Возмездие. Никогда не поздно - Михаил Нестеров

— Может, он сам ответит на этот вопрос? — ушел от ответа Биленков. — Прикажите, и я достану вам его из-под земли.

— Почему ты не пришел ко мне вчера или даже позавчера?

— Мне нужно было все обдумать. Плюс у меня контракт с Глорией Дюран.

— Кто она?

— Снимается в молодежных сериалах.

Вчера вечером они с Ким проводили ее в аэропорт. При этом воспоминании Виктор нервно сглотнул. Он не любил аэропорты, потому что там самолеты, а он не выносил перелетов из-за… В общем, ему трудно было это объяснить, Юонг Ким однажды помогла ему в этом: «Ты боишься замкнутого пространства на головокружительной высоте, потому что у тебя морская болезнь». — «Лучше не скажешь», — ответил он.

Жердев тоже окунулся в прошлое, в тот день, когда сгорело в камине дело полковника Джиганшина.

— Чего нет на бумаге, того не было в действительности, — ответил он на свои мысли. — Я только отчасти соглашаюсь с этим постулатом. Однако остается жив свидетель убийства Лесника, агент военной разведки, и он в этой ипостаси очень опасен. Времена сейчас скользкие, очень скользкие. Ледниковый период. Поскользнулся — и уже не остановишь.

— Хотите, чтобы я вам достал Кравца и выбил из него правду?

— Ты достанешь всех, — перебил его Жердев, недовольно сморщившись. — И не обязательно выбивать из них правду.

Биленков снова пожал плечами, подумав, что скоро они с Жердевым перейдут на язык жестов.

— Поможете мне с адресами?

— Не понимаю, о чем ты, — закрылся, как устрица в раковине, Жердев. Он знал адрес Биленкова, и этого ему было достаточно. Он не поменял породу, но поменял окрас. В этом деле решил дистанцироваться от своей опергруппы, и это был его осознанный выбор. И все же кое-какую информацию он Биленкову бросил: — Я слышал краем уха, что Сергей Хатунцев работает кротом на каком-то кладбище.

— Каким кротом?

— Кроты работают за гроши, я слышал. Старшие помощники младших могильщиков, так кажется.

— Я тоже не прочь поработать за гроши.

Выдав аванс Биленкову и назначив ему встречу на завтра, Жердев окликнул его на пороге:

— Кстати, ты слышал о Вуди Аллене?

— Да так, а что?

— Ничего.

В машине Виктора поджидала кореянка. И теперь он мог ответить на вопрос Жердева: «Ты приказал Кравцу убить девочку. Почему он не выполнил приказ?» — «По той же причине, что и я сам». Прошли годы, и отгадка далась ему в руки: глаза той девочки походили на глаза дикого зверька, загнанного в угол. В них не было ничего человеческого . А беззащитный зверек заслуживал жалости. С годами Билл привык к этим глазам. Но каким будет ее взгляд, если ее, уже взрослую, загнать в угол? Пожалеет ли он испуганную взрослую особь ? Он окликнул кореянку, как будто она находилась за углом, а не на соседнем сиденье:

— А ну-ка, посмотри на меня.

Ким повернула к нему голову.

Нет, ее не так-то просто загнать в угол. Он уже никогда не увидит испуг в ее глазах.

— Что? — спросила она.

— Ты знаешь Вуди Аллена?

— Ну да, — ответила Юонг. — Он только что вылез из машины и сказал, чтобы без него не уезжали.

— Он молодой, старый?

— В возрасте. Американец. Режиссер. Закрутил роман со своей падчерицей.

— А, вот оно что… А я похож на Вуди Аллена?

— Я вас даже перепутала сегодня.

— Сегодня я богатый, — с места подхватил Билл и похлопал себя по карману: — Поедем, купим тебе что-нибудь.

— Поедем, — быстро согласилась Ким. — И себе ты что-нибудь купишь.

— Что, например?

— Бутылку минералки.

Дмитрий Жердев потянулся к аппарату селекторной связи с приемной… Нельзя сказать, что человек, которого он собрался вызвать, выпадал из поля его зрения все эти долгие годы. Он не следил за его карьерой (разве что первые дни и недели), поскольку карьеры как таковой Андрей Маевский не сделал. Он уволился из Управления программ содействия в тот день и час, когда был опубликован Указ президента о назначении Жердева главой администрации. Жердев еще какое-то время держал в поле зрения членов опергруппы и информированного предателя из ГРУ, пока дела на новом посту не захлестнули его с головой, он ушел совсем в другой мир — мир великанов. Время от времени ему на глаза попадалось имя Андрея Маевского, и Жердев каждый раз думал — тот ли это Маевский, который когда-то передал ему личные планы генерала Лысенкова. С той поры в ГРУ сменилось три «управляющих».

Сам Маевский сразу же, без подготовки подошел к неподъемному весу: создал информационное агентство «Союз-Инфо» и выбрал себе должность исполнительного директора. Через шесть месяцев хрупкие ноги этого медиагиганта подломились. Затем Маевский взялся за более легкий проект. Под его руководством была создана столичная газета «Проспект Независимости». Он и сейчас обретался в двух разных средах, совмещая должности директора и главреда, этакая гальваническая пара, которая со временем все равно закиснет.

— Разыщите Маевского Андрея Александровича, редактора московского таблоида «Проспект Независимости». Пошлите за ним машину. — Жердев собрался познакомить Биленкова с его новым напарником, о чем и сказал ему: — Маевский окажет тебе помощь в плане информации и розыска. На втором этаже есть кафе. Дождись его там.

Приняв это решение, он, по сути дела, сколотил оперативно-разыскную пару: информированный негодяй и наемник с дипломом телохранителя.

«Ну, плохо выстрелил. С кем не бывает». Это прозвучали в его голове оправдания Биленкова. Прозвучи эти слова пятнадцать лет назад, от него мокрого места не осталось бы.

Проблема. Проблема выбралась наружу, как дремавшая гадюка из-под камня. Время — эта форма существования материи — поменяло свои свойства. В качественно новом легко ужились легализовавшиеся в государственные структуры бандиты из «лихих девяностых». Ни одного отставшего или опоздавшего. Они заматерели и сменили (правда, не все) кожаные курки на деловые костюмы. К этой категории он отнес и некоторых своих бывших подчиненных.

Жердев мог назвать нынешнее активное развитие событий лавиной. Кравец, столкнувшись с Биленковым, уяснил для себя одну вещь: Виктор будет его искать, если не сказать большего: откроет сезон охоты на Кравца. Вперед его позовет его собственное сердце и приказ бывшего босса. А какую защиту изберет Кравец? Порой кричать «караул!» гораздо эффективней, чем стоять насмерть в одиночку. Он не сможет противостоять Жердеву, но противостоять Биленкову, отдельному человеку, — да, и еще раз да.

Самое разумное в его ситуации — это расшевелить, а лучше сказать, разворошить опергруппу. «Вместе мы — сила». Но только со знаком вопроса. Говоря современным языком, Кравец представлял собой программу, способную активировать и присоединиться к другим программам в компьютере. Что может быть хуже зараженной вирусом машины? Лечить эту заразу бесполезно, только удалять навсегда.