Гнев ликвидатора - Александр Тамоников

– Как получится. Но буду стараться!

– А я ждать тебя!

– Это хорошо! Дорога во сто крат короче, когда знаешь, что дома тебя любят и ждут!

– Нет! Я точно сошла с ума. Меня вновь буквально разрывает желание. У нас же есть еще время?

Андрей посмотрел на часы:

– Есть! Полчаса!

– Тогда иди ко мне! Иди скорей!

Встали они в шесть часов. Удовлетворенные, счастливые.

Куприянов побрился, Ольга после него приняла душ, быстро приготовила завтрак. Позавтракав, Андрей вышел в прихожую, взял с пуфика собранную с вечера дорожную сумку:

– Я пошел, Оля!

– С богом, Андрюша!

Андрей, выйдя из подъезда, посмотрел на окна квартиры. Ольга махнула ему рукой. Прикурив сигарету, Куприянов направился к автобусной остановке. Ольга проводила взглядом мужа. Он скрылся за углом дома. И вдруг сердце укусила боль, а мозг пробила мысль – она больше не увидит Андрея. Обхватив руками голову, прошептала:

– Господи, что со мной?

Ей захотелось догнать мужа. Но она осталась на месте. Боль прошла, страшная мысль отпустила, спрятавшись где-то в глубине сознания.

Ольга присела на стул. Что же это было? Наверное, последствия безумной ночи и такого же безумного утра. Еще никогда она не испытывала таких ударов неземного наслаждения. Ударов, которые на мгновения лишали ее сознания. Все, что произошло, было необычным, отсюда и мысль такая же безумная, как и все, сопровождавшее эту необыкновенно сладостную ночь. Надо успокоиться и привести себя в порядок. Впереди рабочий день, а Андрей? Он вернется, он обязательно вернется, как возвращался всегда, усталый, но радостный! И ждать-то недолго. Сегодня отработать, завтра, а к ночи муж и вернется. Он всегда приезжал раньше намеченного срока. Спешил домой. К жене, семье. Он и на этот раз приедет раньше. Поэтому и стол следует накрыть уже завтра вечером, уложив детей спать.

А Андрей, также думая о прошедшей ночи и удивляясь, шел к остановке, с каждым шагом, с каждой минутой все дальше уходя от жены и детишек, к которым вернуться ему уже было не суждено.

В это время заместитель владельца фирмы «Караван» сидел в новом синем «Опеле» недалеко от контрольно-технического пункта базы, слушал разливающуюся по салону спокойную классическую музыку. Ждал свою жертву Андрея Куприянова. Тот вышел из первого автобуса, когда часы показывали 6.23, и быстро направился к КТП гаража фирмы «Караван».

Молоканов выключил музыку, завел двигатель иномарки. Куприянов не знал, что у заместителя Лученкова есть «Опель». Новую иномарку Юрий Петрович на фирме не светил, используя подержанный «Хендай», поэтому Андрей не должен обратить на него внимания. А обратит – не страшно. «Опель» пройдет за автопоездом только до поворота к поселку Партизан. Дальше немного по трассе, и назад. «Хвост» не насторожит дальнобойщика. Он же не спецназовец какой или мент. Простой мужичонка, цена которому ломаный грош в этой новой, перевернувшейся жизни. Жизни для тех, кто имеет деньги и власть.

Куприянов выехал с территории в 7.05. Механик на КТП отметил ему путевой лист, и Андрей вывел «КамАЗ» на проспект Мира. Отпустив его метров на двести, начал движение и Молоканов. На выезде из города Юрий Петрович притормозил. Знал: впереди заправочная станция, где Куприянов будет заполнять топливный бак паршивой соляркой. Выждав двадцать минут, заместитель главы фирмы продолжил движение. Он быстро догнал «КамАЗ», установил прежнюю с ним дистанцию.

Автопоезд вышел на трассу. По ней ему следовало пройти десять километров. До знака, указывающего направление к поселку Партизан.

Куприянов вел автопоезд аккуратно, по правой полосе, не нарушая правил дорожного движения, выдерживая скорость в 80 километров в час.

Молоканов невольно усмехнулся. Не спешит Андрей! Чувствует ответственность за груз. Эх, Андрюша, Андрюша! Знал бы ты, чем и где кончится этот рейс. На ходу выпрыгнул бы из машины. Молоканов не жалел Куприянова, им же обреченного на гибель. Просто отвлеченно рассуждал. Для него тащиться на «Опеле» с такой скоростью было мучительно. Хотелось переключить передачу и поддать газку. Иномарка тут же рванула бы, в считаные секунды развив скорость до 200 километров в час. Благо трасса позволяла сделать это. Но приходилось тащиться за «КамАЗом». Лишь бы Куприянов повернул на Партизан здесь, а не проехал до следующего поворота. Там тоже можно выйти к поселку. Но Андрей не должен сделать этого, потому как знал: дальше примыкающая справа к трассе второстепенная дорога разбита настолько, что ехать по ней – это объезжать многочисленные колдобины. А там черт его знает, что решит Куприянов. Та, вторая, дорога имела одно преимущество: она обходила пост ДПС у поселка Черный. Вдруг Андрей предпочтет рытвины встрече с гаишниками? Это могло осложнить выполнение замысла Молоканова – Барсука. Потому что пост в предстоящей акции играл немаловажную роль.

Куприянов свернул с трассы там, где надо, на первом повороте. Молоканов, отметив это, облегченно вздохнул. «КамАЗ» пошел к посту. Заместитель Лученкова остановил иномарку, имея возможность видеть, как уходит по дороге на Партизан «КамАЗ» фирмы.

Как только тот скрылся из вида, Молоканов достал сотовый телефон:

– Игорь Михайлович? Доброе утро!

– А, Юрий Петрович! Доброе, доброе! Как наши дела?

– Все по плану! Автопоезд идет к посту!

– Замечательно! Давно свернул с трассы?

– Только что! Теперь отвечаю на те вопросы, на которые не ответил вчера. Водитель мужичонок так себе, ни рыба ни мясо! Работяга, труженик. «КамАЗ» № … Машина новая, полуприцеп старый. Документы в порядке. Все у него, дубликатов на фирме не осталось.

– Добро!

– Я свою часть работы выполнил!

– Да! Теперь за дело берусь я! Созвонимся, как все закончится!

– Буду ждать звонка.

– Жди!

Барсук отключился.

Молоканов вывел «Опель» на трассу и тут же дал выход эмоциям, разогнав машину до приличной скорости.

Но вскоре вынужден был притормозить, подъехав к месту разворота. Спустя двадцать минут он въехал в город, проехал до своего дома, не такого шикарного, как особняк Лученкова, но добротного, двухэтажного. Поставил в гараж «Опель», заменив его на «Хендай». Не заходя в дом, поехал на работу.

А Леонов, получив сообщение о движении «КамАЗа» с ценным товаром в нужном направлении, вызвал по мобильнику пост ДПС, а конкретно старшину Резунца, который дежурил на посту с молодым, только что пришедшим в органы лейтенантом Мамонтовым.

Резунец работал на Барсука. Жена старшины числилась на фирме «Трил» заведующей несуществующим складом. Зарплату за супругу получал милиционер, и зарплату, которая в несколько раз превышала его собственную. Правда, официальную. Но на посту провинциальной дороги шкурить особо некого. С местных много не возьмешь, если вообще дадут. Фуры проходят на Партизан редко. Заскочит иногда какой-нибудь дагестанец с лесом, тогда у инспекторов праздник, обуют кавказцев по полной программе, даже если у тех все документы будут в порядке. Постепенно, по указанию Барсука, старшина подвязал к «Трилу» и лейтенанта. Тот недавно женился. И его супругу, беременную на третьем месяце, зачислили в штат фирмы, на тот же несуществующий склад, кладовщиком с зарплатой, о которой в Партизане могли только мечтать. Казалось, для чего Барсуку кормить ментов, особой ценности не представляющих? Но предусмотрительный господин Леонов знал, что делал. Кроме мелких услуг, гаишники пусть редко, но сбрасывали и более серьезную информацию. О тех же дагестанцах или кабардинцах. И тогда последние попадали не только под наезд милиционеров на посту, но и под бандитов Барсука. А это означало в лучшем случае просто изъятие у них леса, который тут же перепродавался на деревообрабатывающий комбинат. В худшем же случае водители лишались и груза, и машины, и жизни.