В Венесуэле скучно без оружия - Сергей Кулаков

Начал.

Стреляли из «сундука». Снайпер засел там и ждал, пока появится Алек. Обзор в комнате был скрыт от него жалюзи. Специально оставили. Чтобы Алек со страху не кинулся бежать, едва открыв дверь. Но как только он появился в кухне, где окно не было зашторено, снайпер не спеша прицелился и выстрелил.

«Не стали церемониться, – соображал Роман. – Раз винчестер у них, решили как можно быстрее избавиться от свидетеля. Грубовато, но правильно. Зачищать проблемы надо сразу. И я хорош. Не мог проверить кухню. Шляпа…»

Надо было уходить. Возможно, снайпер, понаблюдав какое-то время за неподвижным телом, решит, что дело сделано, и скроется. А возможно, и заглянет сюда. Так, на всякий случай. Порыться в карманах. Узнать, один ли пришел Алек. Добить, если жив.

А не придет киллер, придет полиция. Рано или поздно. И начнет копать. Поэтому не мешало принять кой-какие меры.

Не долго думая, Роман достал «Дезерт Игл» и вложил его в протянутую руку Алека. Учитывая, что в кармане у того лежала цепь Билли, предварительные выводы полиция сделает быстро. Удивится, конечно, ибо на супермена, который перехлопал всю Биллову команду, Алек никак не тянул. Но – чего в жизни не бывает?

Немного неловко, конечно, вешать на несчастного хакера такие обвинения. Но ему уже все равно. А следы не мешает замести получше. Возможно, когда-нибудь здесь еще работать придется.

Пару секунд Роман раздумывал, стоит ли забирать мини-диск из кармана Алека. Опасно. Тело лежит почти целиком в кухне, и, если потянуться к карману, можно попасть под пулю снайпера. Подтащить за руку тело к себе? В этом случае снайпер наверняка узнает, что у Алека был сообщник. А Роману лучше бы сохранить инкогнито. Опять же, содержание диска переписано Самойловым, следовательно, надобность в нем отпадала.

Скорее всего, киллер навестит квартиру, и мини-диск окажется у него. Это только на руку. Пускай те, кто прислал убийцу, думают, что они обезопасили себя со всех сторон.

Приоткрыв незапертую дверь, Роман выскользнул в щель и быстро вышел на лестницу. Там он сбавил ход, опустил голову, закрытую капюшоном, и поплелся вниз.

Со стороны – типичный «нарик», равнодушный ко всему на свете, кроме своего издыхающего состояния. Встретившийся по дороге пожилой мексиканец не обратил на доходягу в капюшоне никакого внимания. Как видно, таких тут шаталось немало.

Выйдя на улицу, Роман без задержки дошел до своей машины и вскоре был уже далеко.

Доехав до Восточного Бронкса, Роман нашел местечко потише и вставил флэшку в бортовой компьютер.

На ней оказалось два файла. Один назывался «Intimate conversation», другой – просто «Conversation».

Наудачу Роман открыл «Intimate conversation». И невольно хохотнул. Это был порнографический фильм, начавшийся с весьма горячих сцен.

Посмотрев с минуту, Роман почувствовал, что мысли его начинают съезжать с работы на нечто совершенно противоположное. Поспешно закрыв провокационный файл, он открыл второй, боясь, как бы он не оказался продолжением первого. Алека Ранка святым никак не назовешь, и ожидать от него можно было чего угодно.

Но с первых же секунд записи Роман понял, что Алек его не обманул.

Часть этого разговора ему уже была известна. Перед вылетом он прослушал ее в кабинете Дубинина. Собеседниками выступали двое мужчин. Говорили на английском языке. Одни из говоривших обладал ярко выраженным испанским акцентом, хотя изъяснялся с правильностью хорошо образованного человека. Второй был типичным американцем.

Разговор был записан не с самого начала. (Так же было и на мини-диске, который Алек предложил Самойлову). Но смысл довольно скоро становился ясен и без вступления.

Роман закрыл глаза и обратился в слух.

Американец. На этот раз вы можете не сомневаться. Все пройдет так, как мы запланировали.

Испанец. Очень хотелось бы в это верить.

Американец. Что же вам мешает, дорогой друг?

Испанец (после тяжелого вздоха). Наверное, предыдущие неудачи.

Американец. Бросьте! Это все от неуверенности. Хотя мы рассчитывали, что вы не из тех людей, которые способны испытывать неуверенность. Не хотелось бы в вас разочароваться.

Испанец ( твердо, хотя и с нотками раздражения). Вы не разочаруетесь.

Американец. Так-то лучше. Кстати, когда ваш индеец уезжает в командировку?

Испанец. Через неделю.

Американец.А точнее?

Испанец.Точную дату сообщу дополнительно. Сейчас он безвылазно торчит в Каракасе…

Американец (перебивая его). Ясно. Главное, чтобы он уехал. Вы понимаете меня?

Испанец. Да, я понимаю… Хотя мне порой кажется, что он заговоренный и будет находиться у власти вечно.

Американец (смеясь). Не будьте так пессимистичны, мой дорогой друг. Еще немного – и ваша страна станет свободна. Кстати, вы сформировали новый кабинет?

Испанец. Конечно. Еще год назад. Вам это отлично известно.

Американец (как бы не услышав последние слова). Как дела у ваших помощников?

Испанец. Они почти готовы. Сейчас основные силы стягиваются к границе. По последним данным, у нас около пяти тысяч человек. И это еще не все…

На этом часть разговора, переданная Ранком, заканчивалась. Хотя и по ней можно было сделать весьма любопытные выводы.

Но Роман слушал дальше.

Американец. Отлично, отлично. Главное, чтобы все они выступили по вашей команде.

Испанец. В этом можете не сомневаться. Все люди преданы мне абсолютно. Как только вы выполните свою часть задачи, мы начнем выполнять свою.

Американец. Естественно. Кстати, на днях мы пришлем к вам своего человека.

Испанец (настороженно). Зачем?

Американец. Для координации наших действий. Для связи. Он имеет большой опыт в подобного рода делах. Я думаю, он вам не помешает.

Испанец (несколько нервно). Каковы его полномочия?

Американец. О, не волнуйтесь, дорогой друг. Он никоим образом не станет вмешиваться в процесс. Его скорее можно назвать наблюдателем.

Испанец. Понятно. Когда его ждать?

Американец. Девятнадцатого.

Испанец. Так скоро?

Американец. Ничего Пусть осмотрится. Заодно и проконсультирует ваших людей. Я думаю, добрый совет не помешает.

Испанец. Если только он добрый.

Американец (смеясь). А вас опасно сердить, мой дорогой друг.

Испанец. Уверяю вас, я нисколько не сердит.

Американец.Ну, тем лучше. Учитывая, что нам предстоит долгое и, я надеюсь, плодотворное сотрудничество, мы должны сохранять самые теплые отношения. Вы со мной согласны?