Слепой против маньяка - Андрей Воронин

Фургон «Кока-Кола» стоял немного накренясь, въехав двумя колесами на бордюр – уж очень узкий был переулок. Шофер скучал, сидя в кабине, и то и дело покручивал ручку настройки радио. Он слушал то станцию «Свобода», то «Радио-РОКС». На немноголюдной улице ничего примечательного не происходило. Не станешь же несколько часов следить за тем, как выходят из кафе, заходят в него.

Газеты, купленные в киоске, были прочитаны за полчаса.

Зато двум коллегам шофера, устроившимся в кузове, было не до безделья.

Все внутренности просторного фургона были напичканы аппаратурой. Здесь крутились бобины магнитофонов, мерцали индикаторные лампочки. То и дело аппаратуру приходилось настраивать, уж слишком слабыми оказались сигналы, исходящие из дома со скромной вывеской «Экспо-сервис Ltd». Двое мужчин почти не обращали друг на друга внимания. Каждый из них был занят своим делом. Один, в годах, водрузил на свою лысеющую голову пару наушников и, покручивая ручку настройки, пытался отделить от сопутствующих шумов голоса говоривших в комнате.

Наконец, потрескивания, пощелкивания и гудение ушли, и голоса прорисовались довольно четко. Но вместо того, чтобы разговаривать о государственных тайнах, двое охранников делились воспоминаниями о вчерашней пьянке. И самое странное: то, что не помнил один, хорошо помнил другой. И так вдвоем они выстраивали цельную картину вчерашнего дня.

Слухач вклинился как раз тогда, когда они рассуждали, стоило ли мешать шампанское с водкой. Оба сходились на том, что не стоило. Но тут же были вынуждены признаться – им никогда не удается избежать этой ошибки.

– Я вот проснулся утром, – вспоминал один из охранников, – вижу – кто-то рядом со мной в постели. Смотрю, а вспомнить ее не могу. И даже не знаю, было у нас что-нибудь или нет.

– А она что говорит? – спрашивал второй.

– Тоже ничего не помнит.

– А я помню, – послышался короткий сухой смех, так похожий на пощелкивание ногтем по микрофону, – помню, как затащил в кровать, помню, как Людка раздевалась… Помню даже, что лег на нее. А потом как начало ее мутить… Еле слезть успел.

– А вот меня никогда не тошнит, – не без гордости признался второй охранник. – Все что угодно: вырубиться могу, под столом проснуться, а вот чтобы тошнило – не было такого.

– Вот это-то и плохо, – огорчался его приятель. – Если организм здоровый, не отравлен алкоголем, то пьянеешь после первой половины бутылки. А если больше выпьешь – обязательно тошнит. Значит, твой организм уже отравлен. Ты уже привык к алкоголю, и недолго тебе осталось занимать место на службе.

– Если бы всех, кто так пьет, выгоняли с нашей работы, – рассмеялся охранник, – некому было бы и службу нести.

Голоса стали уходить куда-то вдаль. Вновь послышались шумы.

– Опять глушилки включили, – поморщился слухач и защелкал клавишами, пытаясь внести коррекцию. – Если я привезу такой отчет, где только о девках да о водке рассказывают, то и мне недолго служить останется.

Он спустил наушники на шею и повернулся к своему напарнику. Тот не отрывал взгляда от экрана, на котором то возникали, то исчезали столбцы цифр, обрывки текста.

– Ну что, Васильевич, там у тебя? Получается?

– Да тут хренотень какая-то, – не оборачиваясь, отвечал тот, кого назвали Васильевичем.

– А тебе что, нужно знать, о чем речь идет или только снять информацию?

– Да в общем-то все равно, – пожал плечами Васильевич, – но так можно и компьютерных игр назаписывать, да еще и вирусов к ним в придачу.

Слухач отложил наушники и, ступая по немного наклонному полу, подошел к напарнику.

– Васильевич, что-то не нравится мне этот дом.

– О чем они хоть там говорят?

– Да все о том же – о бабах, о водке… А ты торчи тут и слушай, как дурак.

– А вот теперь снова на английском текст пошел, – Васильевич указал коротким, как обрубок, пальцем, на монитор. – Я, конечно, запишу, но черт его знает, что там написано!

– Давай-ка лучше перекусим, – предложил слухач, вытаскивая из портфеля газетный сверток.

На столике, освобожденном от магнитофонных лент, мужчины разложили незатейливую снедь и, поставив перед собой два пакета молока, принялись перекусывать.

– Эх, пивка бы! – мечтательно произнес слухач, прикладываясь к отрезанному углу пакета с молоком.

– И рыбки, – Васильевич скосился на экран монитора, где то возникали цифры, то вновь исчезали в сером электронном месиве.

– Давай водилу пошлем, – предложил слухач.

– Так по инструкции же не положено, – засомневался Васильевич, но по его глазам было видно: за пиво он готов пожертвовать и инструкцией.

Слухач подошел к торцовой стене и постучал в прямоугольник задвижки.

Тот отошел в сторону, блеснули глаза водителя.

– Чего вам?

Слухач запустил руку в карман и протянул водителю купюру.

– Не в службу, а в дружбу… Сбегай за пивом, да прикупи скумбрию пожирнее, – попросил он.

Водитель крякнул, что-то пробурчал, но деньги все-таки взял. Слухач, удовлетворенный собой, вернулся на место.

– Принесет, Васильевич, не беспокойся.

Теперь мужчины уже с отвращением смотрели на молоко.

Шофер аккуратно перегнул банкноту пополам, положил в нагрудный карман пиджака и вышел на улицу. Он даже не успел захлопнуть дверцу, как услышал над самым своим ухом вкрадчивый мужской голос:

– Если дернешься – продырявлю.

И тут же почувствовал, как ему под ребра уперся жесткий ствол пистолета. Шофер прекрасно знал, что такими словами обычно не бросаются.

– Не оборачивайся, не оборачивайся, – вновь послышался шепот. – Сделай шаг назад. Так… Отпусти ручку дверцы…

Чья-то рука скользнула ему за пояс и вытащила пистолет.

– Второго у меня нет, – поспешил предупредить водитель.

– Вот так-то, – снова зазвучал шепот. – А теперь, падла, подождешь сорок минут и только после этого можешь доложить своему начальству, что машину у тебя угнали.

Шофер хотел было возразить, что он не водитель фургона «Кока-Колы», а сотрудник ФСБ, но по тому, как безразлично, безо всякой ненависти, звучал голос, понял: перед ним тоже сотрудник каких-нибудь спецслужб. И посчитал за лучшее выполнить приказание.

Он, не оборачиваясь, отступил и почувствовал, как ствол пистолета медленно уходит в сторону.

– Так вот, через сорок минут, не раньше.

Единственное, что он успел увидеть, так это спину мужчины, садящегося в кабину. Автомобиль взревел мотором и рванулся вперед. Водитель еле успел отскочить, иначе его наверняка бы сшибло выступавшим за габариты фургоном.