Святые окопы - Сергей Самаров

И только он это сказал, как со стороны выхода из ущелья один за другим ухнули гранатометы РПГ-7, а после короткой задержки раздалось еще два выстрела. Бой начался. Старший лейтенант поспешил на передовую позицию…

Видимо, похороны прошли быстро и без поминок, на которые у бандитов, скорее всего, не было водки. Противник подходил с двух сторон. Обе группы бандитов были еще далеко и шли в беспорядке. К тому времени, когда старший лейтенант Старицын вышел к камням, прикрывающим передовую позицию с двух сторон двумя метровой высоты каменными гребнями, гранатометчики, назначенные командиром, успели уже сделать по четыре выстрела. Регулярно, раз за разом, издавала сухой щелчок ВСК-94 младшего сержанта Лохматого. Снайпер стрелял уверенно, и сомневаться не приходилось, что все его пули достигали цели. Несколько раз он переходил к противоположному гребню и стрелял в другую сторону. Там тоже хватало целей, было кого наградить пулей. Правда, снайпер начал стрелять позже гранатометчиков, поскольку максимальная дальность выстрела у его винтовки составляет пятьсот метров, а оптимальная прицельная дальность только четыреста метров. Однако скорострельность винтовки невозможно было сравнить со скорострельностью гранатомета, и частой стрельбой снайпер наносил противнику немалый ущерб.

Бандиты шли быстро, почти бежали, традиционно кричали свое «Аллах акбар!»[14]и скоро должны были приблизиться на опасное расстояние, когда они могли автоматными очередями заставить спецназовцев спрятаться или удалиться в ущелье. В этом случае создавалась опасная ситуация, поскольку камни прикрывали спереди тех, кто стрелял в одну сторону, но пуля, пролетев близко к камням, могла поразить тех, кто стрелял в противоположную сторону по другой группе. Время отхода приближалось. Но пока оно не наступило, прежде чем отойти в глубь ущелья, следовало максимально использовать уже существующую позицию, чтобы нанести противнику как можно больший урон.

– Пулеметы ко мне! В обе стороны выставили! Огонь!

Дистанция для пулеметчиков была вполне соответствующая. Имея прицельную дальность до километра, с дистанцией втрое более короткой пулемет справлялся легко. И задачу свою пулеметчики выполняли достойно. Но бандиты тем не менее не останавливались. Причем наиболее опасными были те, что бежали ближе к каменным отрогам. Там им было куда спрятаться, и там потери были минимальными.

– Гранатометы! Тех, что к горам ближе! Притормозить пора… – дал Владислав Григорьевич команду между двумя выстрелами из гранатометов и пулеметными очередями. Его услышали, и выстрелы гранатометов в обе стороны последовали как раз в ближние к горам группы.

Бандиты тоже огрызались гранатометами. Но их гранаты несколько раз перелетали позицию с той и с другой сторон, хотя, к сожалению спецназовцев, не долетали до своих же рядов. Бандиты несли урон, но упорно шли вперед.

– Обкуренные, – решил старший сержант Ломаченко. – Таких не остановишь…

Но вот дистанция уже сократилась настолько, что стало возможным вести в обе стороны и автоматный обстрел. И тогда пули засвистели не только над головами, но и стали выбивать пыль из камней, за которыми прятались спецназовцы. Рикошетили со свистом и, кувыркаясь, взвивались над головами. Позиция становилась опасной. Лучше было отойти в ущелье, там бандитам будет невозможно создать такую плотность огня, да и сами они в таком количестве не поместятся в узком пространстве. А при недостаточной плотности всегда будет возможность отвечать огнем на огонь, и даже огнем более плотным, потому что после входа ущелье расширяется.

Старший лейтенант Старицын дал команду к отходу.

А бандиты приближались, несмотря на потери. Конечно, наступающие не ожидали такого мощного превентивного обстрела. Они рассчитывали, как доложили им носильщики-разведчики, что здесь около десяти человек. Но эти десять человек, судя по всему, были хорошо вооружены и сумели нанести банде большой урон еще на подходе к ущелью. Чего же ждать дальше!

Теперь спецназовцам предстояло самое сложное. Необходимо было выдержать обязательный прямой штурм. Проводить прямой штурм не любит никто. Армия при таких мероприятиях обычно прикрывается бронетехникой. Но бандитам прикрыться нечем, они будут вынуждены идти вперед с раскрытой грудью, подставляя себя под пули. Будут испытывать ужас и страх, но будут идти, тем более если они обкурены, как предположил старший сержант. Еще больше ужаса добавит им встречная стрельба спецназовцев из автоматов. У короткого встречного боя есть свои психологические особенности. Когда звучат откровенные автоматные очереди, когда взрываются гранаты, все это бывает похоже на классический привычный бой. Истеричная горячность боя убивает страх и дает дополнительные силы. В такие моменты все кажется нипочем. А когда автоматы оборудованы глушителем, когда стрельбу почти не слышно, а с дистанции не слышно вообще, тогда даже легкий шум кажется тишиной, и она имеет свою высокую степень нервного напряжения. И это нервное напряжение от присутствия несущей смерть тишины давит на нервную систему и пугает больше, нежели откровенные выстрелы, сделанные без глушителя.

При расчете обороны, представляя себе возможную атаку бандитов, Владислав Григорьевич предполагал, что сначала они попробуют взобраться по склонам на отроги. Но сделать это было сложно без специального оборудования для скалолазания. Да и это оборудование предполагает только медленное, пошаговое продвижение с вбитием в камни крюков, которые и будут служить ступенями тем, кто полезет вверх. Опыт показывал, что бандиты, как правило, в большинстве своем горцы, считают недостойным прибегать к использованию снаряжения для скалолазов, думая с гордостью, что горы им всегда подвластны, и при этом сильно ошибаются в оценке своих способностей. Где есть возможность пройти только скалолазу, бандиты не проходят. Хотя, как правило, попытки предпринимают. Безуспешные.

Чтобы предотвратить такие попытки, старший лейтенант Старицын выставил по бойцу в крайней верхней позиции с приказом контролировать по диагонали именно подъем на отроги. Так, боец правого фланга контролировал доступный ему для простреливания левый фланг, боец левого фланга, наоборот, контролировал правый фланг. И оба бойца на крайней позиции начали стрелять одновременно. Владиславу Григорьевичу не были видны сами отроги, но он понимал, что его бойцы не имеют привычки расстреливать камни. Хотя звуков стрельбы он со своей позиции не слышал, но хорошо знал, как вздрагивают автоматы в руках бойцов от короткой очереди, явственно это видел. Значит, бандиты уже подошли к входу вплотную и планировали оседлать отроги, чтобы оттуда вести прицельный огонь по спецназовцам, прикрывая общую попытку прорыва. И хотя эта затея была сразу же жестко пресечена, было ясно, что при подавляющем численном превосходстве бандиты от атаки все же не откажутся. Слишком велик приз за победу, чтобы можно было им пренебречь или отказаться от него. Обычно заработки бандитов бывают значительно более скромными, а тут за один бой можно получить столько, сколько получаешь за год. Ради этого стоит рисковать, ради этого стоит драться…