фиг в этом Монреале ловить. Давай, дескать, мы тебя завтра отвезем. Тут в сорока километрах какой-то городок есть типа местного Лас-Вегаса с крутыми казино, бабами. Вот я и повелся. Выпили за это дело. В бар не пошли, решили прямо в хостеле у них дерябнуть.

— А поутру они проснулись? — к месту вспомнила Сабурова известное произведение Шукшина.

— Проснулся я один. Их уже и след простыл. Деньги мои вместе с ними свалили, — горестно уточнил Толик. — Они, гады, чего-то в водку намешали. Я сразу свалился, ничего не помню. Просто яма черная, и все. Провал.

— Ну ты даешь! — посочувствовал Зиганиди. — Они тебе в стакан какую-нибудь гадость вроде клофелина всыпали.

— Наверное. Сам виноват. Потерял бдительность. Думал, Канада. А здесь такая же!..

— Можешь не продолжать, — остановил его Коля. — И что делать будешь?

— А хрен его знает. Вот сейчас последние пять долларов на праздник положил. — Толик вздохнул. — Кстати, бойцы, а вы что в Канаде делаете? Как там танкер — освободили заложников? Катастрофу предотвратили? Я же телик вообще не смотрю и в Интернет не заглядываю.

Зиганиди с Сабуровой переглянулись. Мол, что делать? Говорить ему или нет? Вроде свой, помог когда-то. С другой стороны…

Наконец Коля шумно выдохнул и махнул рукой, давая понять своей напарнице, что можно сделать исключение из общего правила. После чего он рассказал Толику все как есть. Ничего не утаил.

— Во, блин, дела! — выслушав Зиганиди, заявил бывший десантник и почесал затылок. — Слушайте, а давайте я вам помогу! Мне тут все равно уже делать нечего. Денег нет, водка в горло не лезет.

Боевые пловцы снова переглянулись. Да, помощь им сейчас нисколько не помешала бы.

— Мы принимаем твое предложение. Но только при одном условии — завтра с утра ты должен быть трезв как стеклышко, — ответил за двоих Зиганиди.

— Заметано! — Толик широко улыбнулся.

Вскоре боевые пловцы пришли в его номер. Он на правах хозяина достал из мини-бара пиво, открыл всем.

— Значит, так!.. — проговорил Зиганиди. — В первую очередь мы должны найти зачинщика всей этой заварушки. Понять, что к чему. И давайте не будем забывать, что сейчас на борту танкера находится каплей. Вот ему точно гораздо хуже, чем нам.

В этот момент в дверь постучали.

— Кто там? — спросил Толик по-английски.

Зиганиди и Сабурова насторожились.

— Посыльный, — сказал молодой человек в форменной кепке, стоявший за дверью, приоткрытой Толиком.

— Что вам угодно? — поинтересовался бывший десантник.

— Здесь пакет для мистера Зиганиди. Я не застал его в номере и подумал, что он у вас.

— Правильно подумали. — Коля шагнул из комнаты в прихожую. — Я здесь.

— Пожалуйста, это вам, — молодой человек протянул пухлый конверт.

Коля достал из брюк пять канадских долларов и вручил посыльному. Тот благодарно улыбнулся, поклонился и бесшумно исчез за дверью.