Обет на крови - Александр Тамоников

Старшие офицеры присели в траву. Их примеру последовали и бойцы группы.

Обсуждение заняло около получаса. Придя к общему знаменателю, офицеры закурили. И успели выкурить по сигарете. После чего станция командира отряда издала сигнал вызова. Морозов ответил:

– Набат на связи!

– Я Берет! Командир N-ского полка полковник Серебров Василий Леонидович.

Представился и командир отряда спецназа:

– Полковник Морозов Павел Павлович!

– Я получил приказ временно переподчинить вам одно из своих подразделений! Прошу уточнить задачу.

– Задача, Василий Леонидович, проста. Выдвинуть к селению Хатани одну роту на технике, до особого распоряжения рассредоточив ее на подходах к населенному пункту так, чтобы подразделение из селения видно не было. Далее по команде моего офицера, который будет проводить в Хатани специальную акцию, ввести подразделение в населенный пункт, взяв его, особенно отделение милиции и местную администрацию, под полный контроль.

– Ясно!

– Как скоро ваша рота сможет прибыть в указанный район?

– Через сорок минут, если, конечно, ничего не произойдет в ходе марша.

– Отлично! Позывной командира вашей роты?

– Берет – 4, командир – капитан Николай Ким.

– Позывной моего офицера, майора Вадима Гончарова – Таран, мой вам известен. Как только подразделение будет на месте, прошу, чтобы ваш ротный связался с моим командиром группы.

– Хорошо. Он обязательно свяжется с вашим офицером. Это все?

– Все!

– Если что, я на связи, Пал Палыч!

– Добро!

Отключившись, Морозов отдал команду Гончарову:

– Давай, Вадим, ребят на борт и вперед! При выходе на рубеж действия доклад мне. Сверим часы: 17.22.

Майор подтвердил:

– 17.22.

– С богом, Гончар!

Первая штурмовая группа быстро скрылась в чреве десантного вертолета, и тот, оторвавшись от земли, поднимаясь по наклонной, пошел на юго-восток.

Морозов приказал второй группе, за исключением прапорщика Кривошеева, подняться на борт второго вертолета.

При этом сам командир отряда вместе с главарем боевиков и его подчиненным остался на поляне. Змеелову вновь пришлось ввести сильнодействующий обезболивающий препарат, он был нужен полковнику способным вести радиопереговоры. За все время акции у Аласхана со стороны аула никто никаких действий не предпринимал. Даже родственники Змеелова оставались в своем доме-крепости. Поэтому передовых дозоров к аулу решено было не высылать. Единственно, что сделали спецназовцы второй группы, до того как занять места в вертолете, так это подогнали на опушку и заминировали вместе с сараем и колодцами-«казематами» «УАЗ» с трупами боевиков отделения разведки Змеелова.

«Вертушка» № 102 вышла к хребту, опоясывающему поселок Хатани, уже через двадцать минут. Высадив группу Гончарова на противоположный склон, отошла в сторону лесного массива. Форсированным маршем спецназ преодолел перевал и спустился к роще, что раскинулась у небольшого водоема, образующегося течением узкой речушки, уходящей далее на южную окраину поселка, разделяя его от склона перевала. Роща находилась примерно в пяти километрах от Хатани и буквально в трехстах метрах от трассы на Аласхан и далее на Гали.

Быстро сориентировавшись и рассредоточив бойцов, Гончаров вызвал командира отряда.

– Набат! Я Таран! Время 17.55. Группа на месте. К захвату и дальнейшей работе готова!

– Добро! Свяжись с командиром десантной роты. Она уже должна быть на подходе к Хатани.

– Принял!

Гончаров переключился на частоту парашютного полка:

– Берет – 4! Я Таран! Прошу ответить!

Ответ последовал немедленно:

– Берет – 4 на связи!

Вадим спросил:

– Ты где находишься, капитан?

– В трех километрах от селения, еще немного – и сойду с трассы в широкую балку!

– Добро! Но с дороги не сходи, прижмись к обочине. Схему населенного пункта изучил?

– Настолько, насколько это позволило время. Но заблокировать поселок смогу!

– Хорошо! Жди приказа на выход в Хатани!

– Жду! Отбой!

Майор переключился на своего командира:

– Первый! У нас с десантурой все готово. Можно начинать игру!

– Понял тебя! Игру начинаю!

Полковник, вложив свою рацию в чехол, протянул импортную станцию, что ранее была изъята у Камалова, главарю бандитов:

– Давай, Змеелов! Отрабатывай право на жизнь. Вызывай Тадаева в рощу к водоему.

– Я вызову, но он может перестраховаться и выслать туда для начала Казбека!

– Так разговаривай с ним жестче! Хотя... знаешь, чтобы у оборотня пропали все подозрения, скажи ему следующее...

Морозов проинструктировал бандита, добавив:

– А потом, если тот заупрямится или начнет страховаться, назначай встречу рядом с его селением. Так будет надежнее!

– Хоп, я сделаю так, как вы сказали!

Полковник приказал подвести к носилкам с Камаловым Ахмада, предупредив того:

– Ты будешь слушать диалог хозяина с Тадаевым. При необходимости подтвердишь его слова. Понял?

– Да, да! Конечно, понял!

Командир отряда кивнул Камалову:

– Работаем!

Раненый главарь включил свою станцию:

– Инспектор! Я Змеелов! Ответь!

Прошло некоторое время, прежде чем из динамика послышалось ответное:

– Пока не могу говорить! Подождите пять минут!

Полковник сплюнул на траву.

Придется ждать. А куда денешься?

Эти пять минут длились больше часа. Так, по крайней мере, показалось полковнику. Наконец сигнал вызова:

– Али?

Главарь повысил голос:

– Ты забыл, с кем разговариваешь, мусор?

– Извини! Слушаю, босс!

– Вот так-то! Ты вчера был у Ахмада?

– Был!

– Рабов взял?

– Да, но это моя доля!

– И кто определил тебе долю в последней акции?

– Но... я взял, как обычно.

– А малолетку забирать тебе кто разрешил?

Тадаев слегка замешкался:

– Почему это раздражает тебя, босс? Или ты ее для себя забил? Но тогда почему Ахмад мне об этом не сказал?